228 цитат Андре Моруы для тех, кто любит думать

Подборка из 228 цитат Андре Моруы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Начав беседу с обстоятельного изложения точки зрения вашего оппонента, вы тем самым выбиваете почву у него из-под ног.

   Начав беседу с обстоятельного изложения точки зрения вашего оппонента, вы тем самым выбиваете почву у него из-под ног.

   — Искусство беседы · книга
2. «

   Нужно «уметь быть великим и в малом».

   Нужно «уметь быть великим и в малом».

   — Открытое письмо молодому человеку о науке жить · книга
3. «

   Каждому человеку в течение дня представляется не менее десяти возможностей изменить свою жизнь. Успех приходит к тому, кто умеет их использовать.

   Каждому человеку в течение дня представляется не менее десяти возможностей изменить свою жизнь. Успех приходит к тому, кто умеет их использовать.
4. «

   Если ещё существует, говорили в 1850 году, на каком-нибудь необитаемом острове Робинзон Крузо, он наверняка сейчас читает «Трёх мушкетёров».

   Если ещё существует, говорили в 1850 году, на каком-нибудь необитаемом острове Робинзон Крузо, он наверняка сейчас читает «Трёх мушкетёров».

   — Три Дюма · книга
5. «

   Школьные товарищи – лучшие воспитатели, чем родители, ибо они безжалостны.

   Школьные товарищи – лучшие воспитатели, чем родители, ибо они безжалостны.
6. «

   Неверно, будто мы любим женщину за то, что она говорит; мы любим то, что она говорит, потому что любим её.

   Неверно, будто мы любим женщину за то, что она говорит; мы любим то, что она говорит, потому что любим её.

   — Искусство беседы · книга
7. «

   Жизнь коротка, это понятно; но по сравнению с чем?

   Жизнь коротка, это понятно; но по сравнению с чем?
8. «

   Чересчур нежный муж, недостаточно строгий отец, сами того не желая и не подозревая об этом, формируют нрав своей жены или детей. Они приучают их ни в чем не знать ограничений, не встречать отпора. Однако человеческое общество предъявляет к людям свои требования. Когда эти жертвы нежного обращения встретятся с суровой правдой жизни (а это неизбежно, им будет трудно, гораздо труднее, чем тем, кого воспитывали без излишней мягкости. Они попробуют прибегнуть к тому оружию, которое до сих пор помогало, — к сетованиям и слезам, ссылкам на плохое настроение и недуги, — но столкнутся с равнодушием или насмешкой и впадут в отчаяние. Причина многих неудачных судеб — неправильное воспитание.

   Чересчур нежный муж, недостаточно строгий отец, сами того не желая и не подозревая об этом, формируют нрав своей жены или детей. Они приучают их ни в чем не знать ограничений, не встречать отпора. Однако человеческое общество предъявляет к людям свои требования. Когда эти жертвы нежного обращения встретятся с суровой правдой жизни (а это неизбежно, им будет трудно, гораздо труднее, чем тем, кого воспитывали без излишней мягкости. Они попробуют прибегнуть к тому оружию, которое до сих пор помогало, — к сетованиям и слезам, ссылкам на плохое настроение и недуги, — но столкнутся с равнодушием или насмешкой и впадут в отчаяние. Причина многих неудачных судеб — неправильное воспитание.

   — Письма незнакомке · книга
9. «

   ... Талант и слава – вещи совершенно разные. Бывает, что они совпадают, но зачастую и расходятся. Есть каста неприкосновенных, стоит такому человеку написать что‑то вроде: «Сегодня с утра небо было пасмурным; я решил надеть теплые кальсоны», как все начинают кричать о его гениальности, и есть, напротив, гении, которых признают таковыми только после их смерти.

   ... Талант и слава – вещи совершенно разные. Бывает, что они совпадают, но зачастую и расходятся. Есть каста неприкосновенных, стоит такому человеку написать что‑то вроде: «Сегодня с утра небо было пасмурным; я решил надеть теплые кальсоны», как все начинают кричать о его гениальности, и есть, напротив, гении, которых признают таковыми только после их смерти.

   — Эдме · книга
10. «

    О друзьях, у которых вы только что отобедали, не следует говорить гадости в радиусе ста метров от их дома.

    О друзьях, у которых вы только что отобедали, не следует говорить гадости в радиусе ста метров от их дома.

    — Искусство беседы · книга
11. «

    Подарки нужно выбирать для того, кому они предназначены, а не для того, кто их преподносит.

    Подарки нужно выбирать для того, кому они предназначены, а не для того, кто их преподносит.

    — Письма незнакомке · книга
12. «

    Лучше перенесёт всевозможные невзгоды как раз тот, чьё детство было безмятежно и прошло в атмосфере любви и доверия к окружающим.

    Лучше перенесёт всевозможные невзгоды как раз тот, чьё детство было безмятежно и прошло в атмосфере любви и доверия к окружающим.

    — Письма незнакомке · книга
13. «

    К характеру следует относиться как к внешности. Когда есть чувство, в любимом не замечают ни странностей, ни морщин.

    К характеру следует относиться как к внешности. Когда есть чувство, в любимом не замечают ни странностей, ни морщин.

    — Письма незнакомке · книга
14. «

    Ничто так не цементирует брак, как совместный труд.

    Ничто так не цементирует брак, как совместный труд.

    — Письма незнакомке · книга
15. «

    У некоторых женщин гордость настолько преобладает над стыдливостью, что они охотно признаются в поступках, которых не совершали.

    У некоторых женщин гордость настолько преобладает над стыдливостью, что они охотно признаются в поступках, которых не совершали.

    — Искусство беседы · книга
16. «

    Как только мы убедились в духовной или художественной ценности книги, следует ее приобрести. Близко и всесторонне можно познакомиться только с теми произведениями, которые всегда под рукой.

    Как только мы убедились в духовной или художественной ценности книги, следует ее приобрести. Близко и всесторонне можно познакомиться только с теми произведениями, которые всегда под рукой.

    — Письма незнакомке · книга
17. «

    Мой внутренний мир — более надежное убежище. Назовите его как угодно — духом, мыслью, душой; название не имеет значения. Здесь власть моя куда больше, чем в мире внешнем. Я волен не соглашаться с теми или иными взглядами, строить умозаключения, погружаться в воспоминания; я волен презирать опасность и с мудрым смирением ожидать старости. И все-таки даже в этой крепости я не изолирован от внешнего мира. Сильная боль мешает свободной работе мысли; телесные страдания влияют на умственную деятельность; навязчивые идеи с изнуряющим постоянством лезут в голову; болезни мозга приводят к душевному расстройству. Таким образом, я принадлежу внешнему миру и одновременно не принадлежу ему. Мир обретает для меня реальность лишь внутри меня. Я сужу о нем лишь по моим ощущениям и по тому, как интерпретирует эти ощущения мой разум. Я не могу перестать быть собой и стать миром. Но без «этого странного хоровода» вокруг меня я лишился бы разом и ощущений, и мыслей. В голове моей теснятся образы внешнего мира — и только они. Вот почему я не разделяю взглядов епископа Беркла и не причисляю себя к чистым идеалистам; я не верю в то, что, пересекая Ла-Манш или Атлантику, я всякий раз заново создаю Лондон или Нью-Йорк; я не верю в то, что внешний мир не более, чем мое представление о нем, которое исчезнет вместе со мной. «И умирая, уничтожу мир», — сказал поэт. Мир перестанет существовать для меня, но не для других, а я верю в существование других людей.

    Мой внутренний мир — более надежное убежище. Назовите его как угодно — духом, мыслью, душой; название не имеет значения. Здесь власть моя куда больше, чем в мире внешнем. Я волен не соглашаться с теми или иными взглядами, строить умозаключения, погружаться в воспоминания; я волен презирать опасность и с мудрым смирением ожидать старости. И все-таки даже в этой крепости я не изолирован от внешнего мира. Сильная боль мешает свободной работе мысли; телесные страдания влияют на умственную деятельность; навязчивые идеи с изнуряющим постоянством лезут в голову; болезни мозга приводят к душевному расстройству. Таким образом, я принадлежу внешнему миру и одновременно не принадлежу ему. Мир обретает для меня реальность лишь внутри меня. Я сужу о нем лишь по моим ощущениям и по тому, как интерпретирует эти ощущения мой разум. Я не могу перестать быть собой и стать миром. Но без «этого странного хоровода» вокруг меня я лишился бы разом и ощущений, и мыслей. В голове моей теснятся образы внешнего мира — и только они. Вот почему я не разделяю взглядов епископа Беркла и не причисляю себя к чистым идеалистам; я не верю в то, что, пересекая Ла-Манш или Атлантику, я всякий раз заново создаю Лондон или Нью-Йорк; я не верю в то, что внешний мир не более, чем мое представление о нем, которое исчезнет вместе со мной. «И умирая, уничтожу мир», — сказал поэт. Мир перестанет существовать для меня, но не для других, а я верю в существование других людей.

    — Во что я верю · книга
18. «

    Но это была женщина с умом твёрдым и проницательным, считавшая образцом совершенства главным образом гордость и уважение к себе самой. Она не признавала кокетства; она не нуждалась в нём, выделяясь среди женщин и без него; вызывающие манеры оскорбляли её представления о достоинстве, с которым надо держать себя. Сквозь легкомысленную эпоху, сквозь испорченный мир она прошла, не потеряв ни одного пера из своих крыльев; и, осужденная непонятной судьбой — не познать любви в браке, она разрешила великую проблему: обрести спокойствие духа и пройти жизненный путь, не зная клеветы и недоброжелательства…

    Но это была женщина с умом твёрдым и проницательным, считавшая образцом совершенства главным образом гордость и уважение к себе самой. Она не признавала кокетства; она не нуждалась в нём, выделяясь среди женщин и без него; вызывающие манеры оскорбляли её представления о достоинстве, с которым надо держать себя. Сквозь легкомысленную эпоху, сквозь испорченный мир она прошла, не потеряв ни одного пера из своих крыльев; и, осужденная непонятной судьбой — не познать любви в браке, она разрешила великую проблему: обрести спокойствие духа и пройти жизненный путь, не зная клеветы и недоброжелательства…

    — Лелия или жизнь Жорж Санд · книга
19. «

    Счастливый брак — это долгий разговор, который всегда кажется слишком коротким.

    Счастливый брак — это долгий разговор, который всегда кажется слишком коротким.
20. «

    Нежные слова, появившиеся и изливающиеся в самый момент проявления чувства — прелестны. Нежность в затверженных выражениях раздражает.

    Нежные слова, появившиеся и изливающиеся в самый момент проявления чувства — прелестны. Нежность в затверженных выражениях раздражает.

    — Письма незнакомке · книга