14 цитат Анри Барбюса, проверенных временем

Подборка из 14 цитат Анри Барбюса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Сейчас, преодолев такое громадное расстояние во времени, преодолев вечность – пусть это покажется нелепым, – сейчас я целую тебя, как прежде. Вот и всё… Больше я ничего не прибавлю, потому что боюсь стать печальной, а значит, злой и потому, что не решаюсь признаться тебе в тех сумасшедших мечтах, которые неизбежны, когда любишь и когда любовь огромна, а нежность беспредельна…

   Сейчас, преодолев такое громадное расстояние во времени, преодолев вечность – пусть это покажется нелепым, – сейчас я целую тебя, как прежде. Вот и всё… Больше я ничего не прибавлю, потому что боюсь стать печальной, а значит, злой и потому, что не решаюсь признаться тебе в тех сумасшедших мечтах, которые неизбежны, когда любишь и когда любовь огромна, а нежность беспредельна…

   — Нежность · книга
2. «

   Ведь если каждый народ ежедневно приносит в жертву идолу войны свежее мясо полутора тысяч юношей, то только ради удовольствия нескольких вожаков, которых можно по пальцам пересчитать. Целые народы, выстроившись вооруженным стадом, идут на бойню только для того, чтобы люди с золотыми галунами, люди особой касты, могли занести свои громкие имена в историю и чтобы другие позолоченные люди из этой же сволочной шайки обделали побольше выгодных делишек, словом, чтоб на этом заработали вояки и лавочники.

   Ведь если каждый народ ежедневно приносит в жертву идолу войны свежее мясо полутора тысяч юношей, то только ради удовольствия нескольких вожаков, которых можно по пальцам пересчитать. Целые народы, выстроившись вооруженным стадом, идут на бойню только для того, чтобы люди с золотыми галунами, люди особой касты, могли занести свои громкие имена в историю и чтобы другие позолоченные люди из этой же сволочной шайки обделали побольше выгодных делишек, словом, чтоб на этом заработали вояки и лавочники.

   — Огонь · книга
3. «

   Я покончила с собой на другой же день после нашей разлуки. Я не могла, я не умела жить без тебя.

   Я покончила с собой на другой же день после нашей разлуки. Я не могла, я не умела жить без тебя.

   — Нежность · книга
4. «

   Война — это не атака, похожая на парад, не сражение с развевающимися знаменами, даже не рукопашная схватка, в которой неистовствуют и кричат; война — это чудовищная, сверхъестественная усталость, вода по пояс, и грязь, и вши, и мерзость. Это заплесневелые лица, изодранные в клочья тела и трупы, всплывающие над прожорливой землей и даже не похожие больше на трупы.

   Война — это не атака, похожая на парад, не сражение с развевающимися знаменами, даже не рукопашная схватка, в которой неистовствуют и кричат; война — это чудовищная, сверхъестественная усталость, вода по пояс, и грязь, и вши, и мерзость. Это заплесневелые лица, изодранные в клочья тела и трупы, всплывающие над прожорливой землей и даже не похожие больше на трупы.

   — Огонь · книга
5. «

   Материал войны — это мы. Война состоит только из плоти и душ простых солдат.

   Материал войны — это мы. Война состоит только из плоти и душ простых солдат.

   — Огонь · книга
6. «

   Я пишу тебе, чтоб рассказать обо всём этом; а также и о том, что отныне я обратилась в новую веру – я исповедую самоотверженную любовь к тебе. Мы с тобой как-то рассуждали о самоотверженности в любви, не очень-то хорошо понимая её…

   Я пишу тебе, чтоб рассказать обо всём этом; а также и о том, что отныне я обратилась в новую веру – я исповедую самоотверженную любовь к тебе. Мы с тобой как-то рассуждали о самоотверженности в любви, не очень-то хорошо понимая её…

   — Нежность · книга
7. «

   На войне и жизнь и смерть разлучают людей, прежде чем успеваешь об этом подумать.

   На войне и жизнь и смерть разлучают людей, прежде чем успеваешь об этом подумать.

   — Огонь · книга
8. «

   Для детей игры — важное занятие. Играют только взрослые.

   Для детей игры — важное занятие. Играют только взрослые.

   — Огонь · книга
9. «

   Существует различие между людьми, более глубокое, более резкое, чем различие между нациями, — явная, глубокая, поистине непроходимая пропасть между людьми одного и того же народа, между теми, кто трудится и страдает, и теми, кто на них наживается; между теми, кого заставили пожертвовать всем, до конца отдать свою силу, свою мученическую жизнь, и теми, кто их топчется, шагает по их трупам, улыбается и преуспевает.

   Существует различие между людьми, более глубокое, более резкое, чем различие между нациями, — явная, глубокая, поистине непроходимая пропасть между людьми одного и того же народа, между теми, кто трудится и страдает, и теми, кто на них наживается; между теми, кого заставили пожертвовать всем, до конца отдать свою силу, свою мученическую жизнь, и теми, кто их топчется, шагает по их трупам, улыбается и преуспевает.

   — Огонь · книга
10. «

    Равенство — это великая формула людей.

    Равенство — это великая формула людей.

    — Огонь · книга
11. «

    Понять жизнь и полюбить ее в другом существе — в этом задача человека и в этом его талант; и каждый момент посвятить себя, полностью, только одному человеку; только один у нас истинный сосед на земле.

    Понять жизнь и полюбить ее в другом существе — в этом задача человека и в этом его талант; и каждый момент посвятить себя, полностью, только одному человеку; только один у нас истинный сосед на земле.

    — Ясность · книга
12. «

    Чтобы верить в бога, надо, чтобы не существовало то, что существует. А до этого далеко.

    Чтобы верить в бога, надо, чтобы не существовало то, что существует. А до этого далеко.

    — Огонь · книга
13. «

    Убийство всегда гнусно, иногда оно необходимо, но всегда гнусно.

    Убийство всегда гнусно, иногда оно необходимо, но всегда гнусно.
14. «

    Националисты — вожаки народов. Националисты, с их вооружёными системами протекционизма и всевозможных союзов, производят на меня впечатление людей, которых вместо того, чтобы перестроить ветхий дом, старательно поддерживают его стены и потолок своей спиной, своими руками и не могут сделать ничего другого.

    Националисты — вожаки народов. Националисты, с их вооружёными системами протекционизма и всевозможных союзов, производят на меня впечатление людей, которых вместо того, чтобы перестроить ветхий дом, старательно поддерживают его стены и потолок своей спиной, своими руками и не могут сделать ничего другого.

    — Дневник военных лет · книга