656 цитат, которые говорил Антуан де Сент-Экзюпери

Ниже 656 цитат Антуана де Сента-Экзюпери — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Не мне обращать внимание на глупого болтуна, упрекающего кедр за то, что он не пальма, и пальму за то, что она не кедр: книжное несварение тяготеет к хаосу.

   Не мне обращать внимание на глупого болтуна, упрекающего кедр за то, что он не пальма, и пальму за то, что она не кедр: книжное несварение тяготеет к хаосу.

   — Цитадель · книга
2. «

   Я хочу, чтобы животворило нас отданное, а не полученное, ибо возвышаешься — отдавая.

   Я хочу, чтобы животворило нас отданное, а не полученное, ибо возвышаешься — отдавая.

   — правитель · книга
3. «

   Держу свои обещания. Не унижаю того, чем дорожу. Прощаюсь. Сказать больше нечего. Антуан.

   Держу свои обещания. Не унижаю того, чем дорожу. Прощаюсь. Сказать больше нечего. Антуан.
4. «

   И я повторяю вновь и вновь: племена, что довольствуются чужими сказаниями, едят чужой хлеб и нанимают за деньги архитекторов, желая построить себе город, достойны презрения.

   И я повторяю вновь и вновь: племена, что довольствуются чужими сказаниями, едят чужой хлеб и нанимают за деньги архитекторов, желая построить себе город, достойны презрения.

   — Цитадель · книга
5. «

   Торговцы озабочены судьбой товаров, и для нас товары стали главной ценностью. Мы уверились: нет большей радости, чем покупки. Да и откуда нам быть иными, если потрачено столько усилий, чтобы укрепить нашу привязанность к вещам.

   Торговцы озабочены судьбой товаров, и для нас товары стали главной ценностью. Мы уверились: нет большей радости, чем покупки. Да и откуда нам быть иными, если потрачено столько усилий, чтобы укрепить нашу привязанность к вещам.

   — правитель · книга
6. «

   Твоя любовь может стать большим, чем жажда обладать телом, потому что радости тела слишком тесны.

   Твоя любовь может стать большим, чем жажда обладать телом, потому что радости тела слишком тесны.

   — правитель · книга
7. «

   Умирают только за то, ради чего стоит жить.

   Умирают только за то, ради чего стоит жить.

   — Военный лётчик · книга
8. «

   Если, желая оправдать себя, я объясняю свои беды злым роком — я подчиняю себя злому року; если я приписываю их измене — я подчиняю себя измене; но когда я принимаю всю ответственность на себя я тем самым отстаиваю свои человеческие возможности.

   Если, желая оправдать себя, я объясняю свои беды злым роком — я подчиняю себя злому року; если я приписываю их измене — я подчиняю себя измене; но когда я принимаю всю ответственность на себя я тем самым отстаиваю свои человеческие возможности.

   — Военный лётчик · книга
9. «

   Тщеславные люди глухи ко всему, кроме похвал.

   Тщеславные люди глухи ко всему, кроме похвал.

   — Маленький принц · книга
10. «

    Я размышляю о тщеславии. Тщеславие всегда казалось мне не пороком, а болезнью. Вот женщина, которую заботит мнение толпы: на людях у нее меняется походка, голос, неизъяснимое удовольствие доставляют ей похвала и комплименты, щеки у нее розовеют, если кто-то на нее взглянул.

    Я размышляю о тщеславии. Тщеславие всегда казалось мне не пороком, а болезнью. Вот женщина, которую заботит мнение толпы: на людях у нее меняется походка, голос, неизъяснимое удовольствие доставляют ей похвала и комплименты, щеки у нее розовеют, если кто-то на нее взглянул.

    — правитель · книга
11. «

    Ты для меня пока всего лишь маленький мальчик, точно такой же, как сто тысяч других мальчиков. И ты мне не нужен. И я тебе тоже не нужен. Я для тебя всего только лисица, точно такая же, как сто тысяч других лисиц. Но если ты меня приручишь, мы станем нужны друг другу. Ты будешь для меня единственным в целом свете. И я буду для тебя один в целом свете…

    Ты для меня пока всего лишь маленький мальчик, точно такой же, как сто тысяч других мальчиков. И ты мне не нужен. И я тебе тоже не нужен. Я для тебя всего только лисица, точно такая же, как сто тысяч других лисиц. Но если ты меня приручишь, мы станем нужны друг другу. Ты будешь для меня единственным в целом свете. И я буду для тебя один в целом свете…

    — Маленький принц · книга
12. «

    Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: «Где-то там живет мой цветок…»

    Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: «Где-то там живет мой цветок…»

    — Маленький принц · книга
13. «

    Физическая трагедия волнует нас лишь тогда, когда нам открывают ее духовный смысл.

    Физическая трагедия волнует нас лишь тогда, когда нам открывают ее духовный смысл.

    — Пилот и стихии · книга
14. «

    Твой долгий путь преображает женщину в расцветшую розу, пыль дней оборачивается каплями росы, каждая одинокая ночь прибавляет ей по лепестку, и вот она переполнена благоуханием, и ты открываешь в ней всю юность мира. Только так возникает любовь. Благодарность газелей получают только те, что набрались терпения их приручить.

    Твой долгий путь преображает женщину в расцветшую розу, пыль дней оборачивается каплями росы, каждая одинокая ночь прибавляет ей по лепестку, и вот она переполнена благоуханием, и ты открываешь в ней всю юность мира. Только так возникает любовь. Благодарность газелей получают только те, что набрались терпения их приручить.

    — Цитадель · книга
15. «

    Меня потрясли даже не его мучения. В мучения я не верю. Но со смертью каждого человека умирает неведомый мир, и я спрашивал себя, какие образы в нем гаснут?

    Меня потрясли даже не его мучения. В мучения я не верю. Но со смертью каждого человека умирает неведомый мир, и я спрашивал себя, какие образы в нем гаснут?

    — Земля людей (Планета людей) · книга
16. «

    Улыбка соединяет нас наперекор различиям языков, каст и партий. У меня свои обычаи, у другого — свои, но мы исповедуем одну и ту же веру.

    Улыбка соединяет нас наперекор различиям языков, каст и партий. У меня свои обычаи, у другого — свои, но мы исповедуем одну и ту же веру.

    — Письмо заложнику · книга
17. «

    Подлинные чудеса не шумны. И самые важные события очень просты.

    Подлинные чудеса не шумны. И самые важные события очень просты.

    — Маленький принц · книга
18. «

    Любовь — это труд сердца.

    Любовь — это труд сердца.

    — Царь · книга
19. «

    Усопший, о котором помнят, живее и могущественней живущего.

    Усопший, о котором помнят, живее и могущественней живущего.

    — Цитадель · книга
20. «

    На своем веку я много встречал разных серьезных людей. Я долго жил среди взрослых. Я видел их совсем близко. И от этого, признаться, не стал думать о них лучше.

    На своем веку я много встречал разных серьезных людей. Я долго жил среди взрослых. Я видел их совсем близко. И от этого, признаться, не стал думать о них лучше.

    — Маленький принц · книга