160 мыслей Александра Вяземки без воды

Александр Вяземка — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 160 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Кто светел, тот и спятил.

   Кто светел, тот и спятил.

   — Товарищ Кот, английский жмот и человек-патефон, или Добро пожаловать в Велкомбританию · книга
2. «

   Быть счастливым и легко и трудно. Некоторые люди не могут не быть счастливыми. Другие же не смогут быть счастливы никогда.

   Быть счастливым и легко и трудно. Некоторые люди не могут не быть счастливыми. Другие же не смогут быть счастливы никогда.
3. «

   Если человек бесталанен, он бесталанен во всем.

   Если человек бесталанен, он бесталанен во всем.

   — Серёжка в Заэкранье · книга
4. «

   Мир – это многообразие однообразий.

   Мир – это многообразие однообразий.

   — Товарищ Кот, английский жмот и человек-патефон, или Добро пожаловать в Велкомбританию · книга
5. «

   Помимо перенаселения бессмертие не могло обойти стороной еще одну напасть человечества – войны. Открытие эликсира моментально свело на нет число согласных расплатиться жизнью за чужие территориальные, экономические или лирические аппетиты. «Дураков нет!» – «Нет?» – «Нет!» Вот так лекарство для бессмертия не только спасло людей от смерти, но и покончило с дураками.

   Помимо перенаселения бессмертие не могло обойти стороной еще одну напасть человечества – войны. Открытие эликсира моментально свело на нет число согласных расплатиться жизнью за чужие территориальные, экономические или лирические аппетиты. «Дураков нет!» – «Нет?» – «Нет!» Вот так лекарство для бессмертия не только спасло людей от смерти, но и покончило с дураками.

   — Конрад Томилин и титаны Земли · книга
6. «

   В людях живёт потребность бояться и ненавидеть. Именно поэтому наш путь к миру во всём мире лежит через гонку вооружений, а вся наша история – это не борьба Добра со Злом, а всего лишь борьба любви к человеку с алчностью и гордыней самого человека.

   В людях живёт потребность бояться и ненавидеть. Именно поэтому наш путь к миру во всём мире лежит через гонку вооружений, а вся наша история – это не борьба Добра со Злом, а всего лишь борьба любви к человеку с алчностью и гордыней самого человека.

   — Товарищ Кот, английский жмот и человек-патефон, или Добро пожаловать в Велкомбританию · книга
7. «

   Если мир не нуждается в тебе, это еще полбеды. Беда – когда ты не нуждаешься в мире.

   Если мир не нуждается в тебе, это еще полбеды. Беда – когда ты не нуждаешься в мире.

   — Миллер-старший · книга
8. «

   За все, что не имеет цены, черта с два расплатишься.

   За все, что не имеет цены, черта с два расплатишься.

   — Товарищ Кот, английский жмот и человек-патефон, или Добро пожаловать в Велкомбританию · книга
9. «

   Я вам так скажу: плохие дороги в России – не беда, а благо. Чем хуже дороги, тем с меньшей скоростью носятся по ним дураки за рулем.

   Я вам так скажу: плохие дороги в России – не беда, а благо. Чем хуже дороги, тем с меньшей скоростью носятся по ним дураки за рулем.

   — Леонид Стоцкий · книга
10. «

    Мечта поэта у окна Следит за миром взглядом ночи, Пренебрегает правом сна, Смущает Афродиты очи.

    Мечта поэта у окна Следит за миром взглядом ночи, Пренебрегает правом сна, Смущает Афродиты очи.

    — Товарищ Кот, английский жмот и человек-патефон, или Добро пожаловать в Велкомбританию · книга
11. «

    – Пап, никто никому ничего не должен. – Правильно. Каждый себя от долга перед другими освободил. Каждый сам определяет для себя свой долг, его природу и меру. – Ну и отлично. Теперь свобода, папа. Нет больше рабства долга. – Да не рабство это было, а нити общности. Только носить их было так же тяжело, как зимнюю одежду летом. Освободив себя от долга перед другими, человек оказался без поддержки других членов социума. Он оказался никому не нужен. Вот она, истинная природа принципа «никто никому ничего не должен» – власть одиночества. Никто… никому… не-ин-те-ре-сен! Не ну-жен!

    – Пап, никто никому ничего не должен. – Правильно. Каждый себя от долга перед другими освободил. Каждый сам определяет для себя свой долг, его природу и меру. – Ну и отлично. Теперь свобода, папа. Нет больше рабства долга. – Да не рабство это было, а нити общности. Только носить их было так же тяжело, как зимнюю одежду летом. Освободив себя от долга перед другими, человек оказался без поддержки других членов социума. Он оказался никому не нужен. Вот она, истинная природа принципа «никто никому ничего не должен» – власть одиночества. Никто… никому… не-ин-те-ре-сен! Не ну-жен!

    — Тед · книга
12. «

    В сексе мне не отказывают. Отказывают в любви.

    В сексе мне не отказывают. Отказывают в любви.

    — Тед · книга
13. «

    Что отличает утонченного, культурного эрудита от грубого деревенского мужика? Культурный человек знает, кем был Томас Джефферсон, и что такое диффамация. Что еще отличает утонченного, культурного эрудита от темного деревенского мужика? Случись мировая катастрофа, «деревенщина» выживет, а эрудит – нет.

    Что отличает утонченного, культурного эрудита от грубого деревенского мужика? Культурный человек знает, кем был Томас Джефферсон, и что такое диффамация. Что еще отличает утонченного, культурного эрудита от темного деревенского мужика? Случись мировая катастрофа, «деревенщина» выживет, а эрудит – нет.
14. «

    Дети отчего-то принимают то, что способно их развлечь, за добро, а то, что требует от них усилий, – за зло.

    Дети отчего-то принимают то, что способно их развлечь, за добро, а то, что требует от них усилий, – за зло.

    — Миллер-старший · книга
15. «

    Верьте книгам, а не рекламным объявлениям.

    Верьте книгам, а не рекламным объявлениям.
16. «

    На одних обиженных всю воду не перевозишь.

    На одних обиженных всю воду не перевозишь.

    — Серёжка в Заэкранье · книга
17. «

    – Ты можешь объяснить мне, в чем предназначение человека? – Предназначение?... – Вопрос застал Теда врасплох: сам он никогда им не задавался, а тут требовалось не только не выставить себя дураком, но и выдать ответ, достойный зрелого, сорокашестилетнего мужчины. – Как тебе объяснить… У человека много предназначений. – Например? – Например… Например… Ну, скажем, совершенствовать мир. Бороться за справедливость. Обрабатывать землю… – А земля точно хочет, чтобы человек ее обрабатывал? – Что? – С человеком понятно – он считает, что земля хочет, чтобы ее обрабатывали. А как считает сама земля? – Не знаю. – То есть человек решил за землю, что она хочет, а что – нет?

    – Ты можешь объяснить мне, в чем предназначение человека? – Предназначение?... – Вопрос застал Теда врасплох: сам он никогда им не задавался, а тут требовалось не только не выставить себя дураком, но и выдать ответ, достойный зрелого, сорокашестилетнего мужчины. – Как тебе объяснить… У человека много предназначений. – Например? – Например… Например… Ну, скажем, совершенствовать мир. Бороться за справедливость. Обрабатывать землю… – А земля точно хочет, чтобы человек ее обрабатывал? – Что? – С человеком понятно – он считает, что земля хочет, чтобы ее обрабатывали. А как считает сама земля? – Не знаю. – То есть человек решил за землю, что она хочет, а что – нет?

    — Тед · книга
18. «

    Я, именно будучи критиком, люблю свою родину искреннее оголтелых патриотов, потому что знаю, за что люблю ее, кроме собственно того, что родился здесь.

    Я, именно будучи критиком, люблю свою родину искреннее оголтелых патриотов, потому что знаю, за что люблю ее, кроме собственно того, что родился здесь.

    — Товарищ Кот, английский жмот и человек-патефон, или Добро пожаловать в Велкомбританию · книга
19. «

    А разве, чтобы быть человеком, обязательно состоять из плоти и крови?

    А разве, чтобы быть человеком, обязательно состоять из плоти и крови?

    — Швейцар · книга
20. «

    Только законченный эксгибиционист может быть хорошим писателем, а прожженный вуайер – благодарным читателем.

    Только законченный эксгибиционист может быть хорошим писателем, а прожженный вуайер – благодарным читателем.

    — Конрад Томилин и титаны Земли · книга