Бернар Вербер: 599 высказываний о главном

Подборка из 599 цитат Бернара Вербера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — А почему я? Черт, этот вопрос можно написать на моей надгробной плите.

   — А почему я? Черт, этот вопрос можно написать на моей надгробной плите.

   — Кассандра · книга
2. «

   Если дать им свободу, они постараются как можно скорее отдать ее тирану.

   Если дать им свободу, они постараются как можно скорее отдать ее тирану.

   — Тайна богов · книга
3. «

   — Я не обижаюсь и на определение «глупец», – продолжил Катценберг. – Глупец произошел от латинского stupidus. Пораженный изумлением. Глупец всему удивляется и всему радуется. Я надеюсь долго пробыть глупцом. «Идиот» по гречески значит «особенный». Идиоматизм – это особенность языка. Я хочу быть особенным. Что же касается пиз…ка, то тут есть явная связь с женскими половыми органами. Назвать кого-нибудь пиз…ком – значит провести параллель между ним и чем-то самым прекрасным и плодородным на свете, не так ли? Я верю, что я – пиз…к, обладающий достоинствами дурака, глупца и идиота.

   — Я не обижаюсь и на определение «глупец», – продолжил Катценберг. – Глупец произошел от латинского stupidus. Пораженный изумлением. Глупец всему удивляется и всему радуется. Я надеюсь долго пробыть глупцом. «Идиот» по гречески значит «особенный». Идиоматизм – это особенность языка. Я хочу быть особенным. Что же касается пиз…ка, то тут есть явная связь с женскими половыми органами. Назвать кого-нибудь пиз…ком – значит провести параллель между ним и чем-то самым прекрасным и плодородным на свете, не так ли? Я верю, что я – пиз…к, обладающий достоинствами дурака, глупца и идиота.

   — Исидор Катценберг · книга
4. «

   Действительно, что может быть страшнее бессмертия? Можете представить себе жизнь, что не прекращает тянуться, повторяться, продолжаться до бесконечности? Все быстро наскучит, люди станут мрачными, разочарованными, раздраженными. Со временем исчезнут цели, потом надежды, потом ограничения, потом страх. Люди будут проживать дни впустую, машинально, не радуясь ничему. Правительства будут править вечно. Все станет заблокировано самыми сильными, которые никогда не состарятся. Никто не сможет положить конец своей собственной жизни. Бессмертие в тысячу раз хуже смерти. К счастью, наши тела стареют, наше время на этой земле ограничено, наши кармы возобновляются, каждая последующая жизнь наполнена сюрпризами и обманами, радостями и предательством, злобой и великодушием. Смерть незаменима для жизни. Так расслабьтесь... потому что мы, к счастью, когда-нибудь умрем!

   Действительно, что может быть страшнее бессмертия? Можете представить себе жизнь, что не прекращает тянуться, повторяться, продолжаться до бесконечности? Все быстро наскучит, люди станут мрачными, разочарованными, раздраженными. Со временем исчезнут цели, потом надежды, потом ограничения, потом страх. Люди будут проживать дни впустую, машинально, не радуясь ничему. Правительства будут править вечно. Все станет заблокировано самыми сильными, которые никогда не состарятся. Никто не сможет положить конец своей собственной жизни. Бессмертие в тысячу раз хуже смерти. К счастью, наши тела стареют, наше время на этой земле ограничено, наши кармы возобновляются, каждая последующая жизнь наполнена сюрпризами и обманами, радостями и предательством, злобой и великодушием. Смерть незаменима для жизни. Так расслабьтесь... потому что мы, к счастью, когда-нибудь умрем!

   — Танатонавты · книга
5. «

   Почему люди так любят насилие? Даже своих детей мы воспитываем на примерах насилия и готовим к насилию. Учебники истории рассказывают лишь о сражениях, битвах, убийствах, приводят биографии полководцев. В качестве истории юным Homo sapiens-ам дают описания войн и ужасов, их подготавливают к очарованию смерти, которую представляют самым эффектным образом.

   Почему люди так любят насилие? Даже своих детей мы воспитываем на примерах насилия и готовим к насилию. Учебники истории рассказывают лишь о сражениях, битвах, убийствах, приводят биографии полководцев. В качестве истории юным Homo sapiens-ам дают описания войн и ужасов, их подготавливают к очарованию смерти, которую представляют самым эффектным образом.

   — Кассандра · книга
6. «

   Смерти боятся, когда знают, что ее время еще не пришло.

   Смерти боятся, когда знают, что ее время еще не пришло.

   — Империя ангелов · книга
7. «

   — А вы бы хотели быть духовным учителем других людей? — серьезно спросил Адриан Вейсс. — Ох нет, совсем нет. Ведь это означает, что я больше не смогу ошибаться, лгать или говорить глупости. Я слишком дорожу этими тремя свободами, чтобы обменять их на иные преимущества.

   — А вы бы хотели быть духовным учителем других людей? — серьезно спросил Адриан Вейсс. — Ох нет, совсем нет. Ведь это означает, что я больше не смогу ошибаться, лгать или говорить глупости. Я слишком дорожу этими тремя свободами, чтобы обменять их на иные преимущества.

   — Ив Крамер · книга
8. «

   Я не знаю, кто эти «боги», но я отнюдь не уверен в том, что они хотят добра человечеству.

   Я не знаю, кто эти «боги», но я отнюдь не уверен в том, что они хотят добра человечеству.

   — Империя ангелов · книга
9. «

   Никогда не забывай, важна не доброта, а эволюция сознания. Наш враг — не зло. Наш враг — невежество.

   Никогда не забывай, важна не доброта, а эволюция сознания. Наш враг — не зло. Наш враг — невежество.

   — Империя ангелов · книга
10. «

    Нут хочет, чтобы он был послушным, но диким. Изысканным, но развязным. Покорным, но дерзким. Нут не собирается помирать с ним со скуки. Он должен быть спокойным, но склонным к душевным порывам. Красивым, но не осознающим своей красоты. И у него обязательно должна быть красивая красная машина с объемом цилиндра в три тысячи кубических сантиметров, а в банке счет и драгоценности, надежно спрятанные в сейфе с цифровым замком. При соблюдении последнего условия, все остальное несущественно.

    Нут хочет, чтобы он был послушным, но диким. Изысканным, но развязным. Покорным, но дерзким. Нут не собирается помирать с ним со скуки. Он должен быть спокойным, но склонным к душевным порывам. Красивым, но не осознающим своей красоты. И у него обязательно должна быть красивая красная машина с объемом цилиндра в три тысячи кубических сантиметров, а в банке счет и драгоценности, надежно спрятанные в сейфе с цифровым замком. При соблюдении последнего условия, все остальное несущественно.

    — Древо возможного и другие истории · книга
11. «

    Мы все победители. Так как все произошли от сперматозоида-чемпиона, одолевшего три миллиона конкурентов.

    Мы все победители. Так как все произошли от сперматозоида-чемпиона, одолевшего три миллиона конкурентов.

    — Революция муравьёв · книга
12. «

    Жить вдвоём — значит вместе решать проблемы, которых не возникло бы, если бы вы не начали жить вдвоём.

    Жить вдвоём — значит вместе решать проблемы, которых не возникло бы, если бы вы не начали жить вдвоём.

    — Ким · книга
13. «

    Я не раз читал книги, в которых ничего не происходит. Абсолютно ничего. Приходит тип, видит бабенку, кадрит ее. Она говорит ему, что не знает, переспит или не переспит с ним. А через восемьсот страниц наконец объявляет ему, что не даст.

    Я не раз читал книги, в которых ничего не происходит. Абсолютно ничего. Приходит тип, видит бабенку, кадрит ее. Она говорит ему, что не знает, переспит или не переспит с ним. А через восемьсот страниц наконец объявляет ему, что не даст.

    — Рауль Разорбак · книга
14. «

    Шахматы ведут к духовности, так как они заставляют нас понять, что существует борьба между двумя силами – белыми и черными, которые символизируют добро и зло, положительное и отрицательное. Они дают понять, что у каждого из нас своя роль, но разные способности: пешка, дама или ферзь, но в зависимости от своего нахождения все мы, даже простые пешки, можем поставить мат.

    Шахматы ведут к духовности, так как они заставляют нас понять, что существует борьба между двумя силами – белыми и черными, которые символизируют добро и зло, положительное и отрицательное. Они дают понять, что у каждого из нас своя роль, но разные способности: пешка, дама или ферзь, но в зависимости от своего нахождения все мы, даже простые пешки, можем поставить мат.

    — Последний секрет · книга
15. «

    Я теперь лучше понимаю свою маму. Родитель — это такая профессия, в которой невозможно преуспеть. Нужно ограничиться тем, чтобы причинять как можно меньше зла.

    Я теперь лучше понимаю свою маму. Родитель — это такая профессия, в которой невозможно преуспеть. Нужно ограничиться тем, чтобы причинять как можно меньше зла.

    — Империя ангелов · книга
16. «

    Наушники не только позволяют лучше слышать звуки, но и и отгораживают от внешнего мира, где слышны «нормальные» шумы этой реальности. Музыка становится поддержкой моей мысли.

    Наушники не только позволяют лучше слышать звуки, но и и отгораживают от внешнего мира, где слышны «нормальные» шумы этой реальности. Музыка становится поддержкой моей мысли.

    — Империя ангелов · книга
17. «

    Страха нет, если только ты сам не позволишь ему существовать.

    Страха нет, если только ты сам не позволишь ему существовать.

    — Танатонавты · книга
18. «

    Выбор твоего противника определяет твою стоимость. Тот, кто сражается с ящерицей, становится ящерицей. Тот, кто сражается с птицей, становится птицей. Тот, кто сражается с клещом, становится клещом. Выходит, что тот, кто сражается с богом, становится богом?

    Выбор твоего противника определяет твою стоимость. Тот, кто сражается с ящерицей, становится ящерицей. Тот, кто сражается с птицей, становится птицей. Тот, кто сражается с клещом, становится клещом. Выходит, что тот, кто сражается с богом, становится богом?

    — 103683-й · книга
19. «

    Убитые президенты всегда имели право на почетное место в школьных учебниках. Все восхищались их дальновидностью, превозносили грандиозность их планов. В школах дети декламировали им восхваления. Другого бессмертия не существовало.

    Убитые президенты всегда имели право на почетное место в школьных учебниках. Все восхищались их дальновидностью, превозносили грандиозность их планов. В школах дети декламировали им восхваления. Другого бессмертия не существовало.

    — Танатонавты · книга
20. «

    Личности необходимо страдать, чтобы расти.

    Личности необходимо страдать, чтобы расти.

    — Дыхание богов · книга