576 цитат Александра Сергеевича Пушкина

Подборка из 576 цитат Александра Сергеевича Пушкина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Она страдала, хоть была прекрасна И молода, хоть жизнь ее текла В роскошной неге; хоть была подвластна Фортуна ей; хоть мода ей несла Свой фимиам, — она была несчастна.

   Она страдала, хоть была прекрасна И молода, хоть жизнь ее текла В роскошной неге; хоть была подвластна Фортуна ей; хоть мода ей несла Свой фимиам, — она была несчастна.

   — Домик в Коломне · книга
2. «

   У нас есть три истории России: одна для гостиной, другая для гостиницы, третья для гостиного двора.

   У нас есть три истории России: одна для гостиной, другая для гостиницы, третья для гостиного двора.

   — Пушкин · книга
3. «

   О чем шумите вы, народные витии? Зачем анафемой грозите вы России? Что возмутило вас? волнения Литвы? Оставьте: это спор славян между собою, Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою, Вопрос, которого не разрешите вы.

   О чем шумите вы, народные витии? Зачем анафемой грозите вы России? Что возмутило вас? волнения Литвы? Оставьте: это спор славян между собою, Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою, Вопрос, которого не разрешите вы.
4. «

   От воздержанья муза чахнет, И редко, редко с ней грешу.

   От воздержанья муза чахнет, И редко, редко с ней грешу.
5. «

   Бунт и революция мне никогда не нравились.

   Бунт и революция мне никогда не нравились.
6. «

   Побольше мягкости, кокетства (и главное, бога ради, отказов, отказов и отказов) — и он будет у ваших ног.

   Побольше мягкости, кокетства (и главное, бога ради, отказов, отказов и отказов) — и он будет у ваших ног.
7. «

   Искать вдохновения всегда казалось мне смешной и нелепой причудою: вдохновения не сыщешь; оно само должно найти поэта.

   Искать вдохновения всегда казалось мне смешной и нелепой причудою: вдохновения не сыщешь; оно само должно найти поэта.

   — Путешествие в Арзрум во время похода 1829 года · книга
8. «

   Вы грозны на словах — попробуйте на деле! Иль старый богатырь, покойный на постеле, Не в силах завинтить свой измаильский штык? Иль русского царя уже бессильно слово? Иль нам с Европой спорить ново? Иль русский от побед отвык? Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды, От финских хладных скал до пламенной Колхиды, От потрясенного Кремля До стен недвижного Китая, Стальной щетиною сверкая, Не встанет русская земля?.. Так высылайте ж нам, витии, Своих озлобленных сынов: Есть место им в полях России, Среди нечуждых им гробов.

   Вы грозны на словах — попробуйте на деле! Иль старый богатырь, покойный на постеле, Не в силах завинтить свой измаильский штык? Иль русского царя уже бессильно слово? Иль нам с Европой спорить ново? Иль русский от побед отвык? Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды, От финских хладных скал до пламенной Колхиды, От потрясенного Кремля До стен недвижного Китая, Стальной щетиною сверкая, Не встанет русская земля?.. Так высылайте ж нам, витии, Своих озлобленных сынов: Есть место им в полях России, Среди нечуждых им гробов.
9. «

   Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног — но мне досадно, если иностранец разделяет со мной это чувство.

   Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног — но мне досадно, если иностранец разделяет со мной это чувство.
10. «

    В страстном состоянии духа ты в состоянии сделать то, о чем и не смел бы подумать в трезвом виде.

    В страстном состоянии духа ты в состоянии сделать то, о чем и не смел бы подумать в трезвом виде.
11. «

    Прими ж мои благодаренья, Поклонник мирных аонид, О ты, чья память сохранит Мои летучие творения, Чья благосклонная рука Потреплет лавры старика!

    Прими ж мои благодаренья, Поклонник мирных аонид, О ты, чья память сохранит Мои летучие творения, Чья благосклонная рука Потреплет лавры старика!

    — Евгений Онегин · книга
12. «

    Свет мой, зеркальце! скажи, Да всю правду доложи: Я ль на свете всех милее, Всех румяней и белее?

    Свет мой, зеркальце! скажи, Да всю правду доложи: Я ль на свете всех милее, Всех румяней и белее?

    — Сказка о мертвой царевне и о семи богатырях · книга
13. «

    Я бы нашел много, что тебе сказать в извинение моей несостоятельности, но это по почте писать вещь излишняя.

    Я бы нашел много, что тебе сказать в извинение моей несостоятельности, но это по почте писать вещь излишняя.
14. «

    Тебе сказать не должен боле: Судьба твоих грядущих дней, Мой сын, в твоей отныне воле.

    Тебе сказать не должен боле: Судьба твоих грядущих дней, Мой сын, в твоей отныне воле.

    — Руслан и Людмила · книга
15. «

    В первое представление «Дон Жуана», в то время, когда весь театр, полный изумленных знатоков, безмолвно упивался гармонией Моцарта, раздался свист — все обратились с негодованием, и знаменитый Сальери вышел из залы — в бешенстве, снедаемый завистию. Сальери умер лет 8 тому назад. Некоторые немецкие журналы говорили, что на одре смерти признался он будто бы в ужасном преступлении — в отравлении великого Моцарта. Завистник, который мог освистать «Дон Жуана», мог отравить его творца.

    В первое представление «Дон Жуана», в то время, когда весь театр, полный изумленных знатоков, безмолвно упивался гармонией Моцарта, раздался свист — все обратились с негодованием, и знаменитый Сальери вышел из залы — в бешенстве, снедаемый завистию. Сальери умер лет 8 тому назад. Некоторые немецкие журналы говорили, что на одре смерти признался он будто бы в ужасном преступлении — в отравлении великого Моцарта. Завистник, который мог освистать «Дон Жуана», мог отравить его творца.

    — О Сальери · книга
16. «

    Я не мог не подивиться странному сцеплению обстоятельств: детский тулуп, подаренный бродяге, избавлял меня от петли, и пьяница, шатавшийся по постоялым дворам, осаждал крепости и потрясал государством!

    Я не мог не подивиться странному сцеплению обстоятельств: детский тулуп, подаренный бродяге, избавлял меня от петли, и пьяница, шатавшийся по постоялым дворам, осаждал крепости и потрясал государством!

    — Петр Гринев · книга
17. «

    И дам обдуманный наряд; Люблю их ножки; только вряд Найдете вы в России целой Три пары стройных женских ног. Ах! долго я забыть не мог Две ножки... Грустный, охладелый, Я все их помню, и во сне Они тревожат сердце мне.

    И дам обдуманный наряд; Люблю их ножки; только вряд Найдете вы в России целой Три пары стройных женских ног. Ах! долго я забыть не мог Две ножки... Грустный, охладелый, Я все их помню, и во сне Они тревожат сердце мне.

    — Евгений Онегин · книга
18. «

    Я далёк от того, чтобы восхищаться всем, что вижу вокруг себя; как писатель я огорчён…, многое мне претит, но клянусь вам моей честью – ни за что в мире я не хотел бы переменить Родину, или иметь иную историю, чем история наших предков, как её нам дал Бог.

    Я далёк от того, чтобы восхищаться всем, что вижу вокруг себя; как писатель я огорчён…, многое мне претит, но клянусь вам моей честью – ни за что в мире я не хотел бы переменить Родину, или иметь иную историю, чем история наших предков, как её нам дал Бог.
19. «

    Служенье муз не терпит суеты; Прекрасное должно быть величаво: Но юность нам советует лукаво, И шумные нас радуют мечты...

    Служенье муз не терпит суеты; Прекрасное должно быть величаво: Но юность нам советует лукаво, И шумные нас радуют мечты...
20. «

    Лучше, как говорит Экклезиаст, внимать наставлениям мудрого, чем песням безумца.

    Лучше, как говорит Экклезиаст, внимать наставлениям мудрого, чем песням безумца.