529 коротких цитат Антона Павловича Чехова

Ниже 529 цитат Антона Павловича Чехова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Призвание всякого человека в духовной деятельности — в постоянном искании правды и смысла жизни.

   Призвание всякого человека в духовной деятельности — в постоянном искании правды и смысла жизни.

   — Дом с мезонином · книга
2. «

   Мой друг говорит на трёх европейских языках, но не умеет говорить с женщинами.

   Мой друг говорит на трёх европейских языках, но не умеет говорить с женщинами.

   — Драма на охоте · книга
3. «

   Пока я не любил, я... тоже отлично знал, что такое любовь.

   Пока я не любил, я... тоже отлично знал, что такое любовь.

   — Лаптев · книга
4. «

   Но ведь мне хорошо, и я никому не делаю зла; значит, в моих галлюцинациях нет ничего дурного.

   Но ведь мне хорошо, и я никому не делаю зла; значит, в моих галлюцинациях нет ничего дурного.

   — Андрей Васильевич Коврин · книга
5. «

   Искать в женщине того, чего во мне нет, это не любовь, а обожание, потому что любить надо равных себе.

   Искать в женщине того, чего во мне нет, это не любовь, а обожание, потому что любить надо равных себе.

   — Записные книжки. Дневники · книга
6. «

   Когда в семье есть больной, который болеет уже давно и безнадежно, то бывают такие тяжкие минуты, когда все близкие робко, тайно, в глубине души желают его смерти; и только одни дети боятся смерти родного человека и при мысли о ней всегда испытывают ужас.

   Когда в семье есть больной, который болеет уже давно и безнадежно, то бывают такие тяжкие минуты, когда все близкие робко, тайно, в глубине души желают его смерти; и только одни дети боятся смерти родного человека и при мысли о ней всегда испытывают ужас.

   — Мужики · книга
7. «

   Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда.

   Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда.

   — Василий Семи-Булатов · книга
8. «

   Человечество идёт вперёд, совершенствуя свои силы. Всё, что недосягаемо для него теперь, когда-нибудь станет близким, понятным, только вот надо работать, помогать всеми силами тем, кто ищет истину.

   Человечество идёт вперёд, совершенствуя свои силы. Всё, что недосягаемо для него теперь, когда-нибудь станет близким, понятным, только вот надо работать, помогать всеми силами тем, кто ищет истину.

   — Петр Сергеевич Трофимов · книга
9. «

   Человеку, который каждую минуту может сорваться с мачты, скрыться навсегда под волной, который знает бога, только когда утопает или летит вниз головой, нет нужды ни до чего, и ничего ему на суше не жаль.

   Человеку, который каждую минуту может сорваться с мачты, скрыться навсегда под волной, который знает бога, только когда утопает или летит вниз головой, нет нужды ни до чего, и ничего ему на суше не жаль.

   — В море · книга
10. «

    Я не дал бы ей семьи, а стало быть, не дал бы и счастья.

    Я не дал бы ей семьи, а стало быть, не дал бы и счастья.

    — Сергей Петрович Зиновьев · книга
11. «

    ...нет поворота назад, заросла дорожка.

    ...нет поворота назад, заросла дорожка.

    — Петр Сергеевич Трофимов · книга
12. «

    Жизнь — это миг. Ее нельзя прожить сначала на черновике, а потом переписать на беловик.

    Жизнь — это миг. Ее нельзя прожить сначала на черновике, а потом переписать на беловик.
13. «

    Воспитанные люди уважают человеческую личность, а потому всегда снисходительны, мягки, вежливы, уступчивы.

    Воспитанные люди уважают человеческую личность, а потому всегда снисходительны, мягки, вежливы, уступчивы.
14. «

    Там хорошо, где нас нет: в прошлом нас уже нет, и оно кажется прекрасным.

    Там хорошо, где нас нет: в прошлом нас уже нет, и оно кажется прекрасным.

    — Записные книжки. Дневники · книга
15. «

    В наше время легче потерять веру, чем старую перчатку.

    В наше время легче потерять веру, чем старую перчатку.

    — Двое в одном · книга
16. «

    — Скажите, отчего вы живете так скучно, так не колоритно? — спросил я у Белокурова, идя с ним домой. — Моя жизнь скучна, тяжела, однообразна, потому что я художник, я странный человек, я издерган с юных дней завистью, недовольством собой, неверием в свое дело, я всегда беден, я бродяга, но вы-то, вы, здоровый, нормальный человек, помещик, барин, отчего вы живете так неинтересно, так мало берете от жизни?

    — Скажите, отчего вы живете так скучно, так не колоритно? — спросил я у Белокурова, идя с ним домой. — Моя жизнь скучна, тяжела, однообразна, потому что я художник, я странный человек, я издерган с юных дней завистью, недовольством собой, неверием в свое дело, я всегда беден, я бродяга, но вы-то, вы, здоровый, нормальный человек, помещик, барин, отчего вы живете так неинтересно, так мало берете от жизни?

    — Дом с мезонином · книга
17. «

    Когда мне говорят о художественном и антихудожественном, о том, что сценично или не сценично, о тенденции, реализме и т. п., я теряюсь, нерешительно поддакиваю и отвечаю банальными полуистинами, которые не стоят и гроша медного. Все произведения я делю на два сорта: те, которые мне нравятся, и те, которые мне не нравятся. Другого критериума у меня нет, а если Вы спросите, почему мне нравится Шекспир и не нравится Златовратский, то я не сумею ответить. Быть может, со временем, когда поумнею, я приобрету критерий, но пока все разговоры о «художественности» меня только утомляют и кажутся мне продолжением всё тех же схоластических бесед, которыми люди утомляли себя в средние века.

    Когда мне говорят о художественном и антихудожественном, о том, что сценично или не сценично, о тенденции, реализме и т. п., я теряюсь, нерешительно поддакиваю и отвечаю банальными полуистинами, которые не стоят и гроша медного. Все произведения я делю на два сорта: те, которые мне нравятся, и те, которые мне не нравятся. Другого критериума у меня нет, а если Вы спросите, почему мне нравится Шекспир и не нравится Златовратский, то я не сумею ответить. Быть может, со временем, когда поумнею, я приобрету критерий, но пока все разговоры о «художественности» меня только утомляют и кажутся мне продолжением всё тех же схоластических бесед, которыми люди утомляли себя в средние века.
18. «

    Дела определяются их целями; то дело называется великим, у которого велика цель.

    Дела определяются их целями; то дело называется великим, у которого велика цель.

    — Записные книжки. Дневники · книга
19. «

    Нет ничего скучнее и непоэтичнее, как прозаическая борьба за существование, отнимающая радость жизни и вгоняющая в апатию.

    Нет ничего скучнее и непоэтичнее, как прозаическая борьба за существование, отнимающая радость жизни и вгоняющая в апатию.
20. «

    О, если бы поскорее наступила эта новая, ясная жизнь, когда можно будет прямо и смело смотреть в глаза своей судьбе, сознавать себя правым, быть весёлым, свободным! А такая жизнь рано или поздно настанет!

    О, если бы поскорее наступила эта новая, ясная жизнь, когда можно будет прямо и смело смотреть в глаза своей судьбе, сознавать себя правым, быть весёлым, свободным! А такая жизнь рано или поздно настанет!

    — Невеста · книга