108 цитат Альбера Камю: от иронии до философии

Ниже 108 цитат Альбера Камю — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Человек всегда бывает в чем-то немножко виноват.

   Человек всегда бывает в чем-то немножко виноват.

   — Мерсо · книга
2. «

   Вы никогда не будете счастливы, если будете продолжать искать, в чем заключается счастье. И вы никогда не будете жить, если ищете смысл жизни.

   Вы никогда не будете счастливы, если будете продолжать искать, в чем заключается счастье. И вы никогда не будете жить, если ищете смысл жизни.
3. «

   В иные минуты хочется умереть, потому что видишь жизнь насквозь — и тогда всё теряет значение и смысл.

   В иные минуты хочется умереть, потому что видишь жизнь насквозь — и тогда всё теряет значение и смысл.

   — Между да и нет · книга
4. «

   Свободен лишь тот, кто может позволить себе не лгать.

   Свободен лишь тот, кто может позволить себе не лгать.
5. «

   В сущности, нет такой мысли, к которой человеку нельзя привыкнуть.

   В сущности, нет такой мысли, к которой человеку нельзя привыкнуть.

   — Мерсо · книга
6. «

   Чего не знаешь, то всегда преувеличиваешь.

   Чего не знаешь, то всегда преувеличиваешь.

   — Мерсо · книга
7. «

   Любая радость находится под угрозой.

   Любая радость находится под угрозой.

   — Чума · книга
8. «

   С некоторыми людьми мы строим отношения на правде. С другими — на лжи. И эти последние не менее прочны.

   С некоторыми людьми мы строим отношения на правде. С другими — на лжи. И эти последние не менее прочны.

   — Записные книжки · книга
9. «

   Я очень хорошо ко всему приспособился. Мне часто приходила тогда мысль, что, если бы меня заставили жить в дупле засохшего дерева и было бы у меня только одно занятие: смотреть на цвет неба над моей головой, я мало-помалу привык бы и к этому.

   Я очень хорошо ко всему приспособился. Мне часто приходила тогда мысль, что, если бы меня заставили жить в дупле засохшего дерева и было бы у меня только одно занятие: смотреть на цвет неба над моей головой, я мало-помалу привык бы и к этому.

   — Мерсо · книга
10. «

    Первой должна прийти любовь, а за ней мораль. Обратное мучительно.

    Первой должна прийти любовь, а за ней мораль. Обратное мучительно.
11. «

    Люди плачут потому, что вещи не такие, какими должны быть.

    Люди плачут потому, что вещи не такие, какими должны быть.

    — Калигула · книга
12. «

    Малодушие всегда найдет себе философское оправдание.

    Малодушие всегда найдет себе философское оправдание.

    — Записные книжки · книга
13. «

    Преступление всегда найдет защитников, а невиновность – только иногда.

    Преступление всегда найдет защитников, а невиновность – только иногда.

    — Падение · книга
14. «

    Однажды я нашел на нарах под соломенным тюфяком прилипший к нему обрывок старой газеты — пожелтевший, почти прозрачный. Это был кусок уголовной хроники, начала не хватало, но, по-видимому, дело происходило в Чехословакии. Какой-то человек пустился из родной деревни в дальние края попытать счастья. Через двадцать пять лет, разбогатев, с женой и ребенком он возвратился на родину. Его мать и сестра содержали маленькую деревенскую гостиницу. Он решил их удивить, оставил жену и ребенка где-то в другом месте, пришел к матери — и та его не узнала. Шутки ради он притворился, будто ему нужна комната. Мать и сестра увидели, что у него много денег. Они молотком убили его, ограбили, а труп бросили в реку. Наутро явилась его жена и, ничего не подозревая, открыла, кто был приезжий. Мать повесилась. Сестра бросилась в колодец. Я перечитал эту историю, наверно, тысячу раз. С одной стороны, она была неправдоподобна. С другой — вполне естественна. По-моему, этот человек в какой-то мере заслужил свою участь. Никогда не надо притворяться.

    Однажды я нашел на нарах под соломенным тюфяком прилипший к нему обрывок старой газеты — пожелтевший, почти прозрачный. Это был кусок уголовной хроники, начала не хватало, но, по-видимому, дело происходило в Чехословакии. Какой-то человек пустился из родной деревни в дальние края попытать счастья. Через двадцать пять лет, разбогатев, с женой и ребенком он возвратился на родину. Его мать и сестра содержали маленькую деревенскую гостиницу. Он решил их удивить, оставил жену и ребенка где-то в другом месте, пришел к матери — и та его не узнала. Шутки ради он притворился, будто ему нужна комната. Мать и сестра увидели, что у него много денег. Они молотком убили его, ограбили, а труп бросили в реку. Наутро явилась его жена и, ничего не подозревая, открыла, кто был приезжий. Мать повесилась. Сестра бросилась в колодец. Я перечитал эту историю, наверно, тысячу раз. С одной стороны, она была неправдоподобна. С другой — вполне естественна. По-моему, этот человек в какой-то мере заслужил свою участь. Никогда не надо притворяться.

    — Мерсо · книга
15. «

    Человеческое сердце обладает досадной склонностью именовать судьбой только то, что его сокрушает.

    Человеческое сердце обладает досадной склонностью именовать судьбой только то, что его сокрушает.
16. «

    Опять настало короткое молчание, а потом она пролепетала, что я очень странный человек, но, должно быть, за это она меня и любит, однако, может быть, именно поэтому я когда-нибудь стану ей противен.

    Опять настало короткое молчание, а потом она пролепетала, что я очень странный человек, но, должно быть, за это она меня и любит, однако, может быть, именно поэтому я когда-нибудь стану ей противен.

    — Мерсо · книга
17. «

    Привычка к отчаянию куда хуже, чем само отчаяние.

    Привычка к отчаянию куда хуже, чем само отчаяние.

    — Чума · книга
18. «

    Они несчастливы потому, что не умеют плыть по течению.

    Они несчастливы потому, что не умеют плыть по течению.

    — Чума · книга
19. «

    Нет ни одного даже самого прискорбного события, в котором не было бы своих хороших сторон.

    Нет ни одного даже самого прискорбного события, в котором не было бы своих хороших сторон.

    — Чума · книга
20. «

    Если людям, снедаемым глубокой тоской, улыбается счастье, они не умеют скрыть этого: они набрасываются на счастье, словно хотят сжать его в объятиях и задушить из ревности.

    Если людям, снедаемым глубокой тоской, улыбается счастье, они не умеют скрыть этого: они набрасываются на счастье, словно хотят сжать его в объятиях и задушить из ревности.