11 цитат Адама Нэвилла о жизни и людях

Ниже 11 цитат Адама Нэвилла — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Боль обожгла твоё сердце в нужном месте, в нужное время.

   Боль обожгла твоё сердце в нужном месте, в нужное время.

   — Эдит Мэйсон · книга
2. «

   Глядя в небо, она вспомнила, что прижата ужасной силой под названием «гравитация» к парящему в огромном Ничто каменному шару, к громадине, несущейся из ниоткуда в никуда посреди холодной Вселенной, которую никто не в силах понять.

   Глядя в небо, она вспомнила, что прижата ужасной силой под названием «гравитация» к парящему в огромном Ничто каменному шару, к громадине, несущейся из ниоткуда в никуда посреди холодной Вселенной, которую никто не в силах понять.

   — Дом малых теней · книга
3. «

   А ведь крысы очень похожи на людей. Такие же вредители, разносчики заразы. Они готовы на всё, чтобы выжить в любых условиях, они будут прогрызать свой путь и съедать сородичей, если придётся.

   А ведь крысы очень похожи на людей. Такие же вредители, разносчики заразы. Они готовы на всё, чтобы выжить в любых условиях, они будут прогрызать свой путь и съедать сородичей, если придётся.

   — Кэтрин Говард · книга
4. «

   Я нахожу присутствие недвижимых крыс гораздо более уместным и утешительным, чем компанию особей собственного вида...

   Я нахожу присутствие недвижимых крыс гораздо более уместным и утешительным, чем компанию особей собственного вида...

   — Кэтрин Говард · книга
5. «

   — Люк, ты разговариваешь во сне. — Потому что я не вижу всей картины, Локи. Потому что ты и та парочка выбрали садизм и безжалостные убийства невинных людей. Я являюсь спящей овцой лишь потому, что не вижу смысла в ваших преступных деяниях. Не понимаю их значения. И не пойму никогда, Локи. Когда ты наконец убьешь меня, я... Я буду мертв, а ты будешь убийцей. Вот, пожалуй, и все. В этом нет никакого смысла. Нет ничего магического или особенного. Это просто отвратительно, неправильно, мерзко и совершенно бесполезно, как ты и те мудаки, которые ходят за тобой следом с накрашенными будто у привидений лицами.

   — Люк, ты разговариваешь во сне. — Потому что я не вижу всей картины, Локи. Потому что ты и та парочка выбрали садизм и безжалостные убийства невинных людей. Я являюсь спящей овцой лишь потому, что не вижу смысла в ваших преступных деяниях. Не понимаю их значения. И не пойму никогда, Локи. Когда ты наконец убьешь меня, я... Я буду мертв, а ты будешь убийцей. Вот, пожалуй, и все. В этом нет никакого смысла. Нет ничего магического или особенного. Это просто отвратительно, неправильно, мерзко и совершенно бесполезно, как ты и те мудаки, которые ходят за тобой следом с накрашенными будто у привидений лицами.

   — Люк · книга
6. «

   Суньте меня в ящик с котятами. Не хочу, чтоб было больно. Нарядите меня в красивое платьице и откройте мои большие милые глазки, а ещё сделайте так, чтобы я никогда-никогда больше не вышла наружу. Во мне уже живой клеточки не осталось. Больше боли я не снесу, я просто исчезну.

   Суньте меня в ящик с котятами. Не хочу, чтоб было больно. Нарядите меня в красивое платьице и откройте мои большие милые глазки, а ещё сделайте так, чтобы я никогда-никогда больше не вышла наружу. Во мне уже живой клеточки не осталось. Больше боли я не снесу, я просто исчезну.

   — Кэтрин Говард · книга
7. «

   Милосердие является здесь привилегией, а не правом. Вы придумали эти правила. По ним и умрёте.

   Милосердие является здесь привилегией, а не правом. Вы придумали эти правила. По ним и умрёте.

   — Люк · книга
8. «

   «Смогу ли я убить? – спросил он себя, и внутри все перевернулось. – Узнаю ли я себя после этого?»

   «Смогу ли я убить? – спросил он себя, и внутри все перевернулось. – Узнаю ли я себя после этого?»

   — Ритуал · книга
9. «

   Медленно, постепенно шок отступил, как тенистый прилив, оставив после себя островки грязного ила. Над ними висел серый горизонт. Буря в мозгу сменилась штилем. Было медленно, тошно, монотонно, как обычно бывает, когда принимаешь неизбежное и при этом не можешь заснуть; принимаешь, вымотавшись до предела. Но в принятии есть некоторое облегчение. С ним ты быстрее погружаешься на дно. А достигнув дна, начинаешь вдруг видеть всё отчётливо таким, какое оно есть на самом деле.

   Медленно, постепенно шок отступил, как тенистый прилив, оставив после себя островки грязного ила. Над ними висел серый горизонт. Буря в мозгу сменилась штилем. Было медленно, тошно, монотонно, как обычно бывает, когда принимаешь неизбежное и при этом не можешь заснуть; принимаешь, вымотавшись до предела. Но в принятии есть некоторое облегчение. С ним ты быстрее погружаешься на дно. А достигнув дна, начинаешь вдруг видеть всё отчётливо таким, какое оно есть на самом деле.

   — Дом малых теней · книга
10. «

    Его смерть была бы бессмысленной. Хотя его жизнь тоже не имела никакого смысла.

    Его смерть была бы бессмысленной. Хотя его жизнь тоже не имела никакого смысла.

    — Ритуал · книга
11. «

    А ещё в её глазах было тепло. Подлинное тепло, и он чувствовал это. Хотя с такой же симпатией она могла относиться к любимой курице, барану или поросёнку. Он значил для неё не больше домашнего животного.

    А ещё в её глазах было тепло. Подлинное тепло, и он чувствовал это. Хотя с такой же симпатией она могла относиться к любимой курице, барану или поросёнку. Он значил для неё не больше домашнего животного.

    — Ритуал · книга