Что говорила Анна Гавальда: 181 цитата

Подборка из 181 цитата Анны Гавальды: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Матрешек я тебе привез, — проворчал я, — знаешь, такая красивая куколка: чем больше проявляешь к ней интерес, тем мельче она оказывается...

   Матрешек я тебе привез, — проворчал я, — знаешь, такая красивая куколка: чем больше проявляешь к ней интерес, тем мельче она оказывается...

   — Шарль Баланда · книга
2. «

   Какой странный человек… Похож на рыбу… Вечно уворачивается и всегда выскальзывает из рук…

   Какой странный человек… Похож на рыбу… Вечно уворачивается и всегда выскальзывает из рук…

   — Хлоя · книга
3. «

   Дружба. Это единственное, что способствует развитию моих умственных способностей.

   Дружба. Это единственное, что способствует развитию моих умственных способностей.

   — Я признаюсь · книга
4. «

   Нельзя сказать, что меня это так уж сильно расстраивает — скорее, отрезвляет.

   Нельзя сказать, что меня это так уж сильно расстраивает — скорее, отрезвляет.

   — Мне бы хотелось, чтоб меня кто-нибудь где-нибудь ждал... · книга
5. «

   Она была весёленькая. Грустная, но весёленькая.

   Она была весёленькая. Грустная, но весёленькая.

   — Просто вместе · книга
6. «

   Я ненавижу школу. Ненавижу ее пуще всего на свете. Нет, даже еще сильней... Она испортила мне всю жизнь.

   Я ненавижу школу. Ненавижу ее пуще всего на свете. Нет, даже еще сильней... Она испортила мне всю жизнь.

   — Грегуар · книга
7. «

   Нет, ну надо же...

   Нет, ну надо же...

   — Франк · книга
8. «

   Нет такой печали, которую не могла бы утолить книга, говорил Монтень, а Монтень никогда не ошибался.

   Нет такой печали, которую не могла бы утолить книга, говорил Монтень, а Монтень никогда не ошибался.

   — Просто вместе · книга
9. «

   Стены в комнате подрастающего ребенка — лучшее наглядное пособие по занимательной этнологии. Квадратные метры, на которых жизнь кипит, бурлит и обновляется, безостановочно пожирая патафикс.

   Стены в комнате подрастающего ребенка — лучшее наглядное пособие по занимательной этнологии. Квадратные метры, на которых жизнь кипит, бурлит и обновляется, безостановочно пожирая патафикс.

   — Утешительная партия игры в петанк · книга
10. «

    Во-первых, я не умею готовить, а во-вторых, мне никогда никого не хотелось удерживать.

    Во-первых, я не умею готовить, а во-вторых, мне никогда никого не хотелось удерживать.

    — Я её любил. Я его любила · книга
11. «

    Какой же дурой становится женщина, когда хочет ребенка! Какие же все бабы дуры. Стоит ей узнать, что она беременна, и готово дело, открываются шлюзы: любовь, любовь, любовь. И все, больше ее не заткнешь. Дуры.

    Какой же дурой становится женщина, когда хочет ребенка! Какие же все бабы дуры. Стоит ей узнать, что она беременна, и готово дело, открываются шлюзы: любовь, любовь, любовь. И все, больше ее не заткнешь. Дуры.

    — Мне бы хотелось, чтоб меня кто-нибудь где-нибудь ждал... · книга
12. «

    Проблема в том, что никто не может жить, совсем никак не выражая свои мысли, чувства и желания. Никто... Это невозможно...

    Проблема в том, что никто не может жить, совсем никак не выражая свои мысли, чувства и желания. Никто... Это невозможно...

    — Доутон · книга
13. «

    — Вы её любили? — Да. — Как сильно? — Я её любил.

    — Вы её любили? — Да. — Как сильно? — Я её любил.

    — Я её любил. Я его любила · книга
14. «

    Моя двоюродная бабушка по отцу — она была русской — часто повторяла: — Ты — как мой отец, все ностальгируешь по горам. — По каким горам, Мушка? — удивлялся я. — По тем, которых никогда не видел, конечно!

    Моя двоюродная бабушка по отцу — она была русской — часто повторяла: — Ты — как мой отец, все ностальгируешь по горам. — По каким горам, Мушка? — удивлялся я. — По тем, которых никогда не видел, конечно!

    — Пьер · книга
15. «

    Вот я тебе сейчас рассказываю об этом и про себя всякий раз как подумаю, так ужаснусь — сколько же абсурдна наша жизнь. Отличный парень отправляется на войну из-за капризной девицы... Дикость! Такие сюжеты хороши для бульварных романов, для дешёвых мелодрам!

    Вот я тебе сейчас рассказываю об этом и про себя всякий раз как подумаю, так ужаснусь — сколько же абсурдна наша жизнь. Отличный парень отправляется на войну из-за капризной девицы... Дикость! Такие сюжеты хороши для бульварных романов, для дешёвых мелодрам!

    — Пьер · книга
16. «

    Так вот что значит быть четырнадцатилетней сегодня? Ясно осознавать, что все продается и покупается в этом дольнем мире, и в тоже время оставаться настолько наивной и нежной, и верить, что можно, взяв за руки двух взрослых одновременно, шагая посередине, между ними, и не вприпрыжку, как раньше, но крепко сжимая их руки, сковывая их собою, несмотря ни на что удержать их ВМЕСТЕ.

    Так вот что значит быть четырнадцатилетней сегодня? Ясно осознавать, что все продается и покупается в этом дольнем мире, и в тоже время оставаться настолько наивной и нежной, и верить, что можно, взяв за руки двух взрослых одновременно, шагая посередине, между ними, и не вприпрыжку, как раньше, но крепко сжимая их руки, сковывая их собою, несмотря ни на что удержать их ВМЕСТЕ.

    — Утешительная партия игры в петанк · книга
17. «

    И что же дальше? Дальше жизнь пошла своим чередом. Ведь так, не правда ли, говорят, когда ничего не происходит?

    И что же дальше? Дальше жизнь пошла своим чередом. Ведь так, не правда ли, говорят, когда ничего не происходит?

    — Матильда · книга
18. «

    ...думаю, главный ключ к счастью – это смех. Смеяться вместе.

    ...думаю, главный ключ к счастью – это смех. Смеяться вместе.

    — Ян · книга
19. «

    Я считаю натуральный обмен гениальной экономической системой...

    Я считаю натуральный обмен гениальной экономической системой...

    — Камилла · книга
20. «

    Это жизнь. Так живут почти все. Хитрят, изворачиваются, трусость — она как маленькая домашняя собачонка, которая вертится под ногами. Ее ласкают, дрессируют, к ней привязываются. Такова жизнь. Люди в ней делятся на храбрецов и тех, кто приспосабливается. Насколько проще жить, приспосабливаясь… Передай-ка мне бутылку.

    Это жизнь. Так живут почти все. Хитрят, изворачиваются, трусость — она как маленькая домашняя собачонка, которая вертится под ногами. Ее ласкают, дрессируют, к ней привязываются. Такова жизнь. Люди в ней делятся на храбрецов и тех, кто приспосабливается. Насколько проще жить, приспосабливаясь… Передай-ка мне бутылку.

    — Пьер · книга