266 коротких цитат Аркадого Стругацкого

Аркадий Стругацкий — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 266 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Дурак – это просто инакомыслящий … или инакочувствующий.

   Дурак – это просто инакомыслящий … или инакочувствующий.

   — Борис Стругацкий · книга
2. «

   С Модестом Матвеевичем все старались поддерживать только хорошие отношения, поскольку человек он был могучий, непреклонный и фантастически невежественный.

   С Модестом Матвеевичем все старались поддерживать только хорошие отношения, поскольку человек он был могучий, непреклонный и фантастически невежественный.

   — Борис Стругацкий · книга
3. «

   — Образование — это, дружок, тоже не всегда благо. Это как автомат — смотря в чьих руках… — Образование — всегда благо, — сказал Мак.

   — Образование — это, дружок, тоже не всегда благо. Это как автомат — смотря в чьих руках… — Образование — всегда благо, — сказал Мак.

   — Борис Стругацкий · книга
4. «

   Вы же тут все — кретины. А опасность грозит только умным людям.

   Вы же тут все — кретины. А опасность грозит только умным людям.

   — Борис Стругацкий · книга
5. «

   Я пришёл сюда любить людей, помочь им разогнуться, увидеть небо...

   Я пришёл сюда любить людей, помочь им разогнуться, увидеть небо...

   — Борис Стругацкий · книга
6. «

   — Я тебя здесь давно жду. — Я знаю, — сказал он. — А почему же ты шел мимо? В самом деле, почему? — подумал он. Наверное, потому, что мне было все равно. — Мне было все равно, — сказал он.

   — Я тебя здесь давно жду. — Я знаю, — сказал он. — А почему же ты шел мимо? В самом деле, почему? — подумал он. Наверное, потому, что мне было все равно. — Мне было все равно, — сказал он.

   — Борис Стругацкий · книга
7. «

   … научить хотеть сразу многого, научить хотеть работать взахлёб. Научить не кланяться авторитетам, а исследовать их и сравнивать их поучения с жизнью. Научить настороженно относиться к опыту бывалых людей, потому что жизнь меняется необычайно быстро. Научить презирать мещанскую мудрость. Научить, что любить и плакать от любви не стыдно. Научить, что скептицизм и цинизм в жизни стоят дешево, что это много легче и скучнее, нежели удивляться и радоваться жизни. Научить доверять движениям души своего ближнего. Научить, что лучше двадцать раз ошибиться в человеке, чем относиться с подозрением к каждому. Научить, что дело не в том, как на тебя влияют другие, а в том, как ты влияешь на других. И научить их, что один человек ни черта не стоит.

   … научить хотеть сразу многого, научить хотеть работать взахлёб. Научить не кланяться авторитетам, а исследовать их и сравнивать их поучения с жизнью. Научить настороженно относиться к опыту бывалых людей, потому что жизнь меняется необычайно быстро. Научить презирать мещанскую мудрость. Научить, что любить и плакать от любви не стыдно. Научить, что скептицизм и цинизм в жизни стоят дешево, что это много легче и скучнее, нежели удивляться и радоваться жизни. Научить доверять движениям души своего ближнего. Научить, что лучше двадцать раз ошибиться в человеке, чем относиться с подозрением к каждому. Научить, что дело не в том, как на тебя влияют другие, а в том, как ты влияешь на других. И научить их, что один человек ни черта не стоит.

   — Борис Стругацкий · книга
8. «

   Чтобы быть борцом, нужно уметь ненавидеть, а как раз этого вы не умеете. Так же, как и мы теперь...

   Чтобы быть борцом, нужно уметь ненавидеть, а как раз этого вы не умеете. Так же, как и мы теперь...

   — Борис Стругацкий · книга
9. «

   Любить она умела, как любят сейчас на Земле, — спокойно и без оглядки...

   Любить она умела, как любят сейчас на Земле, — спокойно и без оглядки...

   — Борис Стругацкий · книга
10. «

    Зерно, высыпаемое из мешка, не ложится ровным слоем, но образует так называемую коническую пирамиду. Каждое зёрнышко цепляется за другое, стараясь не скатиться вниз. Так же и человечество. Если оно хочет быть неким целым, люди должны цепляться друг за друга, неизбежно образуя пирамиду.

    Зерно, высыпаемое из мешка, не ложится ровным слоем, но образует так называемую коническую пирамиду. Каждое зёрнышко цепляется за другое, стараясь не скатиться вниз. Так же и человечество. Если оно хочет быть неким целым, люди должны цепляться друг за друга, неизбежно образуя пирамиду.

    — Борис Стругацкий · книга
11. «

    Пересадить свою доброту в душу ребёнка — это операция столь же редкая, как сто лет назад пересадка сердца.

    Пересадить свою доброту в душу ребёнка — это операция столь же редкая, как сто лет назад пересадка сердца.

    — Борис Стругацкий · книга
12. «

    Целыми неделями тратишь душу на пошлую болтовню со всяким отребьем, а когда встречаешь настоящего человека, поговорить нет времени.

    Целыми неделями тратишь душу на пошлую болтовню со всяким отребьем, а когда встречаешь настоящего человека, поговорить нет времени.

    — Борис Стругацкий · книга
13. «

    На столе красовались в хрустальной вазах райские плоды: крупные румяные яблоки Познания Зла и совершенно несъедобные на вид, но тем не менее всегда почему-то червивые яблоки Познания Добра.

    На столе красовались в хрустальной вазах райские плоды: крупные румяные яблоки Познания Зла и совершенно несъедобные на вид, но тем не менее всегда почему-то червивые яблоки Познания Добра.

    — Борис Стругацкий · книга
14. «

    Каждая секунда была исторической, и жалко, что он не знал об этом вчера, потому что вчера и позавчера, и неделю назад каждая секунда тоже была исторической.

    Каждая секунда была исторической, и жалко, что он не знал об этом вчера, потому что вчера и позавчера, и неделю назад каждая секунда тоже была исторической.

    — Борис Стругацкий · книга
15. «

    Книга обязательно должна будить воображение, иначе это не книга, а дурной учебник.

    Книга обязательно должна будить воображение, иначе это не книга, а дурной учебник.

    — Борис Стругацкий · книга
16. «

    Странный это был отдел. Лозунг у них был такой: «Познание бесконечности требует бесконечного времени». С этим я не спорил, но они делали из этого неожиданный вывод: «А потому работай не работай — все едино». И в интересах неувеличения энтропии Вселенной они не работали.

    Странный это был отдел. Лозунг у них был такой: «Познание бесконечности требует бесконечного времени». С этим я не спорил, но они делали из этого неожиданный вывод: «А потому работай не работай — все едино». И в интересах неувеличения энтропии Вселенной они не работали.

    — Борис Стругацкий · книга
17. «

    Хладнокровие, вот что самое страшное.

    Хладнокровие, вот что самое страшное.

    — Борис Стругацкий · книга
18. «

    Век наш весь в черном. Он носит цилиндр высокий, и все-таки мы продолжаем бежать, а затем, когда бьет на часах бездействия час и час отстраненья от дел повседневных, тогда приходит к нам раздвоенье, и мы ни о чем не мечтаем…

    Век наш весь в черном. Он носит цилиндр высокий, и все-таки мы продолжаем бежать, а затем, когда бьет на часах бездействия час и час отстраненья от дел повседневных, тогда приходит к нам раздвоенье, и мы ни о чем не мечтаем…

    — Борис Стругацкий · книга
19. «

    Капитулировать всегда неприятно. В прошлом веке, говорят, даже стрелялись, чтобы не капитулировать. Не потому, что боялись пыток или концлагеря, и не потому, что боялись проговориться под пытками, а просто было стыдно… Ведь человеку очень неприятно осознавать, что он совсем не такой каким всегда раньше себе казался. Он все хочет оставаться таким, каким был всю жизнь, а это невозможно, если капитулируешь… В нашем веке стреляются потому, что стыдятся перед другими – перед обществом, перед друзьями. А в прошлом веке стрелялись потому, что стыдились перед собой. Понимаете, в наше время почему-то считается, что сам с собой человек всегда договорится… Может быть, потому что теперь, кроме таких понятий, как гордость, честь, существует ещё множество других вещей, которые могут служить для самоутверждения.

    Капитулировать всегда неприятно. В прошлом веке, говорят, даже стрелялись, чтобы не капитулировать. Не потому, что боялись пыток или концлагеря, и не потому, что боялись проговориться под пытками, а просто было стыдно… Ведь человеку очень неприятно осознавать, что он совсем не такой каким всегда раньше себе казался. Он все хочет оставаться таким, каким был всю жизнь, а это невозможно, если капитулируешь… В нашем веке стреляются потому, что стыдятся перед другими – перед обществом, перед друзьями. А в прошлом веке стрелялись потому, что стыдились перед собой. Понимаете, в наше время почему-то считается, что сам с собой человек всегда договорится… Может быть, потому что теперь, кроме таких понятий, как гордость, честь, существует ещё множество других вещей, которые могут служить для самоутверждения.

    — Борис Стругацкий · книга
20. «

    Нaм рaзрешaется слыть невеждaми, мистикaми, суеверными дурaкaми. Нaм одно не рaзрешaется: недооценить опaсность.

    Нaм рaзрешaется слыть невеждaми, мистикaми, суеверными дурaкaми. Нaм одно не рaзрешaется: недооценить опaсность.

    — Борис Стругацкий · книга