196 цитат Андрея Александровича Васильева о жизни и людях

Подборка из 196 цитат Андрея Александровича Васильева: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Случайно в этой жизни только кукушка яйцо в чужое гнездо подкладывает, — назидательно произнёс лесной хозяин. — Какое первое ей подвернётся, туда и пристраивает. А всё остальное — не случайно.

   Случайно в этой жизни только кукушка яйцо в чужое гнездо подкладывает, — назидательно произнёс лесной хозяин. — Какое первое ей подвернётся, туда и пристраивает. А всё остальное — не случайно.

   — Лесной хозяин · книга
2. «

   Все мы в своей реальной жизни с самого ее начала и до самого конца к чему-то да привязаны. Школа, армия, работа, семья, ипотека... Нет этому списку конца. Как только ты начал самостоятельно ходить и говорить — всё, кончилась твоя воля, когда ты мог спокойно хлопать глазами и делать вид, что ничего не понимаешь. И с этого момента ты тоже садишься на карусель под названием «Ты должен». И с каждым прожитым годом ты должен всё больше. <...> Должен, должен, должен... Ты должен всем, всё и всегда. Нет, время от времени кто-то что-то должен и тебе, но все-таки ты всем — больше. Неженатые мужчины — чуть меньше, чем женатые, но до конца от долга перед обществом и близкими и им не отвертеться.

   Все мы в своей реальной жизни с самого ее начала и до самого конца к чему-то да привязаны. Школа, армия, работа, семья, ипотека... Нет этому списку конца. Как только ты начал самостоятельно ходить и говорить — всё, кончилась твоя воля, когда ты мог спокойно хлопать глазами и делать вид, что ничего не понимаешь. И с этого момента ты тоже садишься на карусель под названием «Ты должен». И с каждым прожитым годом ты должен всё больше. <...> Должен, должен, должен... Ты должен всем, всё и всегда. Нет, время от времени кто-то что-то должен и тебе, но все-таки ты всем — больше. Неженатые мужчины — чуть меньше, чем женатые, но до конца от долга перед обществом и близкими и им не отвертеться.

   — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
3. «

   Безделье растворяет личность, как кислота металл, незаметно, но неуклонно. <...> А самое страшное, что может потерять человек — это потерять себя.

   Безделье растворяет личность, как кислота металл, незаметно, но неуклонно. <...> А самое страшное, что может потерять человек — это потерять себя.

   — Маринка · книга
4. «

   Нет таких крепостей женского пола, которые не смогли бы взять деньги, лесть, алкоголь и планомерная осада.

   Нет таких крепостей женского пола, которые не смогли бы взять деньги, лесть, алкоголь и планомерная осада.

   — Никита Валяев · книга
5. «

   Как говорит мой старик-отец: «Не хочешь врать или правду говорить — молчи, оно тебе дешевле выйдет».

   Как говорит мой старик-отец: «Не хочешь врать или правду говорить — молчи, оно тебе дешевле выйдет».

   — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
6. «

   — Не могу, — признался я. — У меня машины нет. — Не парень, а мечта, — ласково почти пропела девушка. — Все просто идеально. Машины нет, работает мелким клерком, зато в комплекте имеются обозначившийся пивной животик и бывшая жена. Саша, я твоя навеки! Ты герой моих розовых снов времен пубертатного периода!

   — Не могу, — признался я. — У меня машины нет. — Не парень, а мечта, — ласково почти пропела девушка. — Все просто идеально. Машины нет, работает мелким клерком, зато в комплекте имеются обозначившийся пивной животик и бывшая жена. Саша, я твоя навеки! Ты герой моих розовых снов времен пубертатного периода!

   — Александр Смолин · книга
7. «

   Неохота умирать-то — заметил Флоси, доставая боевой топор — Ну вот совсем.

   Неохота умирать-то — заметил Флоси, доставая боевой топор — Ну вот совсем.

   — Флоси · книга
8. «

   Я достал телефон и набрал Вежлеву. — Любезный сэр, — сообщила мне она вместо приветствия. — Если вы позвонили мне сообщить, что завтра всё отменяется, я прокляну вас, а после брошусь вниз со своего девятого этажа, как с башни в море. И мой бесплотный призрак будет являться вам каждую ночь, махать пальцем перед вашим носом и премерзко шипеть. — Напротив, моя прелестная леди. — Я поддержал её шуточный тон. — Я позвонил вам, дабы убедиться в том, что наша завтрашняя встреча состоится, ибо только ожиданием её, её одной, я живу все эти длинные дни и эти ужасающие, пустынные и наполненные тоской ночи.

   Я достал телефон и набрал Вежлеву. — Любезный сэр, — сообщила мне она вместо приветствия. — Если вы позвонили мне сообщить, что завтра всё отменяется, я прокляну вас, а после брошусь вниз со своего девятого этажа, как с башни в море. И мой бесплотный призрак будет являться вам каждую ночь, махать пальцем перед вашим носом и премерзко шипеть. — Напротив, моя прелестная леди. — Я поддержал её шуточный тон. — Я позвонил вам, дабы убедиться в том, что наша завтрашняя встреча состоится, ибо только ожиданием её, её одной, я живу все эти длинные дни и эти ужасающие, пустынные и наполненные тоской ночи.

   — Марина Вежлева · книга
9. «

   - О чём задумался? — прощебетала Олеся, пристраивая свою голову мне на плечо, — Что-то не так? - Всё так, — приобнял её я, — Просто после соития всякая тварь грустна бывает. Закон бытия.

   - О чём задумался? — прощебетала Олеся, пристраивая свою голову мне на плечо, — Что-то не так? - Всё так, — приобнял её я, — Просто после соития всякая тварь грустна бывает. Закон бытия.

   — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
10. «

    Я не хочу знать все. Есть вещи, которые лучше не знать, и это не позиция страуса, засунувшего голову в песок. Просто на свете встречаются пределы, за которые лучше не заглядывать, поскольку за ними живет безумие.

    Я не хочу знать все. Есть вещи, которые лучше не знать, и это не позиция страуса, засунувшего голову в песок. Просто на свете встречаются пределы, за которые лучше не заглядывать, поскольку за ними живет безумие.

    — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
11. «

    — Ты чего закажешь? — Малый подарочный набор оптимиста, – я плюхнулся на стул. – Верёвку, мыло и табуретку.

    — Ты чего закажешь? — Малый подарочный набор оптимиста, – я плюхнулся на стул. – Верёвку, мыло и табуретку.

    — Джокер · книга
12. «

    Дальше Вика делала всё, что полагается делать молодой женщине, собирающейся на работу, — красилась, снимала и надевала разные вещи, говорила: «Сейчас-сейчас», – что-то искала в сумке и вынимала из неё, после туда что-то клала, била себя по лбу: «А-а-а. Вот ещё!» — и пыталась успеть всё сразу, включая победу в деле борьбы за мир. Я же делал то, что и должно делать мужчине, отправляющемуся со своей половинкой на работу одновременно и тем самым подписавшему с ней договор о терпении и соответствующем молчании, — созерцал сие броуновское движение и ждал.

    Дальше Вика делала всё, что полагается делать молодой женщине, собирающейся на работу, — красилась, снимала и надевала разные вещи, говорила: «Сейчас-сейчас», – что-то искала в сумке и вынимала из неё, после туда что-то клала, била себя по лбу: «А-а-а. Вот ещё!» — и пыталась успеть всё сразу, включая победу в деле борьбы за мир. Я же делал то, что и должно делать мужчине, отправляющемуся со своей половинкой на работу одновременно и тем самым подписавшему с ней договор о терпении и соответствующем молчании, — созерцал сие броуновское движение и ждал.

    — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
13. «

    — У папеньки тоже всё время шуты были. Помню, тогда в замок его друзья приехали, они вроде как сначала попили, поели, попели, а потом загрустили. И тишина такая в пиршественной зале настала, все молчат, друг на друга смотрят. И тут шут взял и про короля пошутил! — И чего? – заинтересованно спросил кениг. — Да ничего, – снова положил голову на руки Гунтер. – Все очень смеялись, а труп шута закопали во рву, за замком.

    — У папеньки тоже всё время шуты были. Помню, тогда в замок его друзья приехали, они вроде как сначала попили, поели, попели, а потом загрустили. И тишина такая в пиршественной зале настала, все молчат, друг на друга смотрят. И тут шут взял и про короля пошутил! — И чего? – заинтересованно спросил кениг. — Да ничего, – снова положил голову на руки Гунтер. – Все очень смеялись, а труп шута закопали во рву, за замком.

    — Гунтер фон Рихтер · книга
14. «

    — Фу, тетя Паша, — поморщилась Виктория. — Прямо вот фу! Зачем так-то? — Я старая, мне можно. — Уборщица открыла дверь. — У меня маразм прогрессирует, потому ответственность за сказанное отсутствует полностью, равно как и моральные обоснования чего угодно.

    — Фу, тетя Паша, — поморщилась Виктория. — Прямо вот фу! Зачем так-то? — Я старая, мне можно. — Уборщица открыла дверь. — У меня маразм прогрессирует, потому ответственность за сказанное отсутствует полностью, равно как и моральные обоснования чего угодно.

    — Виктория (мастер заклинаний) · книга
15. «

    Удача, как и вдохновение, выдумки лентяев, — усмехнулся Швецов, стукнув краешком своего стакана о мой. — Легальный повод ничего не делать и ждать, пока оно само все случится.

    Удача, как и вдохновение, выдумки лентяев, — усмехнулся Швецов, стукнув краешком своего стакана о мой. — Легальный повод ничего не делать и ждать, пока оно само все случится.

    — Валера Швецов · книга
16. «

    Я видел, что происходит, когда люди получают слишком много свободы, – медленно проговорил Вайлериус. – И видел то, что происходит, когда власть принадлежит сразу всем. В этом случае она не принадлежит никому, её просто нет. А когда нет власти, то нет и страха наказания за содеянное, вот тогда и начинается самое жуткое. Люди понимают, что пришло время вседозволенности. Это ещё хуже, чем любая тирания.

    Я видел, что происходит, когда люди получают слишком много свободы, – медленно проговорил Вайлериус. – И видел то, что происходит, когда власть принадлежит сразу всем. В этом случае она не принадлежит никому, её просто нет. А когда нет власти, то нет и страха наказания за содеянное, вот тогда и начинается самое жуткое. Люди понимают, что пришло время вседозволенности. Это ещё хуже, чем любая тирания.

    — Вайлериус · книга
17. «

    ...меньше трех часов ночью дрыхнуть нельзя — эту истину в меня намертво вдолбила одна моя знакомая медичка. Если в перспективе у тебя маячит меньшее количество часов для сна, то лучше уж вообще не ложиться — выспаться не выспишься, но вот разбитое физическое состояние и подавленное умственное ты себе обеспечишь (и это действительно так, проверено опытным путем). А после к этому добавится ещё повышенная раздражительность и редкостная вздорность. Лучше уж так, без сна. Правда, после двух часов дня тебя сносить будет нереально, но до двух часов еще дожить надо.

    ...меньше трех часов ночью дрыхнуть нельзя — эту истину в меня намертво вдолбила одна моя знакомая медичка. Если в перспективе у тебя маячит меньшее количество часов для сна, то лучше уж вообще не ложиться — выспаться не выспишься, но вот разбитое физическое состояние и подавленное умственное ты себе обеспечишь (и это действительно так, проверено опытным путем). А после к этому добавится ещё повышенная раздражительность и редкостная вздорность. Лучше уж так, без сна. Правда, после двух часов дня тебя сносить будет нереально, но до двух часов еще дожить надо.

    — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
18. «

    Ну для милого дружка — и сережка из ушка.

    Ну для милого дружка — и сережка из ушка.

    — Харитон Никифоров · книга
19. «

    Так вы решили все-таки немножко поторговать с этими людьми? — обрадовался Оружейник. — Вот это очень правильно. Только здесь нельзя действовать с наскока. Мы не знаем порядок цен, а это очень плохо. Эти, что приплыли по реке, говорят: «Мы вас не обманем». Это значит одно: точно хотят обмануть, потому что все мечтают нагреть таких добрых и честных людей вроде нас, я это знаю как никто.

    Так вы решили все-таки немножко поторговать с этими людьми? — обрадовался Оружейник. — Вот это очень правильно. Только здесь нельзя действовать с наскока. Мы не знаем порядок цен, а это очень плохо. Эти, что приплыли по реке, говорят: «Мы вас не обманем». Это значит одно: точно хотят обмануть, потому что все мечтают нагреть таких добрых и честных людей вроде нас, я это знаю как никто.

    — Лев Антонович Циклер «Оружейник» · книга
20. «

    А вот эта женщина, похоже, проглотит меня и даже не заметит. И все это не очень здорово, конечно. Что мне от неё ничего не надо — это понятно, причем кристально. Я ещё не окончательно сошел с ума. Но при этом предельно ясно, что ей что-то надо от меня. И пока я не пойму, что именно, будет она меня терзать, как тот орел Прометею печень.

    А вот эта женщина, похоже, проглотит меня и даже не заметит. И все это не очень здорово, конечно. Что мне от неё ничего не надо — это понятно, причем кристально. Я ещё не окончательно сошел с ума. Но при этом предельно ясно, что ей что-то надо от меня. И пока я не пойму, что именно, будет она меня терзать, как тот орел Прометею печень.

    — Харитон Никифоров «Хейген» · книга