51 лучших цитата — Арчибалд Кронин

Ниже 51 цитата Арчибалда Кронина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Иди вперед, и мир пойдет вместе с тобой. Или сиди в одиночестве.

   Иди вперед, и мир пойдет вместе с тобой. Или сиди в одиночестве.

   — Пинки Хокинг · книга
2. «

   Ценность религии лучше всего определяется качествами ее последователей.

   Ценность религии лучше всего определяется качествами ее последователей.

   — Ключи царства · книга
3. «

   Упорное молчание — лучшее средство защиты.

   Упорное молчание — лучшее средство защиты.

   — Ключи царства · книга
4. «

   Есть кое-что и похуже бедности… Унижение.

   Есть кое-что и похуже бедности… Унижение.

   — Памятник крестоносцу · книга
5. «

   Он сказал, что её жизнь должна вместить целую галерею картин, но в настоящее время вся её жизнь состояла лишь из одной картины: его портрета.

   Он сказал, что её жизнь должна вместить целую галерею картин, но в настоящее время вся её жизнь состояла лишь из одной картины: его портрета.

   — Замок Броуди · книга
6. «

   Христос был совершенным человеком, но у Конфуция было сильнее развито чувство юмора!

   Христос был совершенным человеком, но у Конфуция было сильнее развито чувство юмора!

   — Ключи царства · книга
7. «

   Этот план казался ему смелым; он видел в нём доказательство своей энергии и отваги. В действительности же это был результат атаки совести на туго натянутые нервы.

   Этот план казался ему смелым; он видел в нём доказательство своей энергии и отваги. В действительности же это был результат атаки совести на туго натянутые нервы.

   — Замок Броуди · книга
8. «

   Я всегда слишком мало думал о Клотильде: ее натянутость, с которой она ничего не могла поделать, ее болезненная боязнь покраснеть, страх перед людьми, перед своими собственными слишком напряженными нервами делали ее внешне непривлекательной, даже смешной. Следовало бы поразмыслить об усилиях такой натуры для преодоления себя, подумать о незримых победах. Вместо этого мы думали только о зримых поражениях.

   Я всегда слишком мало думал о Клотильде: ее натянутость, с которой она ничего не могла поделать, ее болезненная боязнь покраснеть, страх перед людьми, перед своими собственными слишком напряженными нервами делали ее внешне непривлекательной, даже смешной. Следовало бы поразмыслить об усилиях такой натуры для преодоления себя, подумать о незримых победах. Вместо этого мы думали только о зримых поражениях.

   — Ключи царства · книга
9. «

   Ад — это то состояние, когда человек перестаёт надеяться.

   Ад — это то состояние, когда человек перестаёт надеяться.

   — священник Френсис Чисхолм · книга
10. «

    Люди всегда говорят плохо о том, кому они завидуют.

    Люди всегда говорят плохо о том, кому они завидуют.

    — Замок Броуди · книга
11. «

    — Эта война ведётся для того, чтобы навсегда покончить с войнами. — Это самое говорилось всегда, — воскликнул Артур зазвеневшим голосом, — и это самое будут твердить, чтобы заставить людей убивать друг друга, когда начнётся следующая война.

    — Эта война ведётся для того, чтобы навсегда покончить с войнами. — Это самое говорилось всегда, — воскликнул Артур зазвеневшим голосом, — и это самое будут твердить, чтобы заставить людей убивать друг друга, когда начнётся следующая война.

    — Звёзды смотрят вниз · книга
12. «

    — Вы что-то сказали, бабушка? — Нет! Я ничего не сказала, я просто открыла рот, чтобы ловить мух. Это замечательное занятие для тех, кому делать нечего!

    — Вы что-то сказали, бабушка? — Нет! Я ничего не сказала, я просто открыла рот, чтобы ловить мух. Это замечательное занятие для тех, кому делать нечего!

    — Замок Броуди · книга
13. «

    Уж когда люблю, так люблю. Я упрям. И подхожу ко всему со своей собственной меркой. Пусть какой-нибудь критик хоть двадцать раз твердит мне, что картина хороша, а если она мне не нравится, я её не повешу у себя. Я покупаю картину только в том случае, если она завладевает мною, и тогда я уже не могу с нею расстаться.

    Уж когда люблю, так люблю. Я упрям. И подхожу ко всему со своей собственной меркой. Пусть какой-нибудь критик хоть двадцать раз твердит мне, что картина хороша, а если она мне не нравится, я её не повешу у себя. Я покупаю картину только в том случае, если она завладевает мною, и тогда я уже не могу с нею расстаться.

    — Замок Броуди · книга
14. «

    Ужасно было принимать участие в этой войне, но ещё ужаснее — не принимать в ней участия. Он не хочет идти на войну убивать. Но можно же пойти на войну спасать людей. А бездеятельно стоять в стороне, когда человечество бьётся в тисках мучительной борьбы, было всё равно что навсегда стать в своих глазах предателем. Это было всё равно что стоять наверху у спуска в шахту, смотреть, как ползёт вниз клеть, переполненная людьми, обречёнными на гибель, и, оставаясь наверху, говорить: «Вы в клетке, братья, а я не войду туда с вами, потому что тот ужас и опасность, на которые вас посылают, не должны были никогда существовать».

    Ужасно было принимать участие в этой войне, но ещё ужаснее — не принимать в ней участия. Он не хочет идти на войну убивать. Но можно же пойти на войну спасать людей. А бездеятельно стоять в стороне, когда человечество бьётся в тисках мучительной борьбы, было всё равно что навсегда стать в своих глазах предателем. Это было всё равно что стоять наверху у спуска в шахту, смотреть, как ползёт вниз клеть, переполненная людьми, обречёнными на гибель, и, оставаясь наверху, говорить: «Вы в клетке, братья, а я не войду туда с вами, потому что тот ужас и опасность, на которые вас посылают, не должны были никогда существовать».

    — Звёзды смотрят вниз · книга
15. «

    Он называл её своей чудесной, милой девочкой. Он говорил, что вёл себя по отношению к ней как грубое животное, но зато теперь, на весь остаток жизни, ляжет ей под ноги ковром — только не красным, так как она возражала против этого цвета. Ещё многое он говорил ей. А к концу недели он уже требовал, чтобы она принесла ему ночные туфли.

    Он называл её своей чудесной, милой девочкой. Он говорил, что вёл себя по отношению к ней как грубое животное, но зато теперь, на весь остаток жизни, ляжет ей под ноги ковром — только не красным, так как она возражала против этого цвета. Ещё многое он говорил ей. А к концу недели он уже требовал, чтобы она принесла ему ночные туфли.

    — Цитадель · книга
16. «

    Ешьте поменьше. Врата рая узки.

    Ешьте поменьше. Врата рая узки.

    — Ключи царства · книга
17. «

    — Вы на меня всё ещё сердитесь, Лаура? — спросил он смиренно. — Я о вас просто не думаю.

    — Вы на меня всё ещё сердитесь, Лаура? — спросил он смиренно. — Я о вас просто не думаю.

    — Звёзды смотрят вниз · книга
18. «

    Вечер был такой чарующий, дышал влажными ароматами, вокруг пробуждалась жизнь, замершая в знойной духоте дня.

    Вечер был такой чарующий, дышал влажными ароматами, вокруг пробуждалась жизнь, замершая в знойной духоте дня.

    — Замок Броуди · книга
19. «

    Знаете такой девиз: будь самим собой? Это вызов.

    Знаете такой девиз: будь самим собой? Это вызов.

    — Древо Иуды · книга
20. «

    Как несправедливо обошлось с ним время, пронеслось так быстро, нагромождая на него год за годом скорее, чем он успевал распорядиться ими.

    Как несправедливо обошлось с ним время, пронеслось так быстро, нагромождая на него год за годом скорее, чем он успевал распорядиться ими.

    — Ключи царства · книга