508 цитат Антона Павловича Чехова для тех, кто любит думать

Ниже 508 цитат Антона Павловича Чехова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Мне вот как хотелось бы умереть. Одеться в самое дорогое, модное платье, какое я на днях видела на здешней богачке, помещице Шеффер, надеть на руки браслеты... Потом стать на самый верх Каменной Могилы и дать себя убить молнии так, чтобы все люди видели... Страшный гром, знаете, и конец... — Какая дикая фантазия! — усмехнулся я, заглядывая в глаза, полные священного ужаса перед страшной, но эффектной смертью. — А в обыкновенном платье вы не хотите умирать? — Нет... — покачала головой Оленька. — И так, чтобы все люди видели.

   — Мне вот как хотелось бы умереть. Одеться в самое дорогое, модное платье, какое я на днях видела на здешней богачке, помещице Шеффер, надеть на руки браслеты... Потом стать на самый верх Каменной Могилы и дать себя убить молнии так, чтобы все люди видели... Страшный гром, знаете, и конец... — Какая дикая фантазия! — усмехнулся я, заглядывая в глаза, полные священного ужаса перед страшной, но эффектной смертью. — А в обыкновенном платье вы не хотите умирать? — Нет... — покачала головой Оленька. — И так, чтобы все люди видели.

   — Ольга Николаевна Скворцова · книга
2. «

   Трудно понять человеческую душу, но душу свою собственную понять ещё трудней.

   Трудно понять человеческую душу, но душу свою собственную понять ещё трудней.

   — Драма на охоте · книга
3. «

   У очень хорошего человека такая физиономия, что его принимают за сыщика; думают, что он украл запонки.

   У очень хорошего человека такая физиономия, что его принимают за сыщика; думают, что он украл запонки.
4. «

   Запретить человеку материалистическое направление равносильно запрещению искать истину.

   Запретить человеку материалистическое направление равносильно запрещению искать истину.
5. «

   Нет ничего хуже, когда знаешь чужую тайну и не можешь помочь.

   Нет ничего хуже, когда знаешь чужую тайну и не можешь помочь.

   — Елена Андреевна · книга
6. «

   Пусть я — «сударь мой», пусть этот легкий, пренебрежительный тон, пусть что угодно, но только не оставляй меня, мое сокровище. Мне теперь страшно одному.

   Пусть я — «сударь мой», пусть этот легкий, пренебрежительный тон, пусть что угодно, но только не оставляй меня, мое сокровище. Мне теперь страшно одному.

   — Рассказ неизвестного человека · книга
7. «

   — Вы очень хороший человек, Николай Степаныч, — говорит она. — Вы редкий экземпляр, и нет такого актера, который сумел бы сыграть вас. Меня или, например, Михаила Федорыча сыграет даже плохой актер, а вас никто.

   — Вы очень хороший человек, Николай Степаныч, — говорит она. — Вы редкий экземпляр, и нет такого актера, который сумел бы сыграть вас. Меня или, например, Михаила Федорыча сыграет даже плохой актер, а вас никто.

   — Катя · книга
8. «

   Бездарен не тот, кто не умеет писать повестей, а тот, кто их пишет и не умеет скрывать этого.

   Бездарен не тот, кто не умеет писать повестей, а тот, кто их пишет и не умеет скрывать этого.

   — Старцев · книга
9. «

   Грудь матери, это — буфет для младенца.

   Грудь матери, это — буфет для младенца.

   — Убийство · книга
10. «

    — Взгляни на небо! Звёзды, даже самые маленькие, — всё это миры! Как ничтожен человек в сравнении со вселенной! И говорил он это таким тоном, как будто ему было чрезвычайно лестно и приятно, что он так ничтожен. Что за бездарный человек!

    — Взгляни на небо! Звёзды, даже самые маленькие, — всё это миры! Как ничтожен человек в сравнении со вселенной! И говорил он это таким тоном, как будто ему было чрезвычайно лестно и приятно, что он так ничтожен. Что за бездарный человек!

    — Моя жизнь (Рассказ провинциала) · книга
11. «

    И весь этот наш роман — общее, избитое место: он пал духом и утерял почву. Явилась она, бодрая духом, сильная, и подала ему руку помощи. Это красиво и похоже на правду только в романах, а в жизни...

    И весь этот наш роман — общее, избитое место: он пал духом и утерял почву. Явилась она, бодрая духом, сильная, и подала ему руку помощи. Это красиво и похоже на правду только в романах, а в жизни...

    — Иванов Николай Алексеевич · книга
12. «

    Баня — это место, где царствуют свобода, равенство и братство.

    Баня — это место, где царствуют свобода, равенство и братство.
13. «

    Душу можно отдать нечистому за удовольствие поглядеть на теплое вечернее небо, на речки и лужицы, отражающие в себе томный, грустный закат…

    Душу можно отдать нечистому за удовольствие поглядеть на теплое вечернее небо, на речки и лужицы, отражающие в себе томный, грустный закат…
14. «

    Извини, пожалуйста, но veritas magis amicitiae [истина выше дружбы]... Дело в том, что жизнь имеет свои условия... Чтобы чувствовать себя в своей тарелке в интеллигентной среде, чтобы не быть среди неё чужим и самому не тяготиться ею, нужно быть известным образом воспитанным...

    Извини, пожалуйста, но veritas magis amicitiae [истина выше дружбы]... Дело в том, что жизнь имеет свои условия... Чтобы чувствовать себя в своей тарелке в интеллигентной среде, чтобы не быть среди неё чужим и самому не тяготиться ею, нужно быть известным образом воспитанным...
15. «

    Не люблю я зимы и не верю тому, кто говорит, что любит её.

    Не люблю я зимы и не верю тому, кто говорит, что любит её.

    — Цветы запоздалые · книга
16. «

    Он столкнул с неба свою тусклую звезду, она закатилась, и след её смешался с ночною тьмой; она уже не вернётся на небо, потому что жизнь даётся только один раз и не повторяется. Если бы можно было вернуть прошлые дни и годы, он ложь в них заменил бы правдой, праздность — трудом, скуку — радостью, он вернул бы чистоту тем, у кого взял её, нашёл бы Бога и справедливость, но это так же невозможно, как закатившуюся звезду вернуть опять на небо. И оттого, что это невозможно, он приходил в отчаяние.

    Он столкнул с неба свою тусклую звезду, она закатилась, и след её смешался с ночною тьмой; она уже не вернётся на небо, потому что жизнь даётся только один раз и не повторяется. Если бы можно было вернуть прошлые дни и годы, он ложь в них заменил бы правдой, праздность — трудом, скуку — радостью, он вернул бы чистоту тем, у кого взял её, нашёл бы Бога и справедливость, но это так же невозможно, как закатившуюся звезду вернуть опять на небо. И оттого, что это невозможно, он приходил в отчаяние.

    — Дуэль · книга
17. «

    Нет, друг мой, к несчастью людей, женщины не могут быть совершенны! Как бы ни была умна женщина, какими бы совершенствами она ни была одарена, в ней всё-таки сидит гвоздь, мешающий жить и ей и людям.

    Нет, друг мой, к несчастью людей, женщины не могут быть совершенны! Как бы ни была умна женщина, какими бы совершенствами она ни была одарена, в ней всё-таки сидит гвоздь, мешающий жить и ей и людям.

    — Драма на охоте · книга
18. «

    Я слишком проста, чтобы понять Вас!

    Я слишком проста, чтобы понять Вас!

    — Нина Михайловна Заречная · книга
19. «

    У меня нет настоящего паспорта, я не знаю, сколько мне лет, и мне все кажется, что я молоденькая.

    У меня нет настоящего паспорта, я не знаю, сколько мне лет, и мне все кажется, что я молоденькая.

    — Шарлотта Ивановна · книга
20. «

    Страх смерти — животный страх... Надо подавлять его. Сознательно боятся смерти только верующие в вечную жизнь, которым страшно бывает своих грехов. А вы, во-первых, неверующий, во-вторых — какие у вас грехи?

    Страх смерти — животный страх... Надо подавлять его. Сознательно боятся смерти только верующие в вечную жизнь, которым страшно бывает своих грехов. А вы, во-первых, неверующий, во-вторых — какие у вас грехи?

    — Евгений Сергеевич Дорн · книга