48 цитат Александра Прозоров: жизненные цитаты, которые стоит перечитать

Александр Прозоров: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 48 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Бури, они всегда уносят грязь, пыль и мусор, после них хорошо.

   Бури, они всегда уносят грязь, пыль и мусор, после них хорошо.

   — Александр Прозоров · книга
2. «

   — Подожди, у меня мыслишка одна имеется… — взял его за рукав Битали. — Хочешь, я ожерелье золотое сделаю? Не простое, а с секретом. Подаришь его Юлиане, она носить будет. Если девушка тебе изменит, ожерелье ее задушит. Само. И следить не нужно. Я умею такие изготавливать, меня учили. — Дурак ты! — резко выдернул руку парень и пошел прочь. — Постой, Гаспар! — нагнал его Битали. — Скажи, приятель, если ты не хочешь её наказать, тогда зачем тебе знать?! Ты ведь её даже не бросишь! <...> — Я не хочу знать, что она мне изменяет! — повернулся к Битали смертный. — Я хочу услышать, что она верна, понятно? Так что сам носи своё ожерелье! <...> Девушка лежала тихая, еле заметно шевеля губами. Выставленный вперед подбородок, расстегнутый ворот блузки. На миг потомок Темного Лорда представил там ожерелье и... И невольно передернул плечами от пробежавшего по спине холодка. Сама мысль о том, что тяжёлое жёлтое золото может задушить его любимую, вызвала в душе что-то, похожее на ужас. Однако недавний разговор еще оставался в памяти, и… И мысль о том, что Франсуаза может открыть объятия кому-то другому, пробудила внутри примерно такие же эмоции. И возможная измена любимой, и её гибель казались Битали одинаково невыносимыми. Он наконец-то понял, что именно пытался втолковать ему Гаспар. Бедолаге хотелось узнать только одно — что Юлиана ему верна. Потому что любой другой ответ разрывал мир в клочья и не оставлял будущего.

   — Подожди, у меня мыслишка одна имеется… — взял его за рукав Битали. — Хочешь, я ожерелье золотое сделаю? Не простое, а с секретом. Подаришь его Юлиане, она носить будет. Если девушка тебе изменит, ожерелье ее задушит. Само. И следить не нужно. Я умею такие изготавливать, меня учили. — Дурак ты! — резко выдернул руку парень и пошел прочь. — Постой, Гаспар! — нагнал его Битали. — Скажи, приятель, если ты не хочешь её наказать, тогда зачем тебе знать?! Ты ведь её даже не бросишь! <...> — Я не хочу знать, что она мне изменяет! — повернулся к Битали смертный. — Я хочу услышать, что она верна, понятно? Так что сам носи своё ожерелье! <...> Девушка лежала тихая, еле заметно шевеля губами. Выставленный вперед подбородок, расстегнутый ворот блузки. На миг потомок Темного Лорда представил там ожерелье и... И невольно передернул плечами от пробежавшего по спине холодка. Сама мысль о том, что тяжёлое жёлтое золото может задушить его любимую, вызвала в душе что-то, похожее на ужас. Однако недавний разговор еще оставался в памяти, и… И мысль о том, что Франсуаза может открыть объятия кому-то другому, пробудила внутри примерно такие же эмоции. И возможная измена любимой, и её гибель казались Битали одинаково невыносимыми. Он наконец-то понял, что именно пытался втолковать ему Гаспар. Бедолаге хотелось узнать только одно — что Юлиана ему верна. Потому что любой другой ответ разрывал мир в клочья и не оставлял будущего.

   — Александр Прозоров · книга
3. «

   Зависть гасит голод, мороз избавляет от мстительности, любопытство одолевает страх, а лень — любопытство. Но хуже всего то, что человек может одновременно ненавидеть соседа, любить его дочку, жутко хотеть есть и любопытствовать, что именно жужжит в яме у него под ногами. И куда он пойдет: есть, драться, целоваться или раскапывать яму, угадать практически невозможно. Все многочисленные страсти и желания крутятся в человеке одновременно, переплетаясь и смыкаясь, взаимно подавляя или подпитывая и образуя в каждом из вас уникальный, неповторимый букет эмоций, управлять которым становится не так уж и просто.

   Зависть гасит голод, мороз избавляет от мстительности, любопытство одолевает страх, а лень — любопытство. Но хуже всего то, что человек может одновременно ненавидеть соседа, любить его дочку, жутко хотеть есть и любопытствовать, что именно жужжит в яме у него под ногами. И куда он пойдет: есть, драться, целоваться или раскапывать яму, угадать практически невозможно. Все многочисленные страсти и желания крутятся в человеке одновременно, переплетаясь и смыкаясь, взаимно подавляя или подпитывая и образуя в каждом из вас уникальный, неповторимый букет эмоций, управлять которым становится не так уж и просто.

   — Александр Прозоров · книга
4. «

   Доброе дело никогда не бывает ненужным. Из малых добрых дел великие свершения складываются.

   Доброе дело никогда не бывает ненужным. Из малых добрых дел великие свершения складываются.

   — Александр Прозоров · книга
5. «

   Не покупайтесь на лесть, мсье Сенусерт! — немедленно отрезвил его учитель. — Тот, кто вас хвалит, не обязательно ваш друг. Возможно, ему просто не дотянуться до вас ножом со своего места, и он надеется, что вы повернетесь к нему спиной.

   Не покупайтесь на лесть, мсье Сенусерт! — немедленно отрезвил его учитель. — Тот, кто вас хвалит, не обязательно ваш друг. Возможно, ему просто не дотянуться до вас ножом со своего места, и он надеется, что вы повернетесь к нему спиной.

   — Александр Прозоров · книга
6. «

   Не может быть дружбы наполовину, не может быть покоя на рубежах, где власть, что ни день, меняется. Коли нет дружбы прочной, значит, меч русский ее должен заменить.

   Не может быть дружбы наполовину, не может быть покоя на рубежах, где власть, что ни день, меняется. Коли нет дружбы прочной, значит, меч русский ее должен заменить.

   — Александр Прозоров · книга
7. «

   Ты ведь в любую кривду поверить готов, лишь бы она была похожа на ту правду, что тебе так люба. Но мир таков, как есть, а не таков, как тебе хочется.

   Ты ведь в любую кривду поверить готов, лишь бы она была похожа на ту правду, что тебе так люба. Но мир таков, как есть, а не таков, как тебе хочется.

   — Александр Прозоров · книга
8. «

   Когда у человека случаются неприятности, он может говорить о них много и долго. Когда у него всё хорошо — говорить вроде и не о чем.

   Когда у человека случаются неприятности, он может говорить о них много и долго. Когда у него всё хорошо — говорить вроде и не о чем.

   — Александр Прозоров · книга
9. «

   ...в этом мире всегда нужно готовиться к самому худшему и радоваться, коли всё обходится мелкими неприятностями.

   ...в этом мире всегда нужно готовиться к самому худшему и радоваться, коли всё обходится мелкими неприятностями.

   — Александр Прозоров · книга
10. «

    Мелкие обиды не стоят большой измены.

    Мелкие обиды не стоят большой измены.

    — Александр Прозоров · книга
11. «

    Так уж выходит, что ты сходишь с ума по одной, она — по другому, тот — по третьей... Любви у всех навалом, но все при этом несчастные и в дураках.

    Так уж выходит, что ты сходишь с ума по одной, она — по другому, тот — по третьей... Любви у всех навалом, но все при этом несчастные и в дураках.

    — Александр Прозоров · книга
12. «

    Представь себе мышонка, чужеземец. Мышонка, которого смыл штормовой поток, — милостиво кивнул ему правитель. — Мышонок может сдаться, утонуть, быть разбитым о камни. А может решительно бороться и выплыть на гребень потока, нестись вперед на его высоте. Мышонок никогда не сможет одного: остановить этот поток. Ты понимаешь меня, ведун? Все эти люди здесь потому, что мне понадобились их жизни. Они могли засесть в своих городках и тихо сдохнуть там, борясь за право меня предать, или вместе со мной выйти на битву и сражаться, добывая честь и славу. Они не могли одного, чужеземец. Отсидеться в стороне. Когда идет поток, он заливает мышиные норки. Без радости, без злобы. Заливает, и всё. Потому что это поток.

    Представь себе мышонка, чужеземец. Мышонка, которого смыл штормовой поток, — милостиво кивнул ему правитель. — Мышонок может сдаться, утонуть, быть разбитым о камни. А может решительно бороться и выплыть на гребень потока, нестись вперед на его высоте. Мышонок никогда не сможет одного: остановить этот поток. Ты понимаешь меня, ведун? Все эти люди здесь потому, что мне понадобились их жизни. Они могли засесть в своих городках и тихо сдохнуть там, борясь за право меня предать, или вместе со мной выйти на битву и сражаться, добывая честь и славу. Они не могли одного, чужеземец. Отсидеться в стороне. Когда идет поток, он заливает мышиные норки. Без радости, без злобы. Заливает, и всё. Потому что это поток.

    — Александр Прозоров · книга
13. «

    Мужчины, они разные, мадам Вантенуа. Иные любят так страстно, что готовы истязать себя, лишь бы их возлюбленная была счастлива. Другие любят так страстно, что скорее уничтожат любимых, нежели допустят, чтобы те оказались в чужих руках. Разные мужчины просят разные амулеты.

    Мужчины, они разные, мадам Вантенуа. Иные любят так страстно, что готовы истязать себя, лишь бы их возлюбленная была счастлива. Другие любят так страстно, что скорее уничтожат любимых, нежели допустят, чтобы те оказались в чужих руках. Разные мужчины просят разные амулеты.

    — Александр Прозоров · книга
14. «

    ...далеко не всегда в минуты душевной слабости совершаются правильные поступки.

    ...далеко не всегда в минуты душевной слабости совершаются правильные поступки.

    — Александр Прозоров · книга
15. «

    Раскрытая засада, <...> это западня уже для того, кто спрятался.

    Раскрытая засада, <...> это западня уже для того, кто спрятался.

    — Александр Прозоров · книга
16. «

    Самое мерзкое — это когда ничего сделать не можешь. Только сидеть и ждать, чем всё кончится.

    Самое мерзкое — это когда ничего сделать не можешь. Только сидеть и ждать, чем всё кончится.

    — Александр Прозоров · книга
17. «

    Так уж заведено в этом мире, что самые страшные убийцы — это совсем не те, кто грязными и ободранными шалит по глухим дорогам в поисках добычи или стреляет в чужака на поле брани. Самые злобные из душегубов сидят в красивых комнатах, пахнут розами, носят чистые одежды и за бокалом дорогого вина обсуждают великие планы. Ибо первые проливают кровь единиц. Решения вторых лишают жизни тысячи тысяч.

    Так уж заведено в этом мире, что самые страшные убийцы — это совсем не те, кто грязными и ободранными шалит по глухим дорогам в поисках добычи или стреляет в чужака на поле брани. Самые злобные из душегубов сидят в красивых комнатах, пахнут розами, носят чистые одежды и за бокалом дорогого вина обсуждают великие планы. Ибо первые проливают кровь единиц. Решения вторых лишают жизни тысячи тысяч.

    — Александр Прозоров · книга
18. «

    Все хотят счастья. Но не все его достойны.

    Все хотят счастья. Но не все его достойны.

    — Александр Прозоров · книга
19. «

    Всё же плотская страсть — самое страшное сумасшествие, какое только придумали для смертных великие боги. Жизнью, богатством и совестью жертвуют ради неё только так.

    Всё же плотская страсть — самое страшное сумасшествие, какое только придумали для смертных великие боги. Жизнью, богатством и совестью жертвуют ради неё только так.

    — Александр Прозоров · книга
20. «

    Нельзя, нет, нельзя баб до власти допускать. Всё до исподнего отдадут, лишь бы кровопролития не случилось. А без крови часто нельзя, ну, никак нельзя обойтись. Пока ворогам не докажешь, что кровь станешь лить не колеблясь — от рубежей не отстанут, так и будут щипать потихонечку, покуда голым не оставят.

    Нельзя, нет, нельзя баб до власти допускать. Всё до исподнего отдадут, лишь бы кровопролития не случилось. А без крови часто нельзя, ну, никак нельзя обойтись. Пока ворогам не докажешь, что кровь станешь лить не колеблясь — от рубежей не отстанут, так и будут щипать потихонечку, покуда голым не оставят.

    — Александр Прозоров · книга