479 цитат Антона Павловича Чехова — читать онлайн

Ниже 479 цитат Антона Павловича Чехова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Никогда так не любишь близких, как в то время, когда рискуешь потерять их.

   Никогда так не любишь близких, как в то время, когда рискуешь потерять их.

   — Враги · книга
2. «

   Художественное произведение тогда лишь значительно и полезно, когда оно в своей идее содержит какую-нибудь серьезную общественную задачу, — говорил Костя, сердито глядя на Ярцева. — Если в произведении протест против крепостного права или автор вооружается против высшего света с его пошлостями, то такое произведение значительно и полезно. Те же романы и повести, где ах да ох, да она его полюбила, а он ее разлюбил, — такие произведения, говорю я, ничтожны и черт их побери.

   Художественное произведение тогда лишь значительно и полезно, когда оно в своей идее содержит какую-нибудь серьезную общественную задачу, — говорил Костя, сердито глядя на Ярцева. — Если в произведении протест против крепостного права или автор вооружается против высшего света с его пошлостями, то такое произведение значительно и полезно. Те же романы и повести, где ах да ох, да она его полюбила, а он ее разлюбил, — такие произведения, говорю я, ничтожны и черт их побери.

   — Константин Иваныч · книга
3. «

   Нет ничего хуже, когда знаешь чужую тайну и не можешь помочь.

   Нет ничего хуже, когда знаешь чужую тайну и не можешь помочь.

   — Елена Андреевна · книга
4. «

   Бромистые препараты, праздность, теплые ванны, надзор, малодушный страз за каждый глоток, за каждый шаг — все это в конце концов доведет меня до идиотизма. Я сходил с ума, у меня была мания величия, но зато я был весел, бодр и даже счастлив, я был интересен и оригинален. Теперь я стал рассудительнее и солиднее, но зато я такой, как все: я — посредственность, мне скучно жить... О, как вы жестоко поступили со мной! Я видел галлюцинации, но кому это мешало? Я спрашиваю: кому это мешало?

   Бромистые препараты, праздность, теплые ванны, надзор, малодушный страз за каждый глоток, за каждый шаг — все это в конце концов доведет меня до идиотизма. Я сходил с ума, у меня была мания величия, но зато я был весел, бодр и даже счастлив, я был интересен и оригинален. Теперь я стал рассудительнее и солиднее, но зато я такой, как все: я — посредственность, мне скучно жить... О, как вы жестоко поступили со мной! Я видел галлюцинации, но кому это мешало? Я спрашиваю: кому это мешало?

   — Андрей Васильевич Коврин · книга
5. «

   О, Господи, неужели же в самом деле на том свете нет ада и эти негодяи будут прощены?

   О, Господи, неужели же в самом деле на том свете нет ада и эти негодяи будут прощены?

   — Палата №6 · книга
6. «

   Чужая душа — потёмки, ну а кошачья — тем более.

   Чужая душа — потёмки, ну а кошачья — тем более.
7. «

   Говорить о своих о благодеяниях и подачках не совсем красиво. Это похоже на попрёки.

   Говорить о своих о благодеяниях и подачках не совсем красиво. Это похоже на попрёки.
8. «

   Всё в природе целесообразно.

   Всё в природе целесообразно.
9. «

   Проклятая, отвратительная старость. Черт бы ее побрал. Когда я постарел, я стал себе противен. Да и вам всем, должно быть, противно на меня смотреть.

   Проклятая, отвратительная старость. Черт бы ее побрал. Когда я постарел, я стал себе противен. Да и вам всем, должно быть, противно на меня смотреть.

   — Серебряков Александр Владимирович · книга
10. «

    Извини, пожалуйста, но veritas magis amicitiae [истина выше дружбы]... Дело в том, что жизнь имеет свои условия... Чтобы чувствовать себя в своей тарелке в интеллигентной среде, чтобы не быть среди неё чужим и самому не тяготиться ею, нужно быть известным образом воспитанным...

    Извини, пожалуйста, но veritas magis amicitiae [истина выше дружбы]... Дело в том, что жизнь имеет свои условия... Чтобы чувствовать себя в своей тарелке в интеллигентной среде, чтобы не быть среди неё чужим и самому не тяготиться ею, нужно быть известным образом воспитанным...
11. «

    Из деревни лучшие люди уходят в город, и потому она падает и будет падать.

    Из деревни лучшие люди уходят в город, и потому она падает и будет падать.
12. «

    Осмысленная жизнь без определенного мировоззрения – не жизнь, – тягота, ужас.

    Осмысленная жизнь без определенного мировоззрения – не жизнь, – тягота, ужас.
13. «

    Национальной науки нет, как нет национальной таблицы умножения; что же национально, то уже не наука.

    Национальной науки нет, как нет национальной таблицы умножения; что же национально, то уже не наука.

    — Записные книжки. Дневники · книга
14. «

    Надо перестать восхищаться собой. Надо бы только работать.

    Надо перестать восхищаться собой. Надо бы только работать.

    — Петр Сергеевич Трофимов · книга
15. «

    Он внимательно читал, делал заметки и изредка поднимал глаза, чтобы взглянуть на открытые окна или на свежие, еще мокрые от росы цветы, стоявшие в вазах на столе, и опять опускал глаза в книгу, и ему казалось, что в нем каждая жилочка дрожит и играет от удовольствия.

    Он внимательно читал, делал заметки и изредка поднимал глаза, чтобы взглянуть на открытые окна или на свежие, еще мокрые от росы цветы, стоявшие в вазах на столе, и опять опускал глаза в книгу, и ему казалось, что в нем каждая жилочка дрожит и играет от удовольствия.

    — Чёрный монах · книга
16. «

    Если у тебя болит один зуб, то ликуй, что у тебя болят не все зубы.

    Если у тебя болит один зуб, то ликуй, что у тебя болят не все зубы.

    — Жизнь прекрасна! · книга
17. «

    Мы высшие существа, и если бы в самом деле мы сознали всю силу человеческого гения и жили бы только для высших целей, то в конце концов мы стали бы как боги. Но этого никогда не будет — человечество выродится и от гения не останется и следа.

    Мы высшие существа, и если бы в самом деле мы сознали всю силу человеческого гения и жили бы только для высших целей, то в конце концов мы стали бы как боги. Но этого никогда не будет — человечество выродится и от гения не останется и следа.

    — Дом с мезонином · книга
18. «

    Пять лет не влюблялся, дал себе зарок, и вдруг втюрился, как оглобля в чужой кузов!

    Пять лет не влюблялся, дал себе зарок, и вдруг втюрился, как оглобля в чужой кузов!

    — Григорий Степанович Смирнов · книга
19. «

    Когда одни сыты, умны и добры, а другие голодны, глупы и злы, то всякое благо ведёт только к раздору, увеличивая неравенство людей.

    Когда одни сыты, умны и добры, а другие голодны, глупы и злы, то всякое благо ведёт только к раздору, увеличивая неравенство людей.
20. «

    Человек любит поговорить о своих болезнях, а между тем это самое неинтересное в его жизни.

    Человек любит поговорить о своих болезнях, а между тем это самое неинтересное в его жизни.