26 мудрых мыслей Александра Фёдоровича Строева

Александр Фёдорович Строев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 26 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Трудно удержать поток живых страстей Плотиной слабого рассудка.

   Трудно удержать поток живых страстей Плотиной слабого рассудка.

   — Шарль Перро · книга
2. «

   Кто в шторм клянется безрассудно Все жертвы принести богам, Бывает, даже не зайдет во храм, Когда земли достигнет судно.

   Кто в шторм клянется безрассудно Все жертвы принести богам, Бывает, даже не зайдет во храм, Когда земли достигнет судно.

   — Мари Катрин Д Онуа · книга
3. «

   Любовники со временем уже ничем не отличаются от мужей.

   Любовники со временем уже ничем не отличаются от мужей.

   — Катрин Бернар · книга
4. «

   Если астрологи могут заглянуть в непроницаемое будущее, если по звездам они узнают о грядущих событиях, то как бы мы ни старались избежать предсказанного, оно неминуемо должно сбыться. Нет таких предосторожностей, которые могли бы отвести от нас беду, предначертанную звездами.

   Если астрологи могут заглянуть в непроницаемое будущее, если по звездам они узнают о грядущих событиях, то как бы мы ни старались избежать предсказанного, оно неминуемо должно сбыться. Нет таких предосторожностей, которые могли бы отвести от нас беду, предначертанную звездами.

   — Малек · книга
5. «

   Недалеко от дворца было расположено озеро, полное сладкой каши, которое приносило королю Щелчку немалый доход. Его величество собственной персоной продавал эту кашу в розницу: не говоря уже о том, что это было куда более выгодно, товар таким образом не проходил через руки откупщиков и посредников, чья честность в те далекие времена оставляла желать много лучшего, как, впрочем, и теперь.

   Недалеко от дворца было расположено озеро, полное сладкой каши, которое приносило королю Щелчку немалый доход. Его величество собственной персоной продавал эту кашу в розницу: не говоря уже о том, что это было куда более выгодно, товар таким образом не проходил через руки откупщиков и посредников, чья честность в те далекие времена оставляла желать много лучшего, как, впрочем, и теперь.

   — Маргарита де Любер · книга
6. «

   Но ярость грозных волн на вспененном просторе, Вой ветра, рваных туч хаос - Подобье слабое, о море, Бушующих в груди любовных гроз.

   Но ярость грозных волн на вспененном просторе, Вой ветра, рваных туч хаос - Подобье слабое, о море, Бушующих в груди любовных гроз.

   — Принц Аквамарин · книга
7. «

   Зачем противиться судьбе? Аржи, конечно, бессердечна, Бесчувственна, бесчеловечна, Но дни, когда ее не слышишь ты, Ужасней, чем безмолвье глухоты; Ее не видя, ты лишился зренья... Тебе не вынести подобные мученья! Ты без своих оков беспомощен и слаб. Вернись же к ним, несчастный беглый раб!

   Зачем противиться судьбе? Аржи, конечно, бессердечна, Бесчувственна, бесчеловечна, Но дни, когда ее не слышишь ты, Ужасней, чем безмолвье глухоты; Ее не видя, ты лишился зренья... Тебе не вынести подобные мученья! Ты без своих оков беспомощен и слаб. Вернись же к ним, несчастный беглый раб!

   — Атис · книга
8. «

   Законы рыцарства — не то, что ныне, - В то время почитались, как святыня.

   Законы рыцарства — не то, что ныне, - В то время почитались, как святыня.

   — Вольтер · книга
9. «

   Великое горе всегда молчаливо.

   Великое горе всегда молчаливо.

   — Маргарита де Любер · книга
10. «

    Кто имеет золото и ум и при этом несчастен, тот пусть пеняет на себя.

    Кто имеет золото и ум и при этом несчастен, тот пусть пеняет на себя.

    — Рике с хохолком · книга
11. «

    Теперь в загоне демоны и феи; В умах живут лишь здравые идеи, А милые фантазии мертвы; Одна рассудочность уныло чтится; Все гонятся за истиной, увы! Ах, есть, поверьте, толк и в небылице.

    Теперь в загоне демоны и феи; В умах живут лишь здравые идеи, А милые фантазии мертвы; Одна рассудочность уныло чтится; Все гонятся за истиной, увы! Ах, есть, поверьте, толк и в небылице.

    — Вольтер · книга
12. «

    Конечно, я бедна, но что с того? Ведь бедность не бесчестит никого.

    Конечно, я бедна, но что с того? Ведь бедность не бесчестит никого.

    — Старуха · книга
13. «

    Ценил же Соломон Разумных женщин выше, чем красивых.

    Ценил же Соломон Разумных женщин выше, чем красивых.

    — Старуха · книга
14. «

    Для умной и любящей женщины нет ничего невозможного.

    Для умной и любящей женщины нет ничего невозможного.

    — Катрин Бернар · книга
15. «

    Она пожалела бедных птичек, но, печалясь об их судьбе, съела их с большим аппетитом.

    Она пожалела бедных птичек, но, печалясь об их судьбе, съела их с большим аппетитом.

    — Антуан Гамильтон · книга
16. «

    Люди ограниченные никогда не понимают, что хочет сказать автор, а те, что обладают живым воображение, обычно все преувеличивают, однако ни те, ни другие не склонны к размышлению.

    Люди ограниченные никогда не понимают, что хочет сказать автор, а те, что обладают живым воображение, обычно все преувеличивают, однако ни те, ни другие не склонны к размышлению.

    — Шарль Пино Дюкло · книга
17. «

    Невозможно даже представить себе, насколько народ доверчив и суеверен.

    Невозможно даже представить себе, насколько народ доверчив и суеверен.

    — Малек · книга
18. «

    Чем пламеннее страсть — тем откровенней; Ее не видеть и слепой не мог. Но ведь влюбленным не до ухищрений, Им мысль об осторожности не впрок!

    Чем пламеннее страсть — тем откровенней; Ее не видеть и слепой не мог. Но ведь влюбленным не до ухищрений, Им мысль об осторожности не впрок!

    — Жан Де Лафонтен · книга
19. «

    Известно, что для тех, кого боишься, делаешь больше, чем для тех, кого уважаешь.

    Известно, что для тех, кого боишься, делаешь больше, чем для тех, кого уважаешь.

    — Шарль Пино Дюкло · книга
20. «

    Общеизвестно, что, когда влюбленные видятся каждый день и не устают все время повторять, что любят друг друга, они легко забывают обо всем на свете.

    Общеизвестно, что, когда влюбленные видятся каждый день и не устают все время повторять, что любят друг друга, они легко забывают обо всем на свете.

    — Маргарита де Любер · книга