Александр Дугин: 13 цитат на каждый день

Подборка из 13 цитат Александра Дугина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...казалось бы, воздух неощутим, воздух легок, воздух прозрачен, но одновременно, когда воздух становится ветром, он становится могуществом, пред которым невозможно устоять. Он на море поднимает волны, превращая их в валы, он способен снести строение и утопить огромный сильный корабль. Вот этот маленький, слабый, невидимый воздух при определенных обстоятельствах становится огромной силой. Так же и душа, будучи невидимой, легкой, неощутимой, такой же как воздух, в определенных ситуациях приобретает невероятное могущество. И отсюда представление о том, что эта легкость воздуха, которая превращается в ветер, это все подводит нас к тематике души. Душа — это то, что движет тело. Здесь очень важно. Душа невидима, но душа определяется по своим последствиям, действиям. Душа — это не то, что движется, а то, что движет. Невидимо движет все остальное.

   ...казалось бы, воздух неощутим, воздух легок, воздух прозрачен, но одновременно, когда воздух становится ветром, он становится могуществом, пред которым невозможно устоять. Он на море поднимает волны, превращая их в валы, он способен снести строение и утопить огромный сильный корабль. Вот этот маленький, слабый, невидимый воздух при определенных обстоятельствах становится огромной силой. Так же и душа, будучи невидимой, легкой, неощутимой, такой же как воздух, в определенных ситуациях приобретает невероятное могущество. И отсюда представление о том, что эта легкость воздуха, которая превращается в ветер, это все подводит нас к тематике души. Душа — это то, что движет тело. Здесь очень важно. Душа невидима, но душа определяется по своим последствиям, действиям. Душа — это не то, что движется, а то, что движет. Невидимо движет все остальное.
2. «

   Вопрос о счастье — это вопрос о ценностях. Ценности — это важнейший элемент социологии.

   Вопрос о счастье — это вопрос о ценностях. Ценности — это важнейший элемент социологии.
3. «

   Ангел никогда не сможет быть Богом. Ангел, который захотел быть Богом, перешагнуть эту черту, он пал, и его судьба печальна. И все монотеистические традиции знают фигуру дьявола, знают фигуру сатаны, падшего ангела, Люцифера, который вышел из подчинения Бога, желая стать Богом, желая осуществить высшее тождество. И с точки зрения монотеистической логики двух душ он пал и был отвергнут.

   Ангел никогда не сможет быть Богом. Ангел, который захотел быть Богом, перешагнуть эту черту, он пал, и его судьба печальна. И все монотеистические традиции знают фигуру дьявола, знают фигуру сатаны, падшего ангела, Люцифера, который вышел из подчинения Бога, желая стать Богом, желая осуществить высшее тождество. И с точки зрения монотеистической логики двух душ он пал и был отвергнут.
4. «

   После евромайдана Украина перешла в лагерь врагов, блокировав саму возможность нашего имперского возрождения. Россия оказалась в капкане.

   После евромайдана Украина перешла в лагерь врагов, блокировав саму возможность нашего имперского возрождения. Россия оказалась в капкане.
5. «

   Печальна судьба провидца, если он превращается в идола и в истукана. Провидец повествует о бытии, о жизни, о богах и судьбе мира, о том, что есть в данный момент, а значит, было и будет. Его слова — живые и оживляются жизнью тех, кто их понимает, кто через них соразмышляет. А поэтому через живое понимание эти слова и тот, через которого они были высказаны, продолжают жить, а в некоторых случаях — и только начинают жить по-настоящему. Если мы поймем Хайдеггера, мы сможем двинуться, отталкиваясь от этого понимания, в любую сторону. Более того, совершенно все равно, что это будет за сторона — подтвердим ли мы основные моменты его философии или откроем что-то еще, например, то, что в ней не содержится, или даже то, что ей противоречит. Тот, кто живет в мысли, оживляет тех, кто мыслил когда-то.

   Печальна судьба провидца, если он превращается в идола и в истукана. Провидец повествует о бытии, о жизни, о богах и судьбе мира, о том, что есть в данный момент, а значит, было и будет. Его слова — живые и оживляются жизнью тех, кто их понимает, кто через них соразмышляет. А поэтому через живое понимание эти слова и тот, через которого они были высказаны, продолжают жить, а в некоторых случаях — и только начинают жить по-настоящему. Если мы поймем Хайдеггера, мы сможем двинуться, отталкиваясь от этого понимания, в любую сторону. Более того, совершенно все равно, что это будет за сторона — подтвердим ли мы основные моменты его философии или откроем что-то еще, например, то, что в ней не содержится, или даже то, что ей противоречит. Тот, кто живет в мысли, оживляет тех, кто мыслил когда-то.

   — Мартин Хайдеггер. Философия другого начала · книга
6. «

   Итак, здесь нам надо искать место для психологии. В мире, где души и след простыл. Там не только ее забыли, потеряли, и что мы ее сейчас где-то найдем. Если только немного изменим взгляд на эту карту онтологическую, гносеологическую, которая перед нами обозначилась. И где-то будет забытая затерянная душа, упавшая под стол. Нет. Эта сама карта и в картезианском дуалистическом ключе, и в кантианском, делающем акцент на субъекте, и в ньютоновском, эмпирическом, ставящем акцент на самой материи, — здесь души не только нет, здесь ее и не может быть. Более того, карта возникает, когда душа ликвидируется.

   Итак, здесь нам надо искать место для психологии. В мире, где души и след простыл. Там не только ее забыли, потеряли, и что мы ее сейчас где-то найдем. Если только немного изменим взгляд на эту карту онтологическую, гносеологическую, которая перед нами обозначилась. И где-то будет забытая затерянная душа, упавшая под стол. Нет. Эта сама карта и в картезианском дуалистическом ключе, и в кантианском, делающем акцент на субъекте, и в ньютоновском, эмпирическом, ставящем акцент на самой материи, — здесь души не только нет, здесь ее и не может быть. Более того, карта возникает, когда душа ликвидируется.
7. «

   Космонавтика – это не цель, а средство. Если сегодняшние глобальные вызовы диктуют нам необходимость развивать эту сферу, то мы будем её развивать. Сегодня век самых совершенных механизмов и одновременно самых низменных нравов и духовных стандартов. Мы гордимся покорением природы, но это столь же гадко, как гордиться тем, что мы изнасиловали беззащитное существо. Если природа будет оставаться для нас объектом, мы сами превратимся в объект (как это и происходит в процессе социального отчуждения), а от этого один шаг до замены нас роботами. Вместо развития мы должны сделать ставку на консерватизм. Не на какую-то невнятную и нелепую «консервативную модернизацию», но на последовательный и основательный, отрицающий любое одностороннее развитие, любой необратимый процесс фундаментальный философский консерватизм. Нам нужна полноценная консервативная философия, высшей ценностью признающая вечность и жизнь, а всему временному и техническому придающая второстепенное значение. Жизнь важнее, чем рост.

   Космонавтика – это не цель, а средство. Если сегодняшние глобальные вызовы диктуют нам необходимость развивать эту сферу, то мы будем её развивать. Сегодня век самых совершенных механизмов и одновременно самых низменных нравов и духовных стандартов. Мы гордимся покорением природы, но это столь же гадко, как гордиться тем, что мы изнасиловали беззащитное существо. Если природа будет оставаться для нас объектом, мы сами превратимся в объект (как это и происходит в процессе социального отчуждения), а от этого один шаг до замены нас роботами. Вместо развития мы должны сделать ставку на консерватизм. Не на какую-то невнятную и нелепую «консервативную модернизацию», но на последовательный и основательный, отрицающий любое одностороннее развитие, любой необратимый процесс фундаментальный философский консерватизм. Нам нужна полноценная консервативная философия, высшей ценностью признающая вечность и жизнь, а всему временному и техническому придающая второстепенное значение. Жизнь важнее, чем рост.
8. «

   «Вне меня ничего нет», — втайне подозревает каждый русский. «Но и меня, видимо, тоже нет», — неуверенно догадывается он.

   «Вне меня ничего нет», — втайне подозревает каждый русский. «Но и меня, видимо, тоже нет», — неуверенно догадывается он.

   — Постфилософия. Три парадигмы в истории мысли · книга
9. «

   Прямая демократия и есть подлинная демократия, так как в ней выполняются и соблюдаются все основные нормы режима, основывающегося на изначальной логике самого этого термина. Непрямая, опосредованная, представительная демократия уже в самой своей идее несет определенное противоречие, искажение изначальной концепции, некую подмену народного волеизъявления системой посредников, узурпирующих власть народа под тем или иным предлогом.

   Прямая демократия и есть подлинная демократия, так как в ней выполняются и соблюдаются все основные нормы режима, основывающегося на изначальной логике самого этого термина. Непрямая, опосредованная, представительная демократия уже в самой своей идее несет определенное противоречие, искажение изначальной концепции, некую подмену народного волеизъявления системой посредников, узурпирующих власть народа под тем или иным предлогом.
10. «

    Основная направленность моей деятельности состоит в эксплорации онтологии — меня интересует область смыслов, узлов бытия, парадигм, которые проявляются повсюду и во всем. Можно сказать, что я философ-онтолог. Все остальное — социология, история религий, геополитика, политология, культурология, литературоведение и т. д. проистекает из онтологии.

    Основная направленность моей деятельности состоит в эксплорации онтологии — меня интересует область смыслов, узлов бытия, парадигм, которые проявляются повсюду и во всем. Можно сказать, что я философ-онтолог. Все остальное — социология, история религий, геополитика, политология, культурология, литературоведение и т. д. проистекает из онтологии.

    — Путин против Путина · книга
11. «

    Но когда-то на земле была жизнь — жизнь ума, духа, мысли, знания. И это не миф. Это Аристотель. Это Средневековье. Это изобилие — да, несовременной! — христианской мысли. Единственно верной и научной.

    Но когда-то на земле была жизнь — жизнь ума, духа, мысли, знания. И это не миф. Это Аристотель. Это Средневековье. Это изобилие — да, несовременной! — христианской мысли. Единственно верной и научной.

    — Интернальные Онтологии. Сакральная физика и опрокинутый мир · книга
12. «

    Украина утратила свой шанс быть, она утратила свой шанс на суверенитет, национальную государственность, на свои позиции в мире, свои интересы. Украины просто не должно существовать.

    Украина утратила свой шанс быть, она утратила свой шанс на суверенитет, национальную государственность, на свои позиции в мире, свои интересы. Украины просто не должно существовать.
13. «

    Почему мы так долго останавливаемся на Греции? Если мы не поймем хоть что-то здесь, то дальше нам вообще будет ничего не понятно. Ни про Францию, ни про Германию, ни про Россию, ни про Рим. Ни современность, ни средневековье, ни христианство. Если мы как следует не проработаем греческую культуру, греческую идентичность, вся остальная культура, вся остальная история, и наше собственное общество будут для нас закрыты. Мы будем жить как рыбки в аквариуме, ровным счетом ничего не понимая. И оишь Греция является для нас, для индоевропейцев, главным ключом к пониманию нас самих во всех своих измерениях. Чем мы были, чем мы должны были бы быть, но не являемся, и чем мы должны стать.

    Почему мы так долго останавливаемся на Греции? Если мы не поймем хоть что-то здесь, то дальше нам вообще будет ничего не понятно. Ни про Францию, ни про Германию, ни про Россию, ни про Рим. Ни современность, ни средневековье, ни христианство. Если мы как следует не проработаем греческую культуру, греческую идентичность, вся остальная культура, вся остальная история, и наше собственное общество будут для нас закрыты. Мы будем жить как рыбки в аквариуме, ровным счетом ничего не понимая. И оишь Греция является для нас, для индоевропейцев, главным ключом к пониманию нас самих во всех своих измерениях. Чем мы были, чем мы должны были бы быть, но не являемся, и чем мы должны стать.