746 мыслей Александра Сергеевича Пушкина без воды

Подборка из 746 цитат Александра Сергеевича Пушкина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Да! если бы все слёзы, кровь и пот, Пролитые за всё, что здесь хранится, Из недр земных все выступили вдруг, То был бы вновь потоп – я захлебнулся б В моих подвалах верных.

   Да! если бы все слёзы, кровь и пот, Пролитые за всё, что здесь хранится, Из недр земных все выступили вдруг, То был бы вновь потоп – я захлебнулся б В моих подвалах верных.

   — Барон · книга
2. «

   Они сошлись: Волна и камень, Стихи и проза, лед и пламень.

   Они сошлись: Волна и камень, Стихи и проза, лед и пламень.

   — Евгений Онегин · книга
3. «

   Он имел сильные страсти и огненное воображение, но твердость спасла его от обыкновенных заблуждений молодости.

   Он имел сильные страсти и огненное воображение, но твердость спасла его от обыкновенных заблуждений молодости.

   — Пиковая дама · книга
4. «

   В глуши, во мраке заточенья Тянулись тихо дни мои Без божества, без вдохновенья, Без слез, без жизни, без любви.

   В глуши, во мраке заточенья Тянулись тихо дни мои Без божества, без вдохновенья, Без слез, без жизни, без любви.
5. «

   — Мне скучно, бес. — Что делать, Фауст? Таков вам положен удел.

   — Мне скучно, бес. — Что делать, Фауст? Таков вам положен удел.
6. «

   Нам не страшна могилы тьма.

   Нам не страшна могилы тьма.

   — Пир во время чумы · книга
7. «

   Доныне гордый наш язык К почтовой прозе не привык.

   Доныне гордый наш язык К почтовой прозе не привык.

   — Евгений Онегин · книга
8. «

   Разве не находите вы чего-то значительного в теперешнем положении России, чего-то такого, что поразит будущего историка?

   Разве не находите вы чего-то значительного в теперешнем положении России, чего-то такого, что поразит будущего историка?
9. «

   Она была девушка, она была влюблена.

   Она была девушка, она была влюблена.

   — Евгений Онегин · книга
10. «

    Разберись, кто прав, кто виноват, да обоих и накажи.

    Разберись, кто прав, кто виноват, да обоих и накажи.
11. «

    Нас пыл любовный рано мучит, Очаровательный обман, Любви нас не природа учит, А Сталь или Шатобриан.

    Нас пыл любовный рано мучит, Очаровательный обман, Любви нас не природа учит, А Сталь или Шатобриан.

    — Евгений Онегин · книга
12. «

    Надо было прибавить (не в качестве уступки, но как правду), что правительство все еще единственный европеец в России. И сколь бы грубо и цинично оно ни было, от него зависело бы стать сто крат хуже. Никто не обратил бы на это ни малейшего внимания.

    Надо было прибавить (не в качестве уступки, но как правду), что правительство все еще единственный европеец в России. И сколь бы грубо и цинично оно ни было, от него зависело бы стать сто крат хуже. Никто не обратил бы на это ни малейшего внимания.
13. «

    Ты в страсти горестной находишь наслажденье; Тебе приятно слезы лить, Напрасным пламенем томить воображенье И в сердце тихое уныние таить.

    Ты в страсти горестной находишь наслажденье; Тебе приятно слезы лить, Напрасным пламенем томить воображенье И в сердце тихое уныние таить.
14. «

    С изумлением увидели демократию в ее отвратительном цинизме, в ее жестоких предрассудках, в ее нестерпимом тиранстве. Всё благородное, бескорыстное, всё возвышающее душу человеческую — подавленное неумолимым эгоизмом и страстию к довольству (comfort); большинство, нагло притесняющее общество; рабство негров посреди образованности и свободы; родословные гонения в народе, не имеющем дворянства; со стороны избирателей алчность и зависть; со стороны управляющих робость и подобострастие; талант, из уважения к равенству, принужденный к добровольному остракизму; богач, надевающий оборванный кафтан, дабы на улице не оскорбить надменной нищеты, им втайне презираемой: такова картина Американских Штатов, недавно выставленная перед нами.

    С изумлением увидели демократию в ее отвратительном цинизме, в ее жестоких предрассудках, в ее нестерпимом тиранстве. Всё благородное, бескорыстное, всё возвышающее душу человеческую — подавленное неумолимым эгоизмом и страстию к довольству (comfort); большинство, нагло притесняющее общество; рабство негров посреди образованности и свободы; родословные гонения в народе, не имеющем дворянства; со стороны избирателей алчность и зависть; со стороны управляющих робость и подобострастие; талант, из уважения к равенству, принужденный к добровольному остракизму; богач, надевающий оборванный кафтан, дабы на улице не оскорбить надменной нищеты, им втайне презираемой: такова картина Американских Штатов, недавно выставленная перед нами.
15. «

    Кого ж любить? Кому же верить? Кто не изменит нам один? Кто все дела, все речи мерит Услужливо на наш аршин? Кто клеветы про нас не сеет? Кто нас заботливо лелеет? Кому порок наш не беда? Кто не наскучит никогда? Призрака суетный искатель, Трудов напрасно не губя, Любите самого себя, Достопочтенный мой читатель! Предмет достойный: ничего Любезней, верно, нет его.

    Кого ж любить? Кому же верить? Кто не изменит нам один? Кто все дела, все речи мерит Услужливо на наш аршин? Кто клеветы про нас не сеет? Кто нас заботливо лелеет? Кому порок наш не беда? Кто не наскучит никогда? Призрака суетный искатель, Трудов напрасно не губя, Любите самого себя, Достопочтенный мой читатель! Предмет достойный: ничего Любезней, верно, нет его.

    — Евгений Онегин · книга
16. «

    Не говорите мне о восхищении: это не то чувство, какое мне нужно. Говорите мне о любви: вот чего я жажду.

    Не говорите мне о восхищении: это не то чувство, какое мне нужно. Говорите мне о любви: вот чего я жажду.
17. «

    Теперь я живу дома, я хозяйка — и ты не поверишь, какое это истинное наслаждение.

    Теперь я живу дома, я хозяйка — и ты не поверишь, какое это истинное наслаждение.

    — Лиза · книга
18. «

    Ветреность всегда жестока, и все вы, кружа головы направо и налево, радуетесь, видя, что есть душа, страждующая в вашу честь и славу.

    Ветреность всегда жестока, и все вы, кружа головы направо и налево, радуетесь, видя, что есть душа, страждующая в вашу честь и славу.
19. «

    Не долго плакала она. Увы! невеста молодая Своей печали неверна. Другой увлек ее вниманье, Другой успел ее страданье Любовной лестью усыпить...

    Не долго плакала она. Увы! невеста молодая Своей печали неверна. Другой увлек ее вниманье, Другой успел ее страданье Любовной лестью усыпить...

    — Евгений Онегин · книга
20. «

    Оставь любопытство толпе и будь заодно с гением. Толпа жадно читает исповеди, записки, потому что в подлости своей радуется унижению высокого, слабости могущего. При открытии всякой мерзости она в восхищении.

    Оставь любопытство толпе и будь заодно с гением. Толпа жадно читает исповеди, записки, потому что в подлости своей радуется унижению высокого, слабости могущего. При открытии всякой мерзости она в восхищении.