643 цитаты Александра Сергеевича Пушкина о смысле жизни

Подборка из 643 цитаты Александра Сергеевича Пушкина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Хоть грустно жить, друзья мои, Однако жить еще возможно.

   Хоть грустно жить, друзья мои, Однако жить еще возможно.

   — Руслан и Людмила · книга
2. «

   С надеждой, верою весёлой Иди на всё, не унывай; Вперёд! Мечом и грудью смелой Свой путь на полночь пробивай.

   С надеждой, верою весёлой Иди на всё, не унывай; Вперёд! Мечом и грудью смелой Свой путь на полночь пробивай.

   — Руслан и Людмила · книга
3. «

   Зевес, балуя смертных чад, Всем возрастам дает игрушки: Над сединами не гремят Безумства резвые гремушки.

   Зевес, балуя смертных чад, Всем возрастам дает игрушки: Над сединами не гремят Безумства резвые гремушки.
4. «

   Парнас — не монастырь и не гарем печальный.

   Парнас — не монастырь и не гарем печальный.
5. «

   Как я хорошо веду себя! как ты была бы мной довольна! за барышнями не ухаживаю, смотрительшей не щиплю, с калмычками не кокетничаю — и на днях отказался от башкирки, несмотря на любопытство, очень простительное путешественнику. Знаешь ли ты, что есть пословица: на чужой сторонке и старушка божий дар. То-то, женка. Бери с меня пример.

   Как я хорошо веду себя! как ты была бы мной довольна! за барышнями не ухаживаю, смотрительшей не щиплю, с калмычками не кокетничаю — и на днях отказался от башкирки, несмотря на любопытство, очень простительное путешественнику. Знаешь ли ты, что есть пословица: на чужой сторонке и старушка божий дар. То-то, женка. Бери с меня пример.
6. «

   Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад!

   Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад!
7. «

   И в сердце дума заронилась; Пора пришла, она влюбилась.

   И в сердце дума заронилась; Пора пришла, она влюбилась.

   — Евгений Онегин · книга
8. «

   Тогда блажен, кто крепко словом правит И держит мысль на привязи свою.

   Тогда блажен, кто крепко словом правит И держит мысль на привязи свою.

   — Домик в Коломне · книга
9. «

   Уж темно: в санки он садится. «Пади, пади!» — раздался крик; Морозной пылью серебрится Его бобровый воротник. К Talon помчался: он уверен, Что там уж ждет его Каверин. Вошел — и пробка в потолок, Вина кометы брызнул ток, Пред ним roast-beef окровавленный, И трюфли, роскошь юных лет, Французской кухни лучший цвет, И Стразбурга пирог нетленный Меж сыром лимбкргским живым И ананасом золотым.

   Уж темно: в санки он садится. «Пади, пади!» — раздался крик; Морозной пылью серебрится Его бобровый воротник. К Talon помчался: он уверен, Что там уж ждет его Каверин. Вошел — и пробка в потолок, Вина кометы брызнул ток, Пред ним roast-beef окровавленный, И трюфли, роскошь юных лет, Французской кухни лучший цвет, И Стразбурга пирог нетленный Меж сыром лимбкргским живым И ананасом золотым.

   — Евгений Онегин · книга
10. «

    Мы ленивы и нелюбопытны...

    Мы ленивы и нелюбопытны...

    — Путешествие в Арзрум во время похода 1829 года · книга
11. «

    Он рощи полюбил густые, Уединение, тишину, И ночь, и звезды, и луну, Луну, небесную лампаду, Которой посвящали мы Прогулки средь вечерней тьмы, И слезы, тайных мук отраду... Но нынче видим только в ней Замену тусклых фонарей.

    Он рощи полюбил густые, Уединение, тишину, И ночь, и звезды, и луну, Луну, небесную лампаду, Которой посвящали мы Прогулки средь вечерней тьмы, И слезы, тайных мук отраду... Но нынче видим только в ней Замену тусклых фонарей.

    — Евгений Онегин · книга
12. «

    Человек пьющий ни на что негоден...

    Человек пьющий ни на что негоден...

    — Архип Савельев · книга
13. «

    Зато и пламенная младость Не может ничего скрывать. Вражду, любовь, печаль и радость Она готова разболтать.

    Зато и пламенная младость Не может ничего скрывать. Вражду, любовь, печаль и радость Она готова разболтать.

    — Евгений Онегин · книга
14. «

    Амур с досадой своенравной Вступили в смелый заговор, И для главы твоей бесславной Готов уж мстительный убор.

    Амур с досадой своенравной Вступили в смелый заговор, И для главы твоей бесславной Готов уж мстительный убор.

    — Руслан и Людмила · книга
15. «

    Нет ни в чем вам благодати; С счастием у вас разлад: И прекрасны вы некстати И умны вы невпопад.

    Нет ни в чем вам благодати; С счастием у вас разлад: И прекрасны вы некстати И умны вы невпопад.
16. «

    Ступайте ж к нам: вас Русь зовет! Но знайте, прошеные гости! Уж Польша вас не поведет: Через ее шагнете кости!..." Сбылось — и в день Бородина Вновь наши вторглись знамена В проломы падшей вновь Варшавы; И Польша, как бегущий полк, Во прах бросает стяг кровавый - И бунт раздавленный умолк.

    Ступайте ж к нам: вас Русь зовет! Но знайте, прошеные гости! Уж Польша вас не поведет: Через ее шагнете кости!..." Сбылось — и в день Бородина Вновь наши вторглись знамена В проломы падшей вновь Варшавы; И Польша, как бегущий полк, Во прах бросает стяг кровавый - И бунт раздавленный умолк.
17. «

    Молодость это горячка, безумие, напасть. Её побуждения обычно бывают благородны, в нравственном смысле даже возвышенны, но чаще всего ведут к великой глупости, а то и к большой вине. Вы, вероятно, знаете, что я считался либералом, революционером, конспиратором, словом, одним из самых упорных врагов монархизма, и в особенности самодержавия. Таков я и был в действительности.

    Молодость это горячка, безумие, напасть. Её побуждения обычно бывают благородны, в нравственном смысле даже возвышенны, но чаще всего ведут к великой глупости, а то и к большой вине. Вы, вероятно, знаете, что я считался либералом, революционером, конспиратором, словом, одним из самых упорных врагов монархизма, и в особенности самодержавия. Таков я и был в действительности.
18. «

    Тонкость не доказывает еще ума. Глупцы и даже сумасшедшие бывают удивительно тонки.

    Тонкость не доказывает еще ума. Глупцы и даже сумасшедшие бывают удивительно тонки.
19. «

    В глуши, во мраке заточенья Тянулись тихо дни мои Без божества, без вдохновенья, Без слез, без жизни, без любви.

    В глуши, во мраке заточенья Тянулись тихо дни мои Без божества, без вдохновенья, Без слез, без жизни, без любви.
20. «

    Вообще пишу много про себя, а печатаю по неволе и единственно для денег; охота являться перед публикою, которая Вас не понимает, чтоб четыре дурака ругали Вас потом шесть месяцев в своих журналах только что не поматерну. Было время, литература была благородное, аристократическое поприще. Ныне это вшивый рынок.

    Вообще пишу много про себя, а печатаю по неволе и единственно для денег; охота являться перед публикою, которая Вас не понимает, чтоб четыре дурака ругали Вас потом шесть месяцев в своих журналах только что не поматерну. Было время, литература была благородное, аристократическое поприще. Ныне это вшивый рынок.