40 фраз Александра Вяземка: жизненные цитаты, которые запоминаются

Ниже 40 цитат Александра Вяземка: жизненные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Иногда мне кажется, что родители родили меня не для того, чтобы я радовался жизни, а для каких-то других, своих целей.

   Иногда мне кажется, что родители родили меня не для того, чтобы я радовался жизни, а для каких-то других, своих целей.

   — Александр Вяземка · книга
2. «

   Природа дает столь долгий период взросления человеку для того, чтобы родители и дети могли привязаться друг к другу. Это делает людей сплоченными и потому – сильными. Совместные узы – самые крепкие. Они связывают даже людей, ненавидящих друг друга.

   Природа дает столь долгий период взросления человеку для того, чтобы родители и дети могли привязаться друг к другу. Это делает людей сплоченными и потому – сильными. Совместные узы – самые крепкие. Они связывают даже людей, ненавидящих друг друга.

   — Александр Вяземка · книга
3. «

   Парадокс счастья состоит в том, что для его достижения подчас приходится жертвовать счастьем других.

   Парадокс счастья состоит в том, что для его достижения подчас приходится жертвовать счастьем других.

   — Александр Вяземка · книга
4. «

   Умирать не страшно. Умирать обидно. Но еще обидней прожить пустую жизнь, в которой не было радости преодоления препятствий и преодоления самой большой трудности – себя.

   Умирать не страшно. Умирать обидно. Но еще обидней прожить пустую жизнь, в которой не было радости преодоления препятствий и преодоления самой большой трудности – себя.

   — Александр Вяземка · книга
5. «

   В людях живёт потребность бояться и ненавидеть. Именно поэтому наш путь к миру во всём мире лежит через гонку вооружений, а вся наша история – это не борьба Добра со Злом, а всего лишь борьба любви к человеку с алчностью и гордыней самого человека.

   В людях живёт потребность бояться и ненавидеть. Именно поэтому наш путь к миру во всём мире лежит через гонку вооружений, а вся наша история – это не борьба Добра со Злом, а всего лишь борьба любви к человеку с алчностью и гордыней самого человека.

   — Александр Вяземка · книга
6. «

   Я словно любовник, а мир – объект моей страсти. Каждый день – как новая встреча влюбленных…

   Я словно любовник, а мир – объект моей страсти. Каждый день – как новая встреча влюбленных…

   — Александр Вяземка · книга
7. «

   Судьба отказывает мне в моем единственном желании – жить спокойно – снова и снова, хотя я вот Судьбе не отказываю ни в чем.

   Судьба отказывает мне в моем единственном желании – жить спокойно – снова и снова, хотя я вот Судьбе не отказываю ни в чем.

   — Александр Вяземка · книга
8. «

   Лучшие умы человечества играют на бирже, а не ищут лекарство от бессмертия.

   Лучшие умы человечества играют на бирже, а не ищут лекарство от бессмертия.

   — Александр Вяземка · книга
9. «

   – Господин Президент, – наконец сказал он, – вы должны понимать, что, как и любой президент реального мира, себе вы не принадлежите. Как не принадлежит себе любой человек. Мы принадлежим своему обществу, хочется нам этого или нет. И даже если мы не желаем ему служить, оно найдет пути использовать нас в своих интересах. – Хорошо, но какой у всего этого смысл? – Смысл? А разве нужен смысл? Разве в жизни человека он обязательно должен быть? Смысл может быть вложен в жизнь лишь самим человеком, но поскольку жизнь уже предрешена за него обществом, откуда в ней смыслу взяться? Человеку дается предназначение. И, я считаю, это важнее смысла.

   – Господин Президент, – наконец сказал он, – вы должны понимать, что, как и любой президент реального мира, себе вы не принадлежите. Как не принадлежит себе любой человек. Мы принадлежим своему обществу, хочется нам этого или нет. И даже если мы не желаем ему служить, оно найдет пути использовать нас в своих интересах. – Хорошо, но какой у всего этого смысл? – Смысл? А разве нужен смысл? Разве в жизни человека он обязательно должен быть? Смысл может быть вложен в жизнь лишь самим человеком, но поскольку жизнь уже предрешена за него обществом, откуда в ней смыслу взяться? Человеку дается предназначение. И, я считаю, это важнее смысла.

   — Александр Вяземка · книга
10. «

    Многие древние заблуждения были опровергнуты. Но одно не будет опровергнуто никогда. Человек слишком слаб, чтобы отказаться от заблуждения о бессмертности души…

    Многие древние заблуждения были опровергнуты. Но одно не будет опровергнуто никогда. Человек слишком слаб, чтобы отказаться от заблуждения о бессмертности души…

    — Александр Вяземка · книга
11. «

    – Пап, никто никому ничего не должен. – Правильно. Каждый себя от долга перед другими освободил. Каждый сам определяет для себя свой долг, его природу и меру. – Ну и отлично. Теперь свобода, папа. Нет больше рабства долга. – Да не рабство это было, а нити общности. Только носить их было так же тяжело, как зимнюю одежду летом. Освободив себя от долга перед другими, человек оказался без поддержки других членов социума. Он оказался никому не нужен. Вот она, истинная природа принципа «никто никому ничего не должен» – власть одиночества. Никто… никому… не-ин-те-ре-сен! Не ну-жен!

    – Пап, никто никому ничего не должен. – Правильно. Каждый себя от долга перед другими освободил. Каждый сам определяет для себя свой долг, его природу и меру. – Ну и отлично. Теперь свобода, папа. Нет больше рабства долга. – Да не рабство это было, а нити общности. Только носить их было так же тяжело, как зимнюю одежду летом. Освободив себя от долга перед другими, человек оказался без поддержки других членов социума. Он оказался никому не нужен. Вот она, истинная природа принципа «никто никому ничего не должен» – власть одиночества. Никто… никому… не-ин-те-ре-сен! Не ну-жен!

    — Александр Вяземка · книга
12. «

    – Не любишь ты людей, папа. – Я люблю человека! Но его так трудно любить… Он делает все возможное, чтобы моя любовь к нему не состоялась.

    – Не любишь ты людей, папа. – Я люблю человека! Но его так трудно любить… Он делает все возможное, чтобы моя любовь к нему не состоялась.

    — Александр Вяземка · книга
13. «

    Дефолт наших душ страшнее любого финансового коллапса.

    Дефолт наших душ страшнее любого финансового коллапса.

    — Александр Вяземка · книга
14. «

    Наша глупость – продолжение нашей мудрости, как кишечник – всегда продолжение даже самых красивых губ.

    Наша глупость – продолжение нашей мудрости, как кишечник – всегда продолжение даже самых красивых губ.

    — Александр Вяземка · книга
15. «

    Человеку нельзя давать замыкаться лишь на себе и вариться в собственном соку. В его душу и сердце надо беспрестанно стучаться.

    Человеку нельзя давать замыкаться лишь на себе и вариться в собственном соку. В его душу и сердце надо беспрестанно стучаться.

    — Александр Вяземка · книга
16. «

    Почему мерилом, удалась ли жизнь, является не то, что ты оставил о себе людям, что сделал для них, а то, что сделал для себя?

    Почему мерилом, удалась ли жизнь, является не то, что ты оставил о себе людям, что сделал для них, а то, что сделал для себя?

    — Александр Вяземка
17. «

    Тед оснований винить себя не видел, поскольку винить себя у его поколения считалось дурным вкусом и последним делом.

    Тед оснований винить себя не видел, поскольку винить себя у его поколения считалось дурным вкусом и последним делом.

    — Александр Вяземка · книга
18. «

    К сожалению, глупая смерть приходит не только за глупцами.

    К сожалению, глупая смерть приходит не только за глупцами.

    — Александр Вяземка · книга
19. «

    Даже слова мудреца – пустой звук, если их никто не услышит.

    Даже слова мудреца – пустой звук, если их никто не услышит.

    — Александр Вяземка
20. «

    Подражая другим, мы обрекаем себя на второстепенные роли.

    Подражая другим, мы обрекаем себя на второстепенные роли.

    — Александр Вяземка