56 цитат, которые говорил Андрей Рубанов

Ниже 56 цитат Андрея Рубанова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Одиночество — привычное для меня состояние, но любить его невозможно. Если тебе дан разум, гортань, язык и речь, если тебе даны брови, чтоб нахмуриться, и губы, которые можно раздвинуть в улыбке, — ты должен идти к себе подобным, разговаривать с ними, смеяться, кричать, обонять запахи, трогать. Человеки, эти удивительные…

   Одиночество — привычное для меня состояние, но любить его невозможно. Если тебе дан разум, гортань, язык и речь, если тебе даны брови, чтоб нахмуриться, и губы, которые можно раздвинуть в улыбке, — ты должен идти к себе подобным, разговаривать с ними, смеяться, кричать, обонять запахи, трогать. Человеки, эти удивительные…

   — Человек из красного дерева · книга
2. «

   Только алкоголики знают, что такое трезвость. Только тот, кто много работает, умеет наслаждаться бездельем.

   Только алкоголики знают, что такое трезвость. Только тот, кто много работает, умеет наслаждаться бездельем.

   — Йод · книга
3. «

   Дураки думают, что приключения интересуют только парней; враньё это. Настоящие ценители приключений — девки. Они возбуждаются быстрей и сильней. Они отчаянны и бесстрашны. Они ненавидят ложь, малодушие и трусость. Они любят прямых, сильных и щедрых. Потому что сами сильны и щедры.

   Дураки думают, что приключения интересуют только парней; враньё это. Настоящие ценители приключений — девки. Они возбуждаются быстрей и сильней. Они отчаянны и бесстрашны. Они ненавидят ложь, малодушие и трусость. Они любят прямых, сильных и щедрых. Потому что сами сильны и щедры.

   — Финист – ясный сокол · книга
4. «

   Война кончится, когда начальство пожелает. Война кончится, когда майоры станут полковниками, а полковники — генералами. Когда все они добудут славу и ордена. А сколько солдатских жизней надо будет положить — о том они мало думают.

   Война кончится, когда начальство пожелает. Война кончится, когда майоры станут полковниками, а полковники — генералами. Когда все они добудут славу и ордена. А сколько солдатских жизней надо будет положить — о том они мало думают.

   — Человек из красного дерева · книга
5. «

   Когда я вернулся в номер, она еще спала. Будить не стал. Для мужчин, которые будят своих женщин, в аду есть особое место.

   Когда я вернулся в номер, она еще спала. Будить не стал. Для мужчин, которые будят своих женщин, в аду есть особое место.

   — Жёстко и угрюмо · книга
6. «

   Вот, например, «активная жизненная позиция». Знаешь, что это? Если в камере творится какое-то непотребство, ты не можешь просто отвернуться и сделать вид, что не видишь. Здесь можешь, а там нет. Там ты должен встать и остановить это дело. Если не остановил, значит, ты такой же. Впрочем, сейчас этой этики уже не все придерживаются…

   Вот, например, «активная жизненная позиция». Знаешь, что это? Если в камере творится какое-то непотребство, ты не можешь просто отвернуться и сделать вид, что не видишь. Здесь можешь, а там нет. Там ты должен встать и остановить это дело. Если не остановил, значит, ты такой же. Впрочем, сейчас этой этики уже не все придерживаются…
7. «

   Никаким серебром не измерить людское уважение.

   Никаким серебром не измерить людское уважение.

   — Финист – ясный сокол · книга
8. «

   Мужскую силу, — сказал гений, — считают по бабам. Сколько баб у тебя было, настолько ты и силен. Но ты не напрягайся, не веди подсчеты. Важно не только количество, но и качество.

   Мужскую силу, — сказал гений, — считают по бабам. Сколько баб у тебя было, настолько ты и силен. Но ты не напрягайся, не веди подсчеты. Важно не только количество, но и качество.

   — Годунов · книга
9. «

   Что такое память? По воле Создателя родились многие миллиарды — но память осталась о немногих. Кто знает, какие удивительные существа появились на свет в отдаленные времена? Может, до нас, деревянных людей, жили каменные люди, а до каменных — люди, вовсе не имеющие материального облика, а ещё раньше — люди, не уверенные, что они люди. Кто помнит о них? Устная память хранит историю около ста лет: от деда к внуку, дальше внук понемногу забывает сказанное дедом. Письменная память хранит историю от пятисот до тысячи лет; но любой, самый надежный и уважаемый письменный источник, — однажды вдруг подвергается жесткой критике, оспаривается, признаётся ничтожным. Прошлое так же подвижно, как и будущее. Незыблем лишь настоящий момент: сегодняшний, сейчас протекающий миг, неуловимый и ужасный в своей быстротечности.

   Что такое память? По воле Создателя родились многие миллиарды — но память осталась о немногих. Кто знает, какие удивительные существа появились на свет в отдаленные времена? Может, до нас, деревянных людей, жили каменные люди, а до каменных — люди, вовсе не имеющие материального облика, а ещё раньше — люди, не уверенные, что они люди. Кто помнит о них? Устная память хранит историю около ста лет: от деда к внуку, дальше внук понемногу забывает сказанное дедом. Письменная память хранит историю от пятисот до тысячи лет; но любой, самый надежный и уважаемый письменный источник, — однажды вдруг подвергается жесткой критике, оспаривается, признаётся ничтожным. Прошлое так же подвижно, как и будущее. Незыблем лишь настоящий момент: сегодняшний, сейчас протекающий миг, неуловимый и ужасный в своей быстротечности.

   — Человек из красного дерева · книга
10. «

    У каждого бывают такие дни, когда готов душу распахнуть хоть близкому другу, хоть знакомому, хоть земляку. Человек — существо глубокое, но не бездонное: когда накапливается — надо изливать, чтоб освободить место для чего-то нового.

    У каждого бывают такие дни, когда готов душу распахнуть хоть близкому другу, хоть знакомому, хоть земляку. Человек — существо глубокое, но не бездонное: когда накапливается — надо изливать, чтоб освободить место для чего-то нового.

    — Человек из красного дерева · книга
11. «

    Мне вдруг стало хорошо. В одиночку плохо, вдвоём лучше, а когда втроём — иногда бывает совсем хорошо.

    Мне вдруг стало хорошо. В одиночку плохо, вдвоём лучше, а когда втроём — иногда бывает совсем хорошо.

    — Йод · книга
12. «

    Всякий ребенок талантлив, но при одном условии : если он зачат в любви.

    Всякий ребенок талантлив, но при одном условии : если он зачат в любви.

    — Смирнов · книга
13. «

    – Значит, – я кивнул на иконы, – это все твое? – Мое, – коротко ответил Слава. – И что, – поинтересовался я вежливо, – Бог тебе помогает? Выполняет твои просьбы? – Бог – это не Дед Мороз, – еще строже ответил Слава. – Его просить – бессмысленно. Он только одну просьбу реально может выполнить. – Какую же? – Если попросишь у него сил.

    – Значит, – я кивнул на иконы, – это все твое? – Мое, – коротко ответил Слава. – И что, – поинтересовался я вежливо, – Бог тебе помогает? Выполняет твои просьбы? – Бог – это не Дед Мороз, – еще строже ответил Слава. – Его просить – бессмысленно. Он только одну просьбу реально может выполнить. – Какую же? – Если попросишь у него сил.

    — Сажайте, и вырастет · книга
14. «

    Ребенок, рожденный в любви, гарантированно получает Божью искру. даже если любовь — на одну ночь. даже если на десять минут...

    Ребенок, рожденный в любви, гарантированно получает Божью искру. даже если любовь — на одну ночь. даже если на десять минут...

    — Смирнов · книга
15. «

    Настоящая твёрдая истина только укрепляется от оспаривания.

    Настоящая твёрдая истина только укрепляется от оспаривания.

    — Финист – ясный сокол · книга
16. «

    Каждый человек охотнее и внимательнее изучает то, что и без того знает. Хорошая книга не дарит тебе откровение, хорошая книга укрепляет тебя в твоих самостоятельных догадках. Она обращается не к жажде информации, а к твоим страхам — дает понять, что ты не один, есть ещё кто-то, кого мучают те же вопросы, что и тебя.

    Каждый человек охотнее и внимательнее изучает то, что и без того знает. Хорошая книга не дарит тебе откровение, хорошая книга укрепляет тебя в твоих самостоятельных догадках. Она обращается не к жажде информации, а к твоим страхам — дает понять, что ты не один, есть ещё кто-то, кого мучают те же вопросы, что и тебя.

    — Хлорофилия · книга
17. «

    Беда русского человека в том, что он все время мучительно пытается быть достойным своей страны. Как бы ни был велик каждый из нас в отдельности, он абсолютно ничтожен в сравнении с территорией. Несопоставимость масштаба части и целого — наша национальная драма.

    Беда русского человека в том, что он все время мучительно пытается быть достойным своей страны. Как бы ни был велик каждый из нас в отдельности, он абсолютно ничтожен в сравнении с территорией. Несопоставимость масштаба части и целого — наша национальная драма.

    — Хлорофилия · книга
18. «

    Знания — вот главная валюта этих людей: кто обладает знаниями, тот всегда богат. Поэтому они всегда молчат, придерживая при себе свои знания, большие или малые.

    Знания — вот главная валюта этих людей: кто обладает знаниями, тот всегда богат. Поэтому они всегда молчат, придерживая при себе свои знания, большие или малые.

    — Финист – ясный сокол · книга
19. «

    И вечером я долго молюсь, поклоны кладу, стучу лбом об пол. Это помогает. Дух постепенно смиряется; смирение есть благодать, оно лечит.

    И вечером я долго молюсь, поклоны кладу, стучу лбом об пол. Это помогает. Дух постепенно смиряется; смирение есть благодать, оно лечит.

    — Человек из красного дерева · книга
20. «

    За враньё нас бьют. Но сильней бьют за правду.

    За враньё нас бьют. Но сильней бьют за правду.

    — Финист – ясный сокол · книга