240 цитат Андрея Александровича Васильева, ставших крылатыми

Подборка из 240 цитат Андрея Александровича Васильева: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   - Слушай, у тебя женщина есть? — этот вопрос Барона меня, если честно, порядком огорошил. - Есть — немного помедлив, ответил ему я. - Скоро не будет — уверенно произнес Сэмади. - Почему? - Потому что она тебя бросит — скривил губы в улыбке Барон — Женщины любят весёлых мужчин с крепкими задами и авантюрным складом характера, а ты толстеющий зануда.

   - Слушай, у тебя женщина есть? — этот вопрос Барона меня, если честно, порядком огорошил. - Есть — немного помедлив, ответил ему я. - Скоро не будет — уверенно произнес Сэмади. - Почему? - Потому что она тебя бросит — скривил губы в улыбке Барон — Женщины любят весёлых мужчин с крепкими задами и авантюрным складом характера, а ты толстеющий зануда.

   — Барон Сэмади · книга
2. «

   Верю-верю всякому зверю, а ему, ежу, — погожу.

   Верю-верю всякому зверю, а ему, ежу, — погожу.

   — Станислав Воробьев «Сват» · книга
3. «

   Случайно в этой жизни только кукушка яйцо в чужое гнездо подкладывает, — назидательно произнёс лесной хозяин. — Какое первое ей подвернётся, туда и пристраивает. А всё остальное — не случайно.

   Случайно в этой жизни только кукушка яйцо в чужое гнездо подкладывает, — назидательно произнёс лесной хозяин. — Какое первое ей подвернётся, туда и пристраивает. А всё остальное — не случайно.

   — Лесной хозяин · книга
4. «

   Как мозги мне забивать разным всяким — так это запросто, а как помочь с делом — так никогда. Рози, душа моя, будь последовательна — запрягая, хоть сена клок дай.

   Как мозги мне забивать разным всяким — так это запросто, а как помочь с делом — так никогда. Рози, душа моя, будь последовательна — запрягая, хоть сена клок дай.

   — Крис Жучок «Эраст фон Рут» · книга
5. «

   Вот же ты, Киф, скотина какая! Сами посудите, Илья Палыч — я для него и то, и это, даже так, как раньше никогда и ни с кем, а он! Брошу я тебя! Точно брошу!

   Вот же ты, Киф, скотина какая! Сами посудите, Илья Палыч — я для него и то, и это, даже так, как раньше никогда и ни с кем, а он! Брошу я тебя! Точно брошу!

   — Вика Травникова · книга
6. «

   - О чём задумался? — прощебетала Олеся, пристраивая свою голову мне на плечо, — Что-то не так? - Всё так, — приобнял её я, — Просто после соития всякая тварь грустна бывает. Закон бытия.

   - О чём задумался? — прощебетала Олеся, пристраивая свою голову мне на плечо, — Что-то не так? - Всё так, — приобнял её я, — Просто после соития всякая тварь грустна бывает. Закон бытия.

   — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
7. «

   — Демократия. — Я пощёлкал пальцами и вопросительно глянул на Голда. — Знакомое слово. — Это когда несколько человек говорят остальным, что счастье будет всем, а потом счастье приходит только к ним, а всем остальным выдается кукиш, — пояснил Голд услужливо. — Как-то так.

   — Демократия. — Я пощёлкал пальцами и вопросительно глянул на Голда. — Знакомое слово. — Это когда несколько человек говорят остальным, что счастье будет всем, а потом счастье приходит только к ним, а всем остальным выдается кукиш, — пояснил Голд услужливо. — Как-то так.

   — Станислав Воробьев «Сват» · книга
8. «

   Дарёному коню ни в одну дырку не смотрят.

   Дарёному коню ни в одну дырку не смотрят.

   — Сержант · книга
9. «

   - Иди работай! — покраснев, рыкнула Вика. — Между прочим, рабочий день давно начался. И руки фу от моей собственности! — Крепостное право отменили в 1861 году, — прощебетала Шелестова у меня над ухом. — Мы с тех пор все свои собственные. Да, Харитон Юрьевич?

   - Иди работай! — покраснев, рыкнула Вика. — Между прочим, рабочий день давно начался. И руки фу от моей собственности! — Крепостное право отменили в 1861 году, — прощебетала Шелестова у меня над ухом. — Мы с тех пор все свои собственные. Да, Харитон Юрьевич?

   — Вика Травникова · книга
10. «

    Занятость мужчины одной женщиной всегда определяется исключительно настойчивостью и хитроумием другой женщины.

    Занятость мужчины одной женщиной всегда определяется исключительно настойчивостью и хитроумием другой женщины.

    — Марина Вежлева · книга
11. «

    Вот только дорога, начинающаяся у указателя с надписью «К славе», чаще всего ведёт на погост.

    Вот только дорога, начинающаяся у указателя с надписью «К славе», чаще всего ведёт на погост.

    — Тиамат · книга
12. «

    — Смерть не бывает приятной и нестрашной. Но и умереть можно по-разному, — наставительно сказал Рихтер. — Впрочем, рыцарь всегда готов к смерти. Такое уж наше ремесло. — Ну да. Самурай должен, прежде всего, постоянно помнить, что он может умереть в любой момент, и если такой момент настанет, то умереть самурай должен с честью. Вот его главное дело.

    — Смерть не бывает приятной и нестрашной. Но и умереть можно по-разному, — наставительно сказал Рихтер. — Впрочем, рыцарь всегда готов к смерти. Такое уж наше ремесло. — Ну да. Самурай должен, прежде всего, постоянно помнить, что он может умереть в любой момент, и если такой момент настанет, то умереть самурай должен с честью. Вот его главное дело.

    — Рихтер · книга
13. «

    Нет, правильно мне мой отец говорил — нет ничего хуже, чем вести за собой людей. Победа — общая, поражение — только твоё.

    Нет, правильно мне мой отец говорил — нет ничего хуже, чем вести за собой людей. Победа — общая, поражение — только твоё.

    — Гарольд Монброн · книга
14. «

    — Иди посмотри сам. — Глаза учёного блестели, он был явно возбужден. — Надеюсь, ты хочешь показать мне голую женщину с большой, красивой, мягкой грудью и длинными ногами? — вздохнув, я поднялся на ноги. — Если нет, то я расстроюсь.

    — Иди посмотри сам. — Глаза учёного блестели, он был явно возбужден. — Надеюсь, ты хочешь показать мне голую женщину с большой, красивой, мягкой грудью и длинными ногами? — вздохнув, я поднялся на ноги. — Если нет, то я расстроюсь.

    — Герман · книга
15. «

    Недоразумение, — улыбнулся я. — Пьющий человек, с экзотической профессией, что с него возьмёшь.

    Недоразумение, — улыбнулся я. — Пьющий человек, с экзотической профессией, что с него возьмёшь.

    — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
16. «

    Эй-эй-эй! — решил я потянуть время. — Давайте, как любил повторять Чапаев, договоримся на берегу.

    Эй-эй-эй! — решил я потянуть время. — Давайте, как любил повторять Чапаев, договоримся на берегу.

    — Харитон Никифоров · книга
17. «

    Занимаюсь я ровно тем же, что и тринадцать лет назад. Тем, чем занимаются почти все жители старушки Земли, — изображаю, что живу и что-то делаю. На самом деле здесь уже давно никто ничего не делает, всё это — мышиная возня. Земля стала похожа на сброшенную змеиную кожу — она сухая, шуршащая и пустая внутри. Её выдоили ресурсодобывающие мегакорпорации, неразумные правительства, алчные предприниматели. Землю убили её же дети. Они опустошили её нутро, уничтожили леса и луга, вычерпали из морских глубин всё, вплоть до последних мальков. Землю колотило в предсмертных судорогах, но люди не желали этого замечать, уподобившись страусу, который суёт голову в песок и отклячивает зад.

    Занимаюсь я ровно тем же, что и тринадцать лет назад. Тем, чем занимаются почти все жители старушки Земли, — изображаю, что живу и что-то делаю. На самом деле здесь уже давно никто ничего не делает, всё это — мышиная возня. Земля стала похожа на сброшенную змеиную кожу — она сухая, шуршащая и пустая внутри. Её выдоили ресурсодобывающие мегакорпорации, неразумные правительства, алчные предприниматели. Землю убили её же дети. Они опустошили её нутро, уничтожили леса и луга, вычерпали из морских глубин всё, вплоть до последних мальков. Землю колотило в предсмертных судорогах, но люди не желали этого замечать, уподобившись страусу, который суёт голову в песок и отклячивает зад.

    — Станислав Воробьев · книга
18. «

    ... Уже давно сложилась ситуация, в которой клизма сама ищет пациента...

    ... Уже давно сложилась ситуация, в которой клизма сама ищет пациента...

    — Харитон Никифоров «Хейген» · книга
19. «

    — Значит, всё-таки противостояние света и тьмы? — спросил у него я. — Как всегда, всё сводится к нему? — Свет, тьма, — поморщился Нифонтов. — Да нет никакого противостояния того и другого, это придумки фантастов. Чушь это. Свет — он вон за окном. Солнце сядет — придёт тьма. Зло — оно и там, и там зло. Добро тоже не зависит от освещения. Хотя и эти категории не идеальны, согласись? То, что зло для одного человека, то добро для другого.

    — Значит, всё-таки противостояние света и тьмы? — спросил у него я. — Как всегда, всё сводится к нему? — Свет, тьма, — поморщился Нифонтов. — Да нет никакого противостояния того и другого, это придумки фантастов. Чушь это. Свет — он вон за окном. Солнце сядет — придёт тьма. Зло — оно и там, и там зло. Добро тоже не зависит от освещения. Хотя и эти категории не идеальны, согласись? То, что зло для одного человека, то добро для другого.

    — Александр Смолин · книга
20. «

    Имя нам — легион. Мы живём по привычке, мы умрём молодыми стариками и будем забыты к ближайшей субботе, поскольку утреннее похмелье после пятничного загула выдавит нас из памяти всех знакомых. Знакомых, потому что друзей у нас нет. Друзья в наше время непозволительная роскошь, на них нужно тратить время, которого нам всегда не хватает. Всё, что останется от нас — странички в соцсетях. Они наше надгробие.

    Имя нам — легион. Мы живём по привычке, мы умрём молодыми стариками и будем забыты к ближайшей субботе, поскольку утреннее похмелье после пятничного загула выдавит нас из памяти всех знакомых. Знакомых, потому что друзей у нас нет. Друзья в наше время непозволительная роскошь, на них нужно тратить время, которого нам всегда не хватает. Всё, что останется от нас — странички в соцсетях. Они наше надгробие.

    — Файролл. Снисхождение · книга