57 мыслей Амвросого Оптинского без воды

Ниже 57 цитат Амвросого Оптинского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Чтобы не ошибаться, не до́лжно торопиться.

   Чтобы не ошибаться, не до́лжно торопиться.
2. «

   Как будешь кого осуждать, то скажи себе: лицемере, изми первее бревно из очесе твоего (Мф.7:5). Бревно в глазу — это гордость. Фарисей имел все добродетели, но был горд, а мытарь имел смирение, и был лучше.

   Как будешь кого осуждать, то скажи себе: лицемере, изми первее бревно из очесе твоего (Мф.7:5). Бревно в глазу — это гордость. Фарисей имел все добродетели, но был горд, а мытарь имел смирение, и был лучше.
3. «

   От ласки у людей бывают совсем иные глазки.

   От ласки у людей бывают совсем иные глазки.
4. «

   Советую тебе отвергнуть и презреть помысл, смущающий тебя, что ты прямо приняла схиму. Посылаю тебе книгу преподобного Феодора Студита. В завещании преподобного... ты сама можешь видеть, что древле святые отцы обыкновенно постригали прямо в схиму, а уже позднейшие отцы начали сперва постригать в мантию.

   Советую тебе отвергнуть и презреть помысл, смущающий тебя, что ты прямо приняла схиму. Посылаю тебе книгу преподобного Феодора Студита. В завещании преподобного... ты сама можешь видеть, что древле святые отцы обыкновенно постригали прямо в схиму, а уже позднейшие отцы начали сперва постригать в мантию.
5. «

   Мир семейный хранить – святое Божие повеление. В жизни сей нужен сочувственный взор, ласковое слово, нужно сознание, что нас любят и нам верят, нужно то, что в мире самое редкое и самое великое сокровище — внимательное сердце.

   Мир семейный хранить – святое Божие повеление. В жизни сей нужен сочувственный взор, ласковое слово, нужно сознание, что нас любят и нам верят, нужно то, что в мире самое редкое и самое великое сокровище — внимательное сердце.
6. «

   Начинать надо с благодарения за все. Начало радости — быть довольным своим положением.

   Начинать надо с благодарения за все. Начало радости — быть довольным своим положением.
7. «

   Никогда ни с кем не спорь о вере. Не надо. Потому что никому ничего не докажешь, а сам только расстроишься. Не спорь.

   Никогда ни с кем не спорь о вере. Не надо. Потому что никому ничего не докажешь, а сам только расстроишься. Не спорь.
8. «

   Какое ныне настало время! Бывало, если кто искренно раскается в грехах, то уже и переменяет свою греховную жизнь на добрую. А теперь часто бывает так: человек и расскажет на исповеди все свои грехи в подробности, а потом опять за свое принимается.

   Какое ныне настало время! Бывало, если кто искренно раскается в грехах, то уже и переменяет свою греховную жизнь на добрую. А теперь часто бывает так: человек и расскажет на исповеди все свои грехи в подробности, а потом опять за свое принимается.
9. «

   ... Ты единственный путь монашеский разветвляешь на многие стези, так ты мне и написала в письме своем... в котором говоришь: «Я не знаю и недоумеваю, каким я иду путем: путем ли молитвенным, но не вижу его, путем ли послушания и отсечения своей воли, — и это незаметно, путем ли безмолвия и уединения, — но сестра и келейница мне мешают». И еще каких-то пути два или более насчитала, забывая, что путь монашеский один, а все остальное — его принадлежности для монаха, как апостол говорит: Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских (Еф. 6:11). А если кто захотел довольствоваться одним только оружием, тем или другим, оставляя прочие, такой уподобился бы человеку, который вместо правильного хождения прыгает то на одной, то на другой ноге, а когда устанет, ложится совсем и пыхтит и, видя, что неудобно такое прыгание, придумывает, нельзя ли ползти на руках и волочить ноги. Само собой разумеется, и такое ползание неудобно, а только без толку утомляет. Тогда такой чудотворец взывает: «Недоумеваю, как после этого ходить?» На что ему просто отвечают: «Ходи обеими ногами, делай обеими руками, смотри обоими глазами, слушай обоими ушами и не придумывай прыгать на одной ноге или ходить на руках — то и не будешь без толку утомляться и избежишь нерассудных недоумений».

   ... Ты единственный путь монашеский разветвляешь на многие стези, так ты мне и написала в письме своем... в котором говоришь: «Я не знаю и недоумеваю, каким я иду путем: путем ли молитвенным, но не вижу его, путем ли послушания и отсечения своей воли, — и это незаметно, путем ли безмолвия и уединения, — но сестра и келейница мне мешают». И еще каких-то пути два или более насчитала, забывая, что путь монашеский один, а все остальное — его принадлежности для монаха, как апостол говорит: Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских (Еф. 6:11). А если кто захотел довольствоваться одним только оружием, тем или другим, оставляя прочие, такой уподобился бы человеку, который вместо правильного хождения прыгает то на одной, то на другой ноге, а когда устанет, ложится совсем и пыхтит и, видя, что неудобно такое прыгание, придумывает, нельзя ли ползти на руках и волочить ноги. Само собой разумеется, и такое ползание неудобно, а только без толку утомляет. Тогда такой чудотворец взывает: «Недоумеваю, как после этого ходить?» На что ему просто отвечают: «Ходи обеими ногами, делай обеими руками, смотри обоими глазами, слушай обоими ушами и не придумывай прыгать на одной ноге или ходить на руках — то и не будешь без толку утомляться и избежишь нерассудных недоумений».
10. «

    «Отчего это, батюшка, — спросила одна особа, — игуменье дано право распоряжаться монахинями, как крепостными?» Старец ответил: «Более, чем крепостными. Крепостные могли хоть за глаза поворчать на своих господ и побранить их, а у монахинь и это право отнято: монахиня сама добровольно отдает себя в крепостное право».

    «Отчего это, батюшка, — спросила одна особа, — игуменье дано право распоряжаться монахинями, как крепостными?» Старец ответил: «Более, чем крепостными. Крепостные могли хоть за глаза поворчать на своих господ и побранить их, а у монахинь и это право отнято: монахиня сама добровольно отдает себя в крепостное право».
11. «

    Есть немало и таких, которые сплошь да рядом сомневаются в доброжелательстве ближних от меньших до старших. Будь для них кто добр, как Ангел, они и тому не поверят, приискивая и выставляя на вид какие-нибудь малозначащие причины. Продолжая сомневаться во всех и во всем, они, наконец, доходят до сомнения и неверия относительно и будущей жизни и таким образом сами делают жизнь свою жалкой и безрадостной.

    Есть немало и таких, которые сплошь да рядом сомневаются в доброжелательстве ближних от меньших до старших. Будь для них кто добр, как Ангел, они и тому не поверят, приискивая и выставляя на вид какие-нибудь малозначащие причины. Продолжая сомневаться во всех и во всем, они, наконец, доходят до сомнения и неверия относительно и будущей жизни и таким образом сами делают жизнь свою жалкой и безрадостной.
12. «

    Оттого и кончина была хороша, что жила хорошо. Как поживешь, так и умрешь.

    Оттого и кончина была хороша, что жила хорошо. Как поживешь, так и умрешь.
13. «

    Нужно жить нелицемерно и вести себя примерно, тогда наше дело будет верно, а иначе выйдет скверно.

    Нужно жить нелицемерно и вести себя примерно, тогда наше дело будет верно, а иначе выйдет скверно.
14. «

    Па­ук ле­ни­вый си­дит на од­ном мес­те, вы­пус­тит ни­точ­ку и ждет,– как толь­ко по­па­дет­ся му­ха, сей­час и го­ло­ву ей до­лой, а му­ха-то жуж­жит... Так и враг всег­да про­тя­ги­ва­ет се­ти: как кто по­па­дет­ся, сей­час ему и го­ло­ву до­лой. Смот­ри, не будь му­хой, а то так­же за­жуж­жишь.

    Па­ук ле­ни­вый си­дит на од­ном мес­те, вы­пус­тит ни­точ­ку и ждет,– как толь­ко по­па­дет­ся му­ха, сей­час и го­ло­ву ей до­лой, а му­ха-то жуж­жит... Так и враг всег­да про­тя­ги­ва­ет се­ти: как кто по­па­дет­ся, сей­час ему и го­ло­ву до­лой. Смот­ри, не будь му­хой, а то так­же за­жуж­жишь.
15. «

    Уныние значит ту же лень, только хуже. От уныния и телом ослабеешь, и духом. Не хочется ни работать, ни молиться; в церковь ходишь с небрежением; и весь человек ослабевает.

    Уныние значит ту же лень, только хуже. От уныния и телом ослабеешь, и духом. Не хочется ни работать, ни молиться; в церковь ходишь с небрежением; и весь человек ослабевает.
16. «

    Мир, сотворенный Словом, есть огромная книга, книга жизни. Но читать ее может лишь тот, кто смотрит в неё чистым оком и чистым сердцем.

    Мир, сотворенный Словом, есть огромная книга, книга жизни. Но читать ее может лишь тот, кто смотрит в неё чистым оком и чистым сердцем.
17. «

    ... Старайся жить в монастыре страннически, себе внимая и помалкивая и не входя ни в какие дела. Тогда и уразумеешь самим делом апостольское слово: Любящим Бога …все содействует ко благу (Рим. 8:28). Сказано в псалмах: Много скорбей у праведных (Пс. 33:20) и Много наказаний грешному (Пс. 31:10). В каком бы положении христианин ни находился, не может избежать скорбей и болезней.

    ... Старайся жить в монастыре страннически, себе внимая и помалкивая и не входя ни в какие дела. Тогда и уразумеешь самим делом апостольское слово: Любящим Бога …все содействует ко благу (Рим. 8:28). Сказано в псалмах: Много скорбей у праведных (Пс. 33:20) и Много наказаний грешному (Пс. 31:10). В каком бы положении христианин ни находился, не может избежать скорбей и болезней.
18. «

    Мелитона! Держись среднего тона! Возьмешь высоко – будет нелегко! Возьмешь низко – будет склизко! Мелитона! Держись среднего тона!

    Мелитона! Держись среднего тона! Возьмешь высоко – будет нелегко! Возьмешь низко – будет склизко! Мелитона! Держись среднего тона!
19. «

    И простое стрижение овец бывает полезно и необходимо. Весной остригут овцу, а к осени вырастает на ней новая шерсть и более твердая. Постригут монаха в мантию. К осени, т.е. к старости, расположение души его уже бывает более твердое и благонадежное к получению милости Божией вечной и нескончаемой. Разумеется, если эта духовная овца не будет подражать козам, без толку лазить по плетням и колокольням и шататься по распутиям. Все знают, что козел, когда не пустят его вперед стада, то идет позади стада один, не желая смириться (а за такое несмирение не бывает от него ни шерсти, ни молока) и идти наравне с другими, оправдывая собой слово Писания: Я не таков, как прочие люди (Лк. 18:11). Не хочет внять словам псалмопевца: Вот, что хорошо и что приятно, — это жить братьям вместе (Пс. 132:1)

    И простое стрижение овец бывает полезно и необходимо. Весной остригут овцу, а к осени вырастает на ней новая шерсть и более твердая. Постригут монаха в мантию. К осени, т.е. к старости, расположение души его уже бывает более твердое и благонадежное к получению милости Божией вечной и нескончаемой. Разумеется, если эта духовная овца не будет подражать козам, без толку лазить по плетням и колокольням и шататься по распутиям. Все знают, что козел, когда не пустят его вперед стада, то идет позади стада один, не желая смириться (а за такое несмирение не бывает от него ни шерсти, ни молока) и идти наравне с другими, оправдывая собой слово Писания: Я не таков, как прочие люди (Лк. 18:11). Не хочет внять словам псалмопевца: Вот, что хорошо и что приятно, — это жить братьям вместе (Пс. 132:1)
20. «

    Любое раздражение от гордости. Почему ты можешь раздражаться на человека, почему ты можешь злиться на него? Потому что ты считаешь себя выше него.

    Любое раздражение от гордости. Почему ты можешь раздражаться на человека, почему ты можешь злиться на него? Потому что ты считаешь себя выше него.