24 цитаты Александра Сергеевича Пушкин: жизненные цитаты — коротко и по делу

Ниже 24 цитаты Александра Сергеевича Пушкин: жизненные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   И вот: по родственным обедам Развозят Таню каждый день Представить бабушкам и дедам Ее рассеянную лень. Родне, прибывшей издалеча, И восклицанья, и хлеб-соль. «Как Таня выросла! Давно ль Я, кажется, тебя крестила? А я так на руки брала! А я так за уши драла! А я так пряником кормила!» И хором бабушки твердят: «Как наши годы-то летят!»

   И вот: по родственным обедам Развозят Таню каждый день Представить бабушкам и дедам Ее рассеянную лень. Родне, прибывшей издалеча, И восклицанья, и хлеб-соль. «Как Таня выросла! Давно ль Я, кажется, тебя крестила? А я так на руки брала! А я так за уши драла! А я так пряником кормила!» И хором бабушки твердят: «Как наши годы-то летят!»

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
2. «

   Теперь я живу дома, я хозяйка — и ты не поверишь, какое это истинное наслаждение.

   Теперь я живу дома, я хозяйка — и ты не поверишь, какое это истинное наслаждение.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
3. «

   Занятиям деревня учит, Уединенье хоть кого Читать в ненастны дни научит . . . . . . . вопреки всего.

   Занятиям деревня учит, Уединенье хоть кого Читать в ненастны дни научит . . . . . . . вопреки всего.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
4. «

   В столицах женщины получают, может быть, лучшее образование; но навык света скоро сглаживает характер и делает души столь же однообразными, как и головные уборы.

   В столицах женщины получают, может быть, лучшее образование; но навык света скоро сглаживает характер и делает души столь же однообразными, как и головные уборы.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
5. «

   На лицах дерзость, в сердце страх.

   На лицах дерзость, в сердце страх.

   — Александр Сергеевич Пушкин
6. «

   И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул.

   И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул.

   — Александр Сергеевич Пушкин
7. «

   Следовать за мыслями великого человека есть наука самая занимательная.

   Следовать за мыслями великого человека есть наука самая занимательная.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
8. «

   Deep in the desert's misery, far in the fury of the sand, there stands the awesome Upas Tree lone watchman of a lifeless land. <...> But man sent man with one proud look towards the tree, and he was gone, the humble one, and there he took the poison and returned at dawn.

   Deep in the desert's misery, far in the fury of the sand, there stands the awesome Upas Tree lone watchman of a lifeless land. <...> But man sent man with one proud look towards the tree, and he was gone, the humble one, and there he took the poison and returned at dawn.

   — Александр Сергеевич Пушкин
9. «

   Увы, на разные забавы Я много жизни погубил! Но если б не страдали нравы, Я балы б до сих пор любил.

   Увы, на разные забавы Я много жизни погубил! Но если б не страдали нравы, Я балы б до сих пор любил.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
10. «

    Он имел именно тот ум, который нравится женщинам: ум приличия и наблюдения, безо всяких притязаний и беспечно насмешливый.

    Он имел именно тот ум, который нравится женщинам: ум приличия и наблюдения, безо всяких притязаний и беспечно насмешливый.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
11. «

    И этому все я виною! Страшно Ума лишиться. Легче умереть. На мертвеца глядим мы с уваженьем, Творим о нем молитвы. Смерть равняет С ним каждого. Но человек, лишенный Ума, становится не человеком. Напрасно речь ему дана, не правит Словами он, в нем брата своего Зверь узнает, он людям в посмеянье, Над ним всяк волен, бог его не судит.

    И этому все я виною! Страшно Ума лишиться. Легче умереть. На мертвеца глядим мы с уваженьем, Творим о нем молитвы. Смерть равняет С ним каждого. Но человек, лишенный Ума, становится не человеком. Напрасно речь ему дана, не правит Словами он, в нем брата своего Зверь узнает, он людям в посмеянье, Над ним всяк волен, бог его не судит.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
12. «

    Чтение Ричардсона дало мне повод к размышлениям. Какая ужасная разница между идеалами бабушек и внучек! ...между тем роль женщин не изменяется. Кларисса, за исключением церемонных приседаний, все же походит на героиню новейших романов. Потому ли, что способы нравиться в мужчине зависит от моды, от минутного мнения... а в женщинах — они основаны на чувстве и природе, которые вечны.

    Чтение Ричардсона дало мне повод к размышлениям. Какая ужасная разница между идеалами бабушек и внучек! ...между тем роль женщин не изменяется. Кларисса, за исключением церемонных приседаний, все же походит на героиню новейших романов. Потому ли, что способы нравиться в мужчине зависит от моды, от минутного мнения... а в женщинах — они основаны на чувстве и природе, которые вечны.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
13. «

    Я знал красавиц недоступных, Холодных, чистых, как зима, Неумолимых, неподкупных, Непостижимых для ума; Дивился я их спеси модной, Их добродетели природной, И, признаюсь, от них бежал, И, мнится, с ужасом читал Над их бровями надпись ада: Оставь надежду навсегда. Внушать любовь для них беда, Пугать людей для них отрада.

    Я знал красавиц недоступных, Холодных, чистых, как зима, Неумолимых, неподкупных, Непостижимых для ума; Дивился я их спеси модной, Их добродетели природной, И, признаюсь, от них бежал, И, мнится, с ужасом читал Над их бровями надпись ада: Оставь надежду навсегда. Внушать любовь для них беда, Пугать людей для них отрада.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
14. «

    Весна в деревню вас зовет, Пора тепла, цветов, работ, Пора гуляний вдохновенных И соблазнительных ночей. В поля, друзья! скорей, скорей...

    Весна в деревню вас зовет, Пора тепла, цветов, работ, Пора гуляний вдохновенных И соблазнительных ночей. В поля, друзья! скорей, скорей...

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
15. «

    Края Москвы, края родные Где на заре цветущих лет Часы беспечности я тратил золотые, Не зная горести и бед…

    Края Москвы, края родные Где на заре цветущих лет Часы беспечности я тратил золотые, Не зная горести и бед…

    — Александр Сергеевич Пушкин
16. «

    Не все я в небе ненавидел, Не все я в мире презирал.

    Не все я в небе ненавидел, Не все я в мире презирал.

    — Александр Сергеевич Пушкин
17. «

    ... Когда б ты знала, Когда бы ты воображала Неволю душных городов! Там люди в кучах, за оградой. Не дышат утренней прохладой, Ни вешним запахом лугов; Любви стыдятся, мысли гонят, Торгуют волею своей, Главы пред идолами клонят И просят денег да цепей...

    ... Когда б ты знала, Когда бы ты воображала Неволю душных городов! Там люди в кучах, за оградой. Не дышат утренней прохладой, Ни вешним запахом лугов; Любви стыдятся, мысли гонят, Торгуют волею своей, Главы пред идолами клонят И просят денег да цепей...

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
18. «

    ... А там и дружный смех, и песни вечерком, И вальсы резвые, и шепот за столом, И взоры томные, и ветреные речи, На узкой лестнице замедленные встречи; И дева в сумерки выходит на крыльцо: Открыты шея, грудь, и вьюга ей в лицо! Но бури севера не вредны русской розе. Как жарко поцелуй пылает на морозе! Как дева русская свежа в пыли снегов!

    ... А там и дружный смех, и песни вечерком, И вальсы резвые, и шепот за столом, И взоры томные, и ветреные речи, На узкой лестнице замедленные встречи; И дева в сумерки выходит на крыльцо: Открыты шея, грудь, и вьюга ей в лицо! Но бури севера не вредны русской розе. Как жарко поцелуй пылает на морозе! Как дева русская свежа в пыли снегов!

    — Александр Сергеевич Пушкин
19. «

    Легкомысленный свет беспощадно гонит на самом деле то, что дозволяет в теории...

    Легкомысленный свет беспощадно гонит на самом деле то, что дозволяет в теории...

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
20. «

    Скажите, однако, что он сделал вам, этот бедный муж? Уже не ревнует ли он часом? Что ж, клянусь вам, он не был бы неправ; вы не умеете или (что еще хуже) не хотите щадить людей. Хорошенькая женщина, конечно, вольна… быть вольной. Боже мой, я не собираюсь читать вам нравоучения, но все же следует уважать мужа, - иначе никто не захочет состоять в мужьях. Не принижайте слишком это ремесло, оно необходимо на свете.

    Скажите, однако, что он сделал вам, этот бедный муж? Уже не ревнует ли он часом? Что ж, клянусь вам, он не был бы неправ; вы не умеете или (что еще хуже) не хотите щадить людей. Хорошенькая женщина, конечно, вольна… быть вольной. Боже мой, я не собираюсь читать вам нравоучения, но все же следует уважать мужа, - иначе никто не захочет состоять в мужьях. Не принижайте слишком это ремесло, оно необходимо на свете.

    — Александр Сергеевич Пушкин