Александр Сергеевич Пушкин — 155 цитат с глубоким смыслом

Подборка из 155 цитат Александра Сергеевича Пушкина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Не долго плакала она. Увы! невеста молодая Своей печали неверна. Другой увлек ее вниманье, Другой успел ее страданье Любовной лестью усыпить...

   Не долго плакала она. Увы! невеста молодая Своей печали неверна. Другой увлек ее вниманье, Другой успел ее страданье Любовной лестью усыпить...

   — Евгений Онегин · книга
2. «

   Первый признак умного человека — с первого взгляда знать, с кем имеешь дело, и не метать бисера...

   Первый признак умного человека — с первого взгляда знать, с кем имеешь дело, и не метать бисера...
3. «

   О чем шумите вы, народные витии? Зачем анафемой грозите вы России? Что возмутило вас? волнения Литвы? Оставьте: это спор славян между собою, Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою, Вопрос, которого не разрешите вы.

   О чем шумите вы, народные витии? Зачем анафемой грозите вы России? Что возмутило вас? волнения Литвы? Оставьте: это спор славян между собою, Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою, Вопрос, которого не разрешите вы.
4. «

   Однажды орел спрашивал у ворона: скажи, ворон-птица, отчего живешь ты на белом свете триста лет, а я всего-на-все только тридцать три года? — Оттого, батюшка, отвечал ему ворон, что ты пьешь живую кровь, а я питаюсь мертвечиной. Орел подумал: давай попробуем и мы питаться тем же. Хорошо. Полетели орел да ворон. Вот завидели палую лошадь; спустились и сели. Ворон стал клевать, да похваливать. Орел клюнул раз, клюнул другой, махнул крылом и сказал ворону: нет, брат ворон; чем триста лет питаться падалью, лучше раз напиться живой кровью, а там что бог даст!

   Однажды орел спрашивал у ворона: скажи, ворон-птица, отчего живешь ты на белом свете триста лет, а я всего-на-все только тридцать три года? — Оттого, батюшка, отвечал ему ворон, что ты пьешь живую кровь, а я питаюсь мертвечиной. Орел подумал: давай попробуем и мы питаться тем же. Хорошо. Полетели орел да ворон. Вот завидели палую лошадь; спустились и сели. Ворон стал клевать, да похваливать. Орел клюнул раз, клюнул другой, махнул крылом и сказал ворону: нет, брат ворон; чем триста лет питаться падалью, лучше раз напиться живой кровью, а там что бог даст!

   — Емельян Пугачев · книга
5. «

   Служенье муз не терпит суеты; Прекрасное должно быть величаво: Но юность нам советует лукаво, И шумные нас радуют мечты...

   Служенье муз не терпит суеты; Прекрасное должно быть величаво: Но юность нам советует лукаво, И шумные нас радуют мечты...
6. «

   Но ты любить, как я, не можешь; Зачем же хладной красотой Ты сердце слабое тревожишь?

   Но ты любить, как я, не можешь; Зачем же хладной красотой Ты сердце слабое тревожишь?
7. «

   В страстном состоянии духа ты в состоянии сделать то, о чем и не смел бы подумать в трезвом виде.

   В страстном состоянии духа ты в состоянии сделать то, о чем и не смел бы подумать в трезвом виде.
8. «

   Всяк суетится, лжет за двух, И всюду меркантильный дух. Тоска!

   Всяк суетится, лжет за двух, И всюду меркантильный дух. Тоска!

   — Евгений Онегин · книга
9. «

   Несчастия, страстей и немощей сыны, Мы все на страшный гроб, родясь, осуждены.

   Несчастия, страстей и немощей сыны, Мы все на страшный гроб, родясь, осуждены.
10. «

    Что может быть на свете хуже Семьи, где бедная жена Грустит о недостойном муже, И днем и вечером одна; Где скучный муж, ей цену зная (Судьбу, однако ж, проклиная), Всегда нахмурен, молчалив, Сердит и холодно-ревнив!

    Что может быть на свете хуже Семьи, где бедная жена Грустит о недостойном муже, И днем и вечером одна; Где скучный муж, ей цену зная (Судьбу, однако ж, проклиная), Всегда нахмурен, молчалив, Сердит и холодно-ревнив!

    — Евгений Онегин · книга
11. «

    Несносно видеть пред собою Одних обедов длинный ряд, Глядеть на жизнь, как на обряд, И вслед за чинною толпою Идти, не разделяя с ней Ни общих мнений, ни страстей.

    Несносно видеть пред собою Одних обедов длинный ряд, Глядеть на жизнь, как на обряд, И вслед за чинною толпою Идти, не разделяя с ней Ни общих мнений, ни страстей.

    — Евгений Онегин · книга
12. «

    Родные люди вот какие: Мы их обязаны ласкать, Любить, душевно уважать И, по обычаю народа, О Рождестве их навещать Или по почте поздравлять, Чтоб остальное время года Не думали о нас они...

    Родные люди вот какие: Мы их обязаны ласкать, Любить, душевно уважать И, по обычаю народа, О Рождестве их навещать Или по почте поздравлять, Чтоб остальное время года Не думали о нас они...

    — Евгений Онегин · книга
13. «

    Врагов имеет в мире всяк, Но от друзей спаси нас, Боже!

    Врагов имеет в мире всяк, Но от друзей спаси нас, Боже!

    — Евгений Онегин · книга
14. «

    Фиалка в воздухе свой аромат лила, А волк злодействовал в пасущемся народе; Он кровожаден был, фиалочка — мила: Всяк следует своей природе.

    Фиалка в воздухе свой аромат лила, А волк злодействовал в пасущемся народе; Он кровожаден был, фиалочка — мила: Всяк следует своей природе.
15. «

    ...береги платье с нову, а честь смолоду.

    ...береги платье с нову, а честь смолоду.

    — Андрей Петрович Гринев · книга
16. «

    Графиня была так стара, что смерть её никого не могла поразить и что её родственники давно смотрели на неё, как на отжившую.

    Графиня была так стара, что смерть её никого не могла поразить и что её родственники давно смотрели на неё, как на отжившую.

    — Пиковая дама · книга
17. «

    Cold frost and sunshine: day of wonder! But you, my friend, are still in slumber- Wake up, my beauty, time belies: You dormant eyes, I beg you, broaden Toward the northerly Aurora, As though a northern star arise!

    Cold frost and sunshine: day of wonder! But you, my friend, are still in slumber- Wake up, my beauty, time belies: You dormant eyes, I beg you, broaden Toward the northerly Aurora, As though a northern star arise!
18. «

    Сокровища родного слова, Заметят важные умы, Для лепетания чужого Безумно пренебрегли мы. Мы любим муз чужих игрушки, Чужих наречий погремушки А не читаем книг своих.

    Сокровища родного слова, Заметят важные умы, Для лепетания чужого Безумно пренебрегли мы. Мы любим муз чужих игрушки, Чужих наречий погремушки А не читаем книг своих.

    — Евгений Онегин · книга
19. «

    Любовь — это восхитительный обман, на который человек соглашается по доброй воле.

    Любовь — это восхитительный обман, на который человек соглашается по доброй воле.
20. «

    Поэтов — хвалят все, питают — лишь журналы…

    Поэтов — хвалят все, питают — лишь журналы…