48 цитат Анатоля Франса: от иронии до философии

Ниже 48 цитат Анатоля Франса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Создать мир легче, чем понять его.

   Создать мир легче, чем понять его.
2. «

   Без подлинной любви к человечеству нет подлинной любви к родине.

   Без подлинной любви к человечеству нет подлинной любви к родине.
3. «

   Не все улыбки выражают радость, так же как не все слёзы выражают горе.

   Не все улыбки выражают радость, так же как не все слёзы выражают горе.
4. «

   Честность неотделима от свободы, как коррупция от деспотизма.

   Честность неотделима от свободы, как коррупция от деспотизма.
5. «

   Мы хотим, чтобы нас любили, а когда нас любят, нас или мучают, или надоедают нам.

   Мы хотим, чтобы нас любили, а когда нас любят, нас или мучают, или надоедают нам.

   — Красная лилия · книга
6. «

   Если пятьдесят миллионов человек говорят глупость, то она по-прежнему глупость.

   Если пятьдесят миллионов человек говорят глупость, то она по-прежнему глупость.
7. «

   Мы должны признать, что этот народ умный и храбрый, стремящийся к усвоению высоких идей цивилизованного мира, столько же своим гением, сколько и своими несчастьями стяжал право на сочувствие народов... Народ, который не хочет умереть, не умрёт никогда.

   Мы должны признать, что этот народ умный и храбрый, стремящийся к усвоению высоких идей цивилизованного мира, столько же своим гением, сколько и своими несчастьями стяжал право на сочувствие народов... Народ, который не хочет умереть, не умрёт никогда.
8. «

   — Не ослышался ли я? — спросил доктор Обнюбиль. — Как! Вы, вы, промышленный народ, ввязались во все эти войны?! — Конечно, — отвечал переводчик. — Ведь это промышленные войны. Народы, не имеющие развитой торговли и промышленности, не нуждаются в войнах; но деловой народ вынужден вести завоевательную политику. Число наших войн неизбежно возрастает вместе с нашей производственной деятельностью. Как только та или иная отрасль нашей промышленности не находит сбыта для своей продукции, возникает надобность в войне, чтобы получить для него новые возможности. Вот почему в этом году у нас была угольная, медная война, хлопчатобумажная война. В Третьей Зеландии мы перебили две трети жителей, чтобы принудить остальных покупать у нас зонтики и подтяжки.

   — Не ослышался ли я? — спросил доктор Обнюбиль. — Как! Вы, вы, промышленный народ, ввязались во все эти войны?! — Конечно, — отвечал переводчик. — Ведь это промышленные войны. Народы, не имеющие развитой торговли и промышленности, не нуждаются в войнах; но деловой народ вынужден вести завоевательную политику. Число наших войн неизбежно возрастает вместе с нашей производственной деятельностью. Как только та или иная отрасль нашей промышленности не находит сбыта для своей продукции, возникает надобность в войне, чтобы получить для него новые возможности. Вот почему в этом году у нас была угольная, медная война, хлопчатобумажная война. В Третьей Зеландии мы перебили две трети жителей, чтобы принудить остальных покупать у нас зонтики и подтяжки.

   — доктор Обнюбиль · книга
9. «

   Мёртвые обладают лишь той жизнью, какую приписывают им живые.

   Мёртвые обладают лишь той жизнью, какую приписывают им живые.
10. «

    Истинная любовь не нуждается ни в симпатии, ни в уважении, ни в дружбе; она живет желанием и питается обманом. Истинно любят только то, чего не знают.

    Истинная любовь не нуждается ни в симпатии, ни в уважении, ни в дружбе; она живет желанием и питается обманом. Истинно любят только то, чего не знают.
11. «

    Неведение — условие, необходимое для человеческого счастья, и надо признать, что чаще всего люди удовлетворяются им. О самих себе мы не знаем почти ничего, о наших ближних — ничего. Неведение обеспечивает нам спокойствие, а ложь — счастье.

    Неведение — условие, необходимое для человеческого счастья, и надо признать, что чаще всего люди удовлетворяются им. О самих себе мы не знаем почти ничего, о наших ближних — ничего. Неведение обеспечивает нам спокойствие, а ложь — счастье.

    — Боги жаждут · книга
12. «

    Знание не заботится о том, чтобы нравиться или не нравиться. Оно безжалостно. Оно не пленяет и не утешает. Это дело поэзии. Вот почему поэзия более необходима, чем знание.

    Знание не заботится о том, чтобы нравиться или не нравиться. Оно безжалостно. Оно не пленяет и не утешает. Это дело поэзии. Вот почему поэзия более необходима, чем знание.

    — Нур · книга
13. «

    У каждого возраста есть свои приятности.

    У каждого возраста есть свои приятности.

    — муж Гертруды · книга
14. «

    Разумные доводы ещё никого не убеждали.

    Разумные доводы ещё никого не убеждали.
15. «

    Путешествия учат больше, чем что бы то ни было. Иногда один день, проведенный в других местах, дает больше, чем десять лет жизни дома.

    Путешествия учат больше, чем что бы то ни было. Иногда один день, проведенный в других местах, дает больше, чем десять лет жизни дома.
16. «

    Рыба, выброшенная на берег, умирает; подобно этому и монах, выйдя из кельи и смешавшись с толпой мирян, отклоняется от истины.

    Рыба, выброшенная на берег, умирает; подобно этому и монах, выйдя из кельи и смешавшись с толпой мирян, отклоняется от истины.

    — отец Антоний · книга
17. «

    Лучшие из книг — те, которые больше всего дают пищи для размышлений, и при этом на самые различные темы.

    Лучшие из книг — те, которые больше всего дают пищи для размышлений, и при этом на самые различные темы.
18. «

    Любить пылко — это еще не все, надо еще хорошо любить. Любить пылко — это, конечно, прекрасно, но любить самоотверженно — еще лучше.

    Любить пылко — это еще не все, надо еще хорошо любить. Любить пылко — это, конечно, прекрасно, но любить самоотверженно — еще лучше.

    — Король Лок · книга
19. «

    Искусству угрожали два чудовища: художник, который не является мастером, и мастер, который не является художником.

    Искусству угрожали два чудовища: художник, который не является мастером, и мастер, который не является художником.
20. «

    Истинный ученый не может не быть скромным: чем больше он сделал, тем яснее видит, как много еще осталось сделать.

    Истинный ученый не может не быть скромным: чем больше он сделал, тем яснее видит, как много еще осталось сделать.