13 цитат-размышлений Андрея Кончаловского

Андрей Кончаловский — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 13 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Я не делаю картины для людей, которые жуют попкорн. Это хорошо, что в театре, консерватории, церкви ещё не жуют. Я делаю фильмы для людей, которые ещё не разучились читать книжки.

   Я не делаю картины для людей, которые жуют попкорн. Это хорошо, что в театре, консерватории, церкви ещё не жуют. Я делаю фильмы для людей, которые ещё не разучились читать книжки.
2. «

   Музыка Рахманинова — это Океан. Его волны — музыкальные - начинаются настолько далеко за горизонтом, и возносят Вас так высоко и так медленно Вас опускают... что Вы чувствуете эту Мощь и Дыхание.

   Музыка Рахманинова — это Океан. Его волны — музыкальные - начинаются настолько далеко за горизонтом, и возносят Вас так высоко и так медленно Вас опускают... что Вы чувствуете эту Мощь и Дыхание.
3. «

   Я боюсь смерти, потому что у меня есть желания. Пока есть желания, человек боится смерти. А когда желаний нет — перестает.

   Я боюсь смерти, потому что у меня есть желания. Пока есть желания, человек боится смерти. А когда желаний нет — перестает.
4. «

   Тут возник разрыв между интеллектуальной элитой российской и тем, что называется «бизнес» и люди с деньгами. Там есть явный разрыв. Мы не совпадаем в измерениях.

   Тут возник разрыв между интеллектуальной элитой российской и тем, что называется «бизнес» и люди с деньгами. Там есть явный разрыв. Мы не совпадаем в измерениях.
5. «

   И вообще, что такое гендерное равноправие, я, очевидно, не понимаю: не дорос. Есть создание Бога, природы, инь — янь, как хотите называйте. Женщина делает одно, мужчина другое. Есть масса вещей, которые женщина может, а мужчина — нет. Два разных пола и, следовательно, разные функции. Тогда надо смешивать функции, но во многих областях это невозможно. И попытки нарушить законы природы человечеству обойдутся дорого.

   И вообще, что такое гендерное равноправие, я, очевидно, не понимаю: не дорос. Есть создание Бога, природы, инь — янь, как хотите называйте. Женщина делает одно, мужчина другое. Есть масса вещей, которые женщина может, а мужчина — нет. Два разных пола и, следовательно, разные функции. Тогда надо смешивать функции, но во многих областях это невозможно. И попытки нарушить законы природы человечеству обойдутся дорого.
6. «

   Нормальная семья не бывает без конфликтов, больше того — должна быть конфликтной, если ее составляют личности.

   Нормальная семья не бывает без конфликтов, больше того — должна быть конфликтной, если ее составляют личности.

   — Низкие истины · книга
7. «

   Англичане — мастера предвидения! Королева Британии делает книксен китайскому коммунисту, подсаживает его в золотую карету — думал ли ты дожить до такого?

   Англичане — мастера предвидения! Королева Британии делает книксен китайскому коммунисту, подсаживает его в золотую карету — думал ли ты дожить до такого?
8. «

   Самая главная реформа, которая должна произойти в России, — реформа национального сознания. Это Петр I пытался сделать, а потом Ленин. Только они не понимали, что это надо делать не при помощи политики.

   Самая главная реформа, которая должна произойти в России, — реформа национального сознания. Это Петр I пытался сделать, а потом Ленин. Только они не понимали, что это надо делать не при помощи политики.
9. «

   Впрочем, из всех заповедей важнейшей я почитал одиннадцатую, в Библии не помянутую, — «не попадись». Нарушай хоть все десять разом, только не попадайся.

   Впрочем, из всех заповедей важнейшей я почитал одиннадцатую, в Библии не помянутую, — «не попадись». Нарушай хоть все десять разом, только не попадайся.
10. «

    Сейчас политическая корректность зашкалила настолько, что то, что мы можем сказать здесь, в России, в Европе сказать невозможно, просто невозможно. У нас в этом смысле — свободная страна. Мы такое можем говорить политически некорректное, например, что мужчина должен приставать к женщине, а женщина должна сопротивляться. <...> Как Лев Николаевич [Толстой] сказал: «Барышни любят, когда их тискают».

    Сейчас политическая корректность зашкалила настолько, что то, что мы можем сказать здесь, в России, в Европе сказать невозможно, просто невозможно. У нас в этом смысле — свободная страна. Мы такое можем говорить политически некорректное, например, что мужчина должен приставать к женщине, а женщина должна сопротивляться. <...> Как Лев Николаевич [Толстой] сказал: «Барышни любят, когда их тискают».
11. «

    Вас интересует сумма накопленного опыта? Однажды учитель дзен собрал своих учеников, чтоб поделиться с ними суммой накопленного опыта. Открыл рот, и в это время на ветку села птичка и запела. Учитель посмотрел на птичку и заслушался, и все сидели и слушали. Птичка кончила петь и улетела. Учитель сказал: урок окончен. Вот это и была сумма накопленного опыта. Больше, чем птичка, которая спела, рассказать нельзя.

    Вас интересует сумма накопленного опыта? Однажды учитель дзен собрал своих учеников, чтоб поделиться с ними суммой накопленного опыта. Открыл рот, и в это время на ветку села птичка и запела. Учитель посмотрел на птичку и заслушался, и все сидели и слушали. Птичка кончила петь и улетела. Учитель сказал: урок окончен. Вот это и была сумма накопленного опыта. Больше, чем птичка, которая спела, рассказать нельзя.
12. «

    Массовое искусство всегда похоже на порнографию. Его задача — возбудить, удовлетворить и забыть. В настоящем искусстве так не происходит. Ты посмотрел и только потом начинается настоящий внутренний процесс. Помолчать после восприятия большого произведения искусства — это величайшее наслаждение. Счастье для режиссера, когда зритель уходит с желанием с кем-нибудь поговорить об увиденном.

    Массовое искусство всегда похоже на порнографию. Его задача — возбудить, удовлетворить и забыть. В настоящем искусстве так не происходит. Ты посмотрел и только потом начинается настоящий внутренний процесс. Помолчать после восприятия большого произведения искусства — это величайшее наслаждение. Счастье для режиссера, когда зритель уходит с желанием с кем-нибудь поговорить об увиденном.
13. «

    Художник в принципе — это обслуга. Если говорить грубо. Когда я называю художника обслугой, это ни в коем случае не является унизительным. Конечно, у художника есть иллюзия свободы. Но любую работу отличает достоинство человека, который ее делает. Дворник может иметь гораздо больше достоинства, чем какой-нибудь министр. Вопрос в личности.

    Художник в принципе — это обслуга. Если говорить грубо. Когда я называю художника обслугой, это ни в коем случае не является унизительным. Конечно, у художника есть иллюзия свободы. Но любую работу отличает достоинство человека, который ее делает. Дворник может иметь гораздо больше достоинства, чем какой-нибудь министр. Вопрос в личности.