354 цитаты Аля Квотиона — подборка на все случаи

Подборка из 354 цитаты Аля Квотиона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чтобы в душах выросло садами то добро, что сеятель и жнец, та любовь, что зреет между нами, дай нам всем начало и конец.

   Чтобы в душах выросло садами то добро, что сеятель и жнец, та любовь, что зреет между нами, дай нам всем начало и конец.

   — Словоточие · книга
2. «

   Не умоляй, не жди, не требуй, мой мальчик, ты пока что жив. Ты расплескался вплоть до неба, ты половодье, ты прилив.

   Не умоляй, не жди, не требуй, мой мальчик, ты пока что жив. Ты расплескался вплоть до неба, ты половодье, ты прилив.

   — Словоточие · книга
3. «

   Осенью я, девочка, старше становлюсь, Разбираю пальцами заспанность ветвей, Цепким сердцем слушаю дождевую грусть. Осенью я, девочка, чувствую острей. Ветер глажу ласково — подставляет бок И летит над крышами пением цевниц. Осенью я верую в то, что рядом Бог. Осенью размешан я с перелетом птиц. Кажется, мгновение — и исчезнет все, Отцветет, отмается, вылетит из уст, Разольется ливнями, потеряет ось. Осенью я, девочка, тихим становлюсь.

   Осенью я, девочка, старше становлюсь, Разбираю пальцами заспанность ветвей, Цепким сердцем слушаю дождевую грусть. Осенью я, девочка, чувствую острей. Ветер глажу ласково — подставляет бок И летит над крышами пением цевниц. Осенью я верую в то, что рядом Бог. Осенью размешан я с перелетом птиц. Кажется, мгновение — и исчезнет все, Отцветет, отмается, вылетит из уст, Разольется ливнями, потеряет ось. Осенью я, девочка, тихим становлюсь.

   — Словоточие · книга
4. «

   Слова — изведанное зодчество, слова — топор, слова — стена, мы убиваем в себе творчество глотком дешевого вина.

   Слова — изведанное зодчество, слова — топор, слова — стена, мы убиваем в себе творчество глотком дешевого вина.

   — Словоточие · книга
5. «

   Я хотел бы стать чистым холстом до начала творенья, где ни Бога, ни черта, где нет ни тебя, ни меня. Но во мне слишком много осталось от ночи, от тени, из меня уже вырвался мир на нетвердых костях.

   Я хотел бы стать чистым холстом до начала творенья, где ни Бога, ни черта, где нет ни тебя, ни меня. Но во мне слишком много осталось от ночи, от тени, из меня уже вырвался мир на нетвердых костях.

   — Словоточие · книга
6. «

   Есть у нас классическое счастье: улыбаться, даже если больно.

   Есть у нас классическое счастье: улыбаться, даже если больно.

   — Словоточие · книга
7. «

   Тень над тобой. Но рока ли? Или руки протянутой?

   Тень над тобой. Но рока ли? Или руки протянутой?

   — Словоточие · книга
8. «

   Потому что жизнь, по сути, смешная штука, потому что нет большего счастья, чем жить.

   Потому что жизнь, по сути, смешная штука, потому что нет большего счастья, чем жить.

   — Запчасть Импровизации · книга
9. «

   Мораль строится от противоположного, иначе в ней не было бы смысла. Она строится на отрицании природы человека. И это смешно. Человек по природе эгоистичен. Это — нормально и по другому не будет. Но мораль проповедует отсутствие эгоизма. То есть то, чего нельзя добиться, оставаясь человеком. Мораль, созданная как инструмент управления обществом, чтобы оно не скатывалось к своему животному началу, начинает создавать противоречие, приводящее к внутреннему конфликту или самообману. Мы начинаем ценить в себе изначально «правильные» с точки зрения морали черты, не задумываясь над их природой, которая уходит в тот же эгоизм, мы начинаем бояться по сути своей не плохих вещей, таких, как осознание своей правоты. А на деле каждый человек считает, что он прав.

   Мораль строится от противоположного, иначе в ней не было бы смысла. Она строится на отрицании природы человека. И это смешно. Человек по природе эгоистичен. Это — нормально и по другому не будет. Но мораль проповедует отсутствие эгоизма. То есть то, чего нельзя добиться, оставаясь человеком. Мораль, созданная как инструмент управления обществом, чтобы оно не скатывалось к своему животному началу, начинает создавать противоречие, приводящее к внутреннему конфликту или самообману. Мы начинаем ценить в себе изначально «правильные» с точки зрения морали черты, не задумываясь над их природой, которая уходит в тот же эгоизм, мы начинаем бояться по сути своей не плохих вещей, таких, как осознание своей правоты. А на деле каждый человек считает, что он прав.

   — Запчасть Импровизации · книга
10. «

    Мы — люди. Живущие в собственных заблуждениях эпицентры неутолимой жажды всё нового тепла и счастья. Мы — это беспрерывное движение и рост, которым со временем становятся малы любые рамки, даже рамки былых отношений. Мы — пугливые звери в поисках личного рая, мы — механика тел с переменной массой целей и амбиций в уравнении жизни.

    Мы — люди. Живущие в собственных заблуждениях эпицентры неутолимой жажды всё нового тепла и счастья. Мы — это беспрерывное движение и рост, которым со временем становятся малы любые рамки, даже рамки былых отношений. Мы — пугливые звери в поисках личного рая, мы — механика тел с переменной массой целей и амбиций в уравнении жизни.

    — Запчасть Импровизации · книга
11. «

    Я давно забросил бы стихи, плюнул на листы, на эти листья.

    Я давно забросил бы стихи, плюнул на листы, на эти листья.

    — Словоточие · книга
12. «

    В крови интимность отношений с жизнью. Для кого-то горячими каплями секса на губах, для кого-то тягучим твердеющим страхом, для кого-то алой, сочащейся сквозь прорехи тишины истиной.

    В крови интимность отношений с жизнью. Для кого-то горячими каплями секса на губах, для кого-то тягучим твердеющим страхом, для кого-то алой, сочащейся сквозь прорехи тишины истиной.

    — Запчасть Импровизации · книга
13. «

    Что-то есть в этом состоянии. <...> В нем есть ты. И я. Из которых никак не складывается «мы».

    Что-то есть в этом состоянии. <...> В нем есть ты. И я. Из которых никак не складывается «мы».
14. «

    О людях пишет. Любит он людей, даже тогда, когда любить не нужно.

    О людях пишет. Любит он людей, даже тогда, когда любить не нужно.

    — Словоточие · книга
15. «

    Понимаешь, мы срослись душами. Я сижу на балконе между распахнутых окон, всматриваюсь в осень и кутаюсь в твой свитер. Я курю, а рядом с моей пепельницей валяются твои бумаги. Я открываю свой ноут и закрываю твои вкладки, я моюсь твоим шампунем, я хожу в твоих носках, когда я остаюсь один, я оглядываюсь через плечо, мне чудится твой смех... Понимаешь, мы проросли друг в друга. Вещами, словами, мыслями, чувствами, делами, телами... Я говорю не о любви, это что-то другое, повседневное, почти не заметное, очень важное. Ты уже не задумываясь угадываешь меня в толпе, в том, что я только собираюсь сказать, во всей жизни, а я интуитивно обнимаю твои плечи, без конкретной цели, просто так, ведь иначе уже нельзя... Твои губы пахнут мной, твоя кожа пахнет недавним сексом, в твоих глазах отражаюсь я... и я шалею от этого, и в крови шарашит животная страсть, доводя до утробного рычания: мы срослись душами. И что-то еще, трогательное, ласковое, щемящее, легкое и надрывное... Понимаешь?

    Понимаешь, мы срослись душами. Я сижу на балконе между распахнутых окон, всматриваюсь в осень и кутаюсь в твой свитер. Я курю, а рядом с моей пепельницей валяются твои бумаги. Я открываю свой ноут и закрываю твои вкладки, я моюсь твоим шампунем, я хожу в твоих носках, когда я остаюсь один, я оглядываюсь через плечо, мне чудится твой смех... Понимаешь, мы проросли друг в друга. Вещами, словами, мыслями, чувствами, делами, телами... Я говорю не о любви, это что-то другое, повседневное, почти не заметное, очень важное. Ты уже не задумываясь угадываешь меня в толпе, в том, что я только собираюсь сказать, во всей жизни, а я интуитивно обнимаю твои плечи, без конкретной цели, просто так, ведь иначе уже нельзя... Твои губы пахнут мной, твоя кожа пахнет недавним сексом, в твоих глазах отражаюсь я... и я шалею от этого, и в крови шарашит животная страсть, доводя до утробного рычания: мы срослись душами. И что-то еще, трогательное, ласковое, щемящее, легкое и надрывное... Понимаешь?

    — Запчасть Импровизации · книга
16. «

    Не становись богом, решающим, кто способен любить, а кто нет, что есть душа и какого цвета должна быть жизнь. Останься человеком. Потому что остаться человеком среди бесконечных богов, которые уже всё про всех знают, видят насквозь любую душу и имеют право решать за каждого — это намного сложнее, труднее, но... правильнее, что ли.

    Не становись богом, решающим, кто способен любить, а кто нет, что есть душа и какого цвета должна быть жизнь. Останься человеком. Потому что остаться человеком среди бесконечных богов, которые уже всё про всех знают, видят насквозь любую душу и имеют право решать за каждого — это намного сложнее, труднее, но... правильнее, что ли.

    — Запчасть Импровизации · книга
17. «

    Как много слов, как мало смысла. Сегодня прекрасная ночь, и пусть я немного пьян этими звездами, и пусть я немного зол весельем, я все еще немного жив. И в который раз забывая об этом, не смей смотреть мне в глаза. А любовь… А что любовь? Пыль в руках, дунешь, и нет ее. Но мы все еще слишком слабы, и поэтому, из раза в раз, мы заново учимся плакать, сжимая в нетвердой руке эту сладкую на вкус и нестерпимую на ощупь пыль.

    Как много слов, как мало смысла. Сегодня прекрасная ночь, и пусть я немного пьян этими звездами, и пусть я немного зол весельем, я все еще немного жив. И в который раз забывая об этом, не смей смотреть мне в глаза. А любовь… А что любовь? Пыль в руках, дунешь, и нет ее. Но мы все еще слишком слабы, и поэтому, из раза в раз, мы заново учимся плакать, сжимая в нетвердой руке эту сладкую на вкус и нестерпимую на ощупь пыль.
18. «

    Скажи, небо правда пахнет ванилью или горящим пластиком на горе?

    Скажи, небо правда пахнет ванилью или горящим пластиком на горе?

    — Словоточие · книга
19. «

    И дело даже не в том, что доверчивых много и это способ неплохо заработать, просто тебе самому, в глубине своей голодной души хочется верить в сказку, тобой же придуманную. Просто потому что всегда лучше там, где нас нет. И поэтому из всех вариантов объяснения события мы так любим выбрать самый странный, самый нестандартный, самый исключительный. Выбрать и испугаться, как боятся неизвестности.

    И дело даже не в том, что доверчивых много и это способ неплохо заработать, просто тебе самому, в глубине своей голодной души хочется верить в сказку, тобой же придуманную. Просто потому что всегда лучше там, где нас нет. И поэтому из всех вариантов объяснения события мы так любим выбрать самый странный, самый нестандартный, самый исключительный. Выбрать и испугаться, как боятся неизвестности.

    — Запчасть Импровизации · книга
20. «

    Хочу быть голым до души, я так хочу, Господь помилуй, не пить, а петь, не жать, а жить, и не идти — плясать по миру.

    Хочу быть голым до души, я так хочу, Господь помилуй, не пить, а петь, не жать, а жить, и не идти — плясать по миру.

    — Словоточие · книга