Антон Павлович Чехов — 420 цитат с глубоким смыслом

Ниже 420 цитат Антона Павловича Чехова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Нам нужно только то, что нам нужно.

   Нам нужно только то, что нам нужно.

   — Из записной книжки Ивана Иваныча · книга
2. «

   Говорить о своих о благодеяниях и подачках не совсем красиво. Это похоже на попрёки.

   Говорить о своих о благодеяниях и подачках не совсем красиво. Это похоже на попрёки.
3. «

   — А какая цель вечной жизни? — Как и всякой жизни — наслаждение. Истинное наслаждение в познании.

   — А какая цель вечной жизни? — Как и всякой жизни — наслаждение. Истинное наслаждение в познании.

   — Черный монах · книга
4. «

   У всякого свои странности.

   У всякого свои странности.

   — Дмитрий Ионыч Старцев (Ионыч) · книга
5. «

   Дешевизна русского товара — это диплом на его негодность.

   Дешевизна русского товара — это диплом на его негодность.
6. «

   Работать для науки и для общих идей – это-то и есть личное счастье.

   Работать для науки и для общих идей – это-то и есть личное счастье.
7. «

   Нет более несносных людей, чем знаменитости из провинции.

   Нет более несносных людей, чем знаменитости из провинции.
8. «

   Нужно, чтобы сильные не порабощали слабых, чтобы меньшинство не было для большинства паразитом или насосом, высасывающим из него хронически лучшие соки, то есть нужно, чтобы все без исключения — и сильные и слабые, богатые и бедные, равномерно участвовали в борьбе за существование, каждый сам за себя, а в этом отношении нет лучшего нивелирующего средства, как физический труд в качестве общей, для всех обязательной повинности.

   Нужно, чтобы сильные не порабощали слабых, чтобы меньшинство не было для большинства паразитом или насосом, высасывающим из него хронически лучшие соки, то есть нужно, чтобы все без исключения — и сильные и слабые, богатые и бедные, равномерно участвовали в борьбе за существование, каждый сам за себя, а в этом отношении нет лучшего нивелирующего средства, как физический труд в качестве общей, для всех обязательной повинности.

   — Мисаил Полознев · книга
9. «

   В человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли.

   В человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли.

   — Астров Михаил Львович · книга
10. «

    Коль смутил девку, так и женись.

    Коль смутил девку, так и женись.
11. «

    О, как мало знают те, которые никогда не любили! Мне кажется, никто ещё не описал верно любви, и едва ли можно описать это нежное, радостное, мучительное чувство, и кто испытал его хоть раз, тот не станет передавать его на словах. К чему предисловия, описания? К чему ненужное красноречие?

    О, как мало знают те, которые никогда не любили! Мне кажется, никто ещё не описал верно любви, и едва ли можно описать это нежное, радостное, мучительное чувство, и кто испытал его хоть раз, тот не станет передавать его на словах. К чему предисловия, описания? К чему ненужное красноречие?

    — Дмитрий Ионыч Старцев (Ионыч) · книга
12. «

    — Тон и манера у тебя таковы, как будто ты жертва. Это мне не нравится, друг мой. Сама ты виновата. Вспомни, ты начала с того, что рассердилась на людей и на порядки, но ничего не сделала, чтобы те и другие стали лучше. Ты не боролась со злом, а утомилась, и ты жертва не борьбы, а своего бессилия. Ну, конечно, тогда ты была молода, неопытна, теперь же всё может пойти иначе.

    — Тон и манера у тебя таковы, как будто ты жертва. Это мне не нравится, друг мой. Сама ты виновата. Вспомни, ты начала с того, что рассердилась на людей и на порядки, но ничего не сделала, чтобы те и другие стали лучше. Ты не боролась со злом, а утомилась, и ты жертва не борьбы, а своего бессилия. Ну, конечно, тогда ты была молода, неопытна, теперь же всё может пойти иначе.

    — Николай Степаныч · книга
13. «

    Не одни только дети бывают глупы... Бывают дураки и в пятьдесят лет.

    Не одни только дети бывают глупы... Бывают дураки и в пятьдесят лет.

    — Пётр Егорович Урбенин · книга
14. «

    Было ясно: Котик дурачилась. Кому, в самом деле, придёт серьёзно в голову назначать свидание ночью, далеко за городом, на кладбище, когда это легко можно устроить на улице, в городском саду? И к лицу ли ему, земскому врачу, умному, солидному человеку, вздыхать, получать записочки, таскаться по кладбищам, делать глупости, над которыми смеются теперь даже гимназисты? К чему поведёт этот роман? Что скажут товарищи, когда узнают? Так думал Старцев, бродя в клубе около столов, а в половине одиннадцатого вдруг взял и поехал на кладбище.

    Было ясно: Котик дурачилась. Кому, в самом деле, придёт серьёзно в голову назначать свидание ночью, далеко за городом, на кладбище, когда это легко можно устроить на улице, в городском саду? И к лицу ли ему, земскому врачу, умному, солидному человеку, вздыхать, получать записочки, таскаться по кладбищам, делать глупости, над которыми смеются теперь даже гимназисты? К чему поведёт этот роман? Что скажут товарищи, когда узнают? Так думал Старцев, бродя в клубе около столов, а в половине одиннадцатого вдруг взял и поехал на кладбище.

    — Ионыч · книга
15. «

    Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что, как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти, стрясется беда — болезнь, бедность, потери, и его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других.

    Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что, как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти, стрясется беда — болезнь, бедность, потери, и его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других.

    — Иван Иваныч Чимша-Гималайский · книга
16. «

    Надо только начать делать что-нибудь, чтобы понять, как мало честных, порядочных людей.

    Надо только начать делать что-нибудь, чтобы понять, как мало честных, порядочных людей.

    — Ермолай Алексеевич Лопахин · книга
17. «

    Писательский зуд неизлечим.

    Писательский зуд неизлечим.
18. «

    Главный элемент творчества — чувство личной свободы.

    Главный элемент творчества — чувство личной свободы.

    — Скучная история · книга
19. «

    И чем больше она говорила и чем искреннее улыбалась, тем сильнее становилась во мне уверенность, что я уеду от нее не солоно хлебавши.

    И чем больше она говорила и чем искреннее улыбалась, тем сильнее становилась во мне уверенность, что я уеду от нее не солоно хлебавши.

    — Огни · книга
20. «

    Пусть я — «сударь мой», пусть этот легкий, пренебрежительный тон, пусть что угодно, но только не оставляй меня, мое сокровище. Мне теперь страшно одному.

    Пусть я — «сударь мой», пусть этот легкий, пренебрежительный тон, пусть что угодно, но только не оставляй меня, мое сокровище. Мне теперь страшно одному.

    — Рассказ неизвестного человека · книга