Что говорил Александр Трифонович Твардовский: 58 цитат

Подборка из 58 цитат Александра Трифоновича Твардовского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   С первых дней годины горькой, В тяжкий час земли родной Не шутя, Василий Тёркин, Подружились мы с тобой, Я забыть того не вправе, Чем твоей обязан славе, Чем и где помог ты мне. Делу время, час забаве, Дорог Тёркин на войне. Как же вдруг тебя покину? Старой дружбы верен счёт. Словом, книгу с середины И начнём. А там пойдёт.

   С первых дней годины горькой, В тяжкий час земли родной Не шутя, Василий Тёркин, Подружились мы с тобой, Я забыть того не вправе, Чем твоей обязан славе, Чем и где помог ты мне. Делу время, час забаве, Дорог Тёркин на войне. Как же вдруг тебя покину? Старой дружбы верен счёт. Словом, книгу с середины И начнём. А там пойдёт.

   — Василий Тёркин · книга
2. «

   – Редкий случай в медицине, - Слышит Теркин, как сквозь сон.

   – Редкий случай в медицине, - Слышит Теркин, как сквозь сон.

   — Теркин на том свете · книга
3. «

   О войне – оно понятно, Что война. А суть в другом: Дай с войны прийти обратно При победе над врагом.

   О войне – оно понятно, Что война. А суть в другом: Дай с войны прийти обратно При победе над врагом.

   — Василий Тёркин · книга
4. «

   Великих лет бессмертный труд, Твои высокие свершенья Как будто песнь в себе несут От нас в иные поколенья.

   Великих лет бессмертный труд, Твои высокие свершенья Как будто песнь в себе несут От нас в иные поколенья.
5. «

   Погляжу, какой ты милый, Замечательный какой. Нет, недаром полюбила, Потеряла я покой.

   Погляжу, какой ты милый, Замечательный какой. Нет, недаром полюбила, Потеряла я покой.
6. «

   И, у заберегов корку Ледяную обломав, Он как он, Василий Тёркин, Встал живой, – добрался вплавь. Гладкий, голый, как из бани, Встал, шатаясь тяжело. Ни зубами, ни губами Не работает – свело. Подхватили, обвязали, Дали валенки с ноги. Пригрозили, приказали — Можешь, нет ли, а беги.

   И, у заберегов корку Ледяную обломав, Он как он, Василий Тёркин, Встал живой, – добрался вплавь. Гладкий, голый, как из бани, Встал, шатаясь тяжело. Ни зубами, ни губами Не работает – свело. Подхватили, обвязали, Дали валенки с ноги. Пригрозили, приказали — Можешь, нет ли, а беги.

   — Василий Тёркин · книга
7. «

   Бой идёт святой и правый, Смертный бой не ради славы - Ради жизни на земле.

   Бой идёт святой и правый, Смертный бой не ради славы - Ради жизни на земле.

   — Василий Тёркин · книга
8. «

   Спит герой, храпит – и точка. Принимает всё, как есть. Ну, своя – так это ж точно. Ну, война – так я же здесь. Спит, забыв о трудном лете. Сон, забота, не бунтуй. Может, завтра на рассвете Будет новый сабантуй.

   Спит герой, храпит – и точка. Принимает всё, как есть. Ну, своя – так это ж точно. Ну, война – так я же здесь. Спит, забыв о трудном лете. Сон, забота, не бунтуй. Может, завтра на рассвете Будет новый сабантуй.

   — Василий Тёркин · книга
9. «

   Там – рядами по годам Шли в строю незримом Колыма и Магадан, Воркута с Нарымом.

   Там – рядами по годам Шли в строю незримом Колыма и Магадан, Воркута с Нарымом.

   — Теркин на том свете · книга
10. «

    Сабантуй – тебе наука, Враг лютует – сам лютуй. Но совсем иная штука Это – главный сабантуй.

    Сабантуй – тебе наука, Враг лютует – сам лютуй. Но совсем иная штука Это – главный сабантуй.

    — Василий Тёркин · книга
11. «

    Который год мне снится, повторяясь Почти без изменений, этот сон. Как будто я, уже с войны вернувшись, Опять учиться должен в институте И полон вновь школярскою тревогой, Как зазубрить лежалые науки. И страшно мне и горько осрамиться В той юности моей второй иль третьей. И я, проснувшись, рад чистосердечно, - Что в яви нету мне такой мороки, Но всякий раз потом бывает грустно.

    Который год мне снится, повторяясь Почти без изменений, этот сон. Как будто я, уже с войны вернувшись, Опять учиться должен в институте И полон вновь школярскою тревогой, Как зазубрить лежалые науки. И страшно мне и горько осрамиться В той юности моей второй иль третьей. И я, проснувшись, рад чистосердечно, - Что в яви нету мне такой мороки, Но всякий раз потом бывает грустно.
12. «

    Общение с книгой — высшая и незаменимая форма интеллектуального развития человека.

    Общение с книгой — высшая и незаменимая форма интеллектуального развития человека.
13. «

    Под горой, в штабной избушке, Парня тотчас на кровать Положили для просушки, Стали спиртом растирать. Растирали, растирали… Вдруг он молвит, как во сне: – Доктор, доктор, а нельзя ли Изнутри погреться мне, Чтоб не всё на кожу тратить?

    Под горой, в штабной избушке, Парня тотчас на кровать Положили для просушки, Стали спиртом растирать. Растирали, растирали… Вдруг он молвит, как во сне: – Доктор, доктор, а нельзя ли Изнутри погреться мне, Чтоб не всё на кожу тратить?

    — Василий Тёркин · книга
14. «

    С тропы своей ни в чём не соступая, Не отступая — быть самим собой. Так со своей управиться судьбой, Чтоб в ней себя нашла судьба любая И чью-то душу отпустила боль.

    С тропы своей ни в чём не соступая, Не отступая — быть самим собой. Так со своей управиться судьбой, Чтоб в ней себя нашла судьба любая И чью-то душу отпустила боль.
15. «

    На войне, в быту суровом, В трудной жизни боевой, На снегу, под хвойным кровом, На стоянке полевой, — Лучше нет простой, здоровой, Доброй пищи фронтовой.

    На войне, в быту суровом, В трудной жизни боевой, На снегу, под хвойным кровом, На стоянке полевой, — Лучше нет простой, здоровой, Доброй пищи фронтовой.

    — Василий Тёркин · книга
16. «

    И плывут бойцы куда-то, Притаив штыки в тени. И совсем свои ребята Сразу – будто не они, Сразу будто не похожи На своих, на тех ребят: Как-то всё дружней и строже, Как-то всё тебе дороже И родней, чем час назад. Поглядеть – и впрямь – ребята! Как, по правде, желторот, Холостой ли он, женатый, Этот стриженый народ.

    И плывут бойцы куда-то, Притаив штыки в тени. И совсем свои ребята Сразу – будто не они, Сразу будто не похожи На своих, на тех ребят: Как-то всё дружней и строже, Как-то всё тебе дороже И родней, чем час назад. Поглядеть – и впрямь – ребята! Как, по правде, желторот, Холостой ли он, женатый, Этот стриженый народ.

    — Василий Тёркин · книга
17. «

    Жить без пищи можно сутки, Можно больше, но порой На войне одной минутки Не прожить без прибаутки, Шутки самой немудрой.

    Жить без пищи можно сутки, Можно больше, но порой На войне одной минутки Не прожить без прибаутки, Шутки самой немудрой.

    — Василий Тёркин · книга
18. «

    Все сроки кратки в этом мире, Все превращенья — на лету. Сирень в году дня три-четыре, От силы пять кипит в саду.

    Все сроки кратки в этом мире, Все превращенья — на лету. Сирень в году дня три-четыре, От силы пять кипит в саду.
19. «

    Как ни трудно, как ни худо — не сдавай, вперед гляди!

    Как ни трудно, как ни худо — не сдавай, вперед гляди!

    — Василий Тёркин · книга
20. «

    Переправа, переправа! Берег правый, как стена… Этой ночи след кровавый В море вынесла волна. Было так: из тьмы глубокой, Огненный взметнув клинок, Луч прожектора протоку Пересёк наискосок. И столбом поставил воду Вдруг снаряд. Понтоны – в ряд. Густо было там народу — Наших стриженых ребят…

    Переправа, переправа! Берег правый, как стена… Этой ночи след кровавый В море вынесла волна. Было так: из тьмы глубокой, Огненный взметнув клинок, Луч прожектора протоку Пересёк наискосок. И столбом поставил воду Вдруг снаряд. Понтоны – в ряд. Густо было там народу — Наших стриженых ребят…

    — Василий Тёркин · книга