471 мыслей Антона Павловича Чехова без воды

Ниже 471 цитата Антона Павловича Чехова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   На совести каждого красивого артиста много женщин, и чтобы помнить каждую, нужно иметь слишком большую память.

   На совести каждого красивого артиста много женщин, и чтобы помнить каждую, нужно иметь слишком большую память.

   — Два скандала · книга
2. «

   Я приняла тебя за необыкновенного человека, за гения, я полюбила тебя, но ты оказался сумасшедшим...

   Я приняла тебя за необыкновенного человека, за гения, я полюбила тебя, но ты оказался сумасшедшим...

   — Таня · книга
3. «

   Через месяц Беликов умер. Хоронили мы его все, то есть обе гимназии и семинария. Теперь, когда он лежал в гробу, выражение у него было кроткое, приятное, даже веселое, точно он был рад, что наконец его положили в футляр, из которого он уже никогда не выйдет. Да, он достиг своего идеала! И как бы в честь его, во время похорон была пасмурная, дождливая погода, и все мы были в калошах и с зонтами.

   Через месяц Беликов умер. Хоронили мы его все, то есть обе гимназии и семинария. Теперь, когда он лежал в гробу, выражение у него было кроткое, приятное, даже веселое, точно он был рад, что наконец его положили в футляр, из которого он уже никогда не выйдет. Да, он достиг своего идеала! И как бы в честь его, во время похорон была пасмурная, дождливая погода, и все мы были в калошах и с зонтами.

   — Буркин · книга
4. «

   Спрашивают меня, за что я люблю эту мегеру? Правда, эта женщина не стоит любви. Она не стоит и ненависти. Стоит она только того, чтобы на неё не обращали внимания, игнорировали её существование. Чтобы любить её, нужно быть или мной, или сумасшедшим, что, впрочем, одно и то же.

   Спрашивают меня, за что я люблю эту мегеру? Правда, эта женщина не стоит любви. Она не стоит и ненависти. Стоит она только того, чтобы на неё не обращали внимания, игнорировали её существование. Чтобы любить её, нужно быть или мной, или сумасшедшим, что, впрочем, одно и то же.

   — Он и она · книга
5. «

   Когда любишь, то такое богатство открываешь в себе, столько нежности, ласковости, даже не верится, что так умеешь любить.

   Когда любишь, то такое богатство открываешь в себе, столько нежности, ласковости, даже не верится, что так умеешь любить.
6. «

   У русского человека единственная надежда — это выиграть двести тысяч.

   У русского человека единственная надежда — это выиграть двести тысяч.

   — Записные книжки. Дневники · книга
7. «

   Жизнь пренеприятная штука, но сделать ее прекрасной очень нетрудно. Для этого недостаточно выиграть 200 000, получить Белого Орла, жениться на хорошенькой, прослыть благонамеренным — все эти блага тленны и поддаются привычке. Для того, чтобы ощущать в себе счастье без перерыва, даже в минуты скорби и печали, нужно: а) уметь довольствоваться настоящим и б) радоваться сознанию, что «могло бы быть и хуже». А это нетрудно: Когда у тебя в кармане загораются спички, то радуйся и благодари небо, что у тебя в кармане не пороховой погреб. ... И так далее... Последуй, человече, моему совету, и жизнь твоя будет состоять из сплошного ликования.

   Жизнь пренеприятная штука, но сделать ее прекрасной очень нетрудно. Для этого недостаточно выиграть 200 000, получить Белого Орла, жениться на хорошенькой, прослыть благонамеренным — все эти блага тленны и поддаются привычке. Для того, чтобы ощущать в себе счастье без перерыва, даже в минуты скорби и печали, нужно: а) уметь довольствоваться настоящим и б) радоваться сознанию, что «могло бы быть и хуже». А это нетрудно: Когда у тебя в кармане загораются спички, то радуйся и благодари небо, что у тебя в кармане не пороховой погреб. ... И так далее... Последуй, человече, моему совету, и жизнь твоя будет состоять из сплошного ликования.

   — Жизнь прекрасна! · книга
8. «

   Недовольство составляет одно из коренных свойств всякого настоящего таланта.

   Недовольство составляет одно из коренных свойств всякого настоящего таланта.
9. «

   Что касается моего теперешнего образа жизни, то прежде всего я должен отметить бессонницу, которою страдаю в последнее время. Если бы меня спросили: что составляет теперь главную и основную черту твоего существования? Я ответил бы: бессонница.

   Что касается моего теперешнего образа жизни, то прежде всего я должен отметить бессонницу, которою страдаю в последнее время. Если бы меня спросили: что составляет теперь главную и основную черту твоего существования? Я ответил бы: бессонница.

   — Скучная история · книга
10. «

    Я сделаю эту гадость, будучи невменяем.

    Я сделаю эту гадость, будучи невменяем.

    — Осень · книга
11. «

    Если самые талантливые люди во всем городе так бездарны, то каков же должен быть город.

    Если самые талантливые люди во всем городе так бездарны, то каков же должен быть город.

    — Дмитрий Ионыч Старцев (Ионыч) · книга
12. «

    На боль я отвечаю криком и слезами, на подлость — негодованием, на мерзость — отвращением. По-моему, это, собственно, и называется жизнью.

    На боль я отвечаю криком и слезами, на подлость — негодованием, на мерзость — отвращением. По-моему, это, собственно, и называется жизнью.

    — Иван Дмитрич · книга
13. «

    Когда идет первый снег, в первый день езды на санях, приятно видеть белую землю, белые крыши, дышится мягко, славно, и в это время вспоминаются юные годы. У старых лип и берез, белых от инея, добродушное выражение, они ближе к сердцу, чем кипарисы и пальмы, и вблизи них уже не хочется думать о горах и море.

    Когда идет первый снег, в первый день езды на санях, приятно видеть белую землю, белые крыши, дышится мягко, славно, и в это время вспоминаются юные годы. У старых лип и берез, белых от инея, добродушное выражение, они ближе к сердцу, чем кипарисы и пальмы, и вблизи них уже не хочется думать о горах и море.

    — Дама с собачкой · книга
14. «

    Автор должен быть гуманен до кончика ногтей.

    Автор должен быть гуманен до кончика ногтей.
15. «

    Страшна, главным образом, обыденщина, от которой никто из нас не может спрятаться.

    Страшна, главным образом, обыденщина, от которой никто из нас не может спрятаться.

    — Дмитрий Петрович · книга
16. «

    Главное — не успокаиваться.

    Главное — не успокаиваться.

    — Ионыч · книга
17. «

    Всё, о чем я теперь мечтаю и что мне теперь кажется невозможным и неземным, в сущности очень обыкновенно.

    Всё, о чем я теперь мечтаю и что мне теперь кажется невозможным и неземным, в сущности очень обыкновенно.

    — Поцелуй · книга
18. «

    Встав из-за стола голодным — вы наелись; если вы встаете наевшись — вы переели; если встаете переевши — вы отравились.

    Встав из-за стола голодным — вы наелись; если вы встаете наевшись — вы переели; если встаете переевши — вы отравились.
19. «

    Когда читаешь роман какой-нибудь, то кажется, что все это старо и все так понятно, а как сама полюбишь, то и видно тебе, что никто ничего не знает и каждый должен решать сам за себя...

    Когда читаешь роман какой-нибудь, то кажется, что все это старо и все так понятно, а как сама полюбишь, то и видно тебе, что никто ничего не знает и каждый должен решать сам за себя...

    — Маша · книга
20. «

    Оно, конечно, так-то так, всё это прекрасно, да как бы чего не вышло.

    Оно, конечно, так-то так, всё это прекрасно, да как бы чего не вышло.

    — Беликов · книга