30 июля 2026, четверг
Подборка · 37 цитат автора

37 фраз Бориса Гребенщикова, которые запоминаются

Ниже 37 цитат Бориса Гребенщикова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

  1. В музыке нет иного уровня, кроме мирового: это когда человек держит у себя дома сто компактов, и среди них — твоя музыка. Остальное все — сельская самодеятельность. Из наших музыкантов пока никто не дотянулся.
  2. Илья (Кормильцев) сотрудничал со многими свердловскими группами, но главное его достижение, на мой взгляд, всё-таки работа с «Наутилусом Помпилиусом». Они нашли друг друга. Как говорят: брак, заключённый на небесах. Илья писал тексты песен, Слава писал музыку и пел, группа играла. И случилось чудо: тандем Бутусов-Кормильцев оказался совершенством. Музыка Бутусова и его отстранённый голос, как бы уставший от боли мира, давали словам Ильи абсолютную реальность, сделавшую «Наутилус», может быть, важнейшей группой русского рока. И слово рок здесь можно понимать в его русском значении — неотвратимая судьба.
  3. Самое главное, к чему я пришел в жизни – Бог к людям значительно ближе, чем мы это предполагаем, и заботится о нас значительно больше, чем мы думаем. Только шум в нашей собственной голове мешает нам понять и услышать, что Всевышний так близко к каждому, что ближе уже и некуда. Вот если этот шум устранить, то всё станет предельно ясно.
  4. Помимо очевидной поэтической гениальности, Илья (Кормильцев) был, как мне и нравится, умным, ехидным, блестящим собеседником. Правда, с довольно апокалиптическим взглядом на мир. Но люди и должны быть разными. У Ильи первого в Свердловске появилась переносная домашняя студия, которую он давал всем желающим — именно на ней были записаны первые альбомы того, что впоследствии стало классическим свердловским роком. И он был фантастически одарённым человеком. Знал несколько европейских языков, и, если ему было нужно, мог легко изучить любой. Именно ему мы обязаны отличными переводами Толкина, Клайва Льюиса, Ирвина Уэлша и Чака Паланика. Талантливый человек талантлив во всем. Закончив с музыкой, он с таким же увлечением кинулся в издательское дело, основал издательство «Ультра. Культура» и начал издавать книги, к которым другие — более добропорядочные — издательства не прикоснулись бы и раскалённой кочергой. Как он говорил сам: «Человечество мертво, когда не приходится ничего взрывать». А что до его настроений — то Ти Эс Элиот сказал однажды: «Только неверующих шокирует богохульство, богохульство — признак веры». Уж при его-то талантах он мог бы припеваючи жить где-угодно на свете. Но выбрал — жить здесь. Я как-то спросил его — почему он не пишет больше текстов песен. И он печально ответил: «Меня никто об этом не просит». Да, господа музыканты... Мне кажется, вы что-то сильно упустили.
  5. — Был в вашей жизни момент, когда вы осознали — вот да, сейчас я настоящий мужик? — Знаете, мне абсолютно наплевать, мужик я, баба или растение. Абсолютно. Знаете почему? Потому что мне не нужно себе ничего доказывать. Я очень люблю музыку. Я много всего люблю, но музыку в частности. И когда я связан как-то с музыкой — слушаю ее или играю, меня нет — я в ней растворяюсь. И там нет ни мужского, ни женского, никакого начала. Я отсутствую. А когда отсутствуешь, доказывать-то нечего. Я, может, скажу ужасную вещь, но мужчинам, которые гордятся только тем, что они мужчины, просто больше нечем гордиться.
  6. — К каким вещам нужно относиться с юмором? — Ко всем вещам. Все, что не выдерживает чувства юмора, даже не стоит того, чтобы им заниматься.
  7. – Интересно Ваше мнение о женщине, о её предназначении, в том числе и в жизни мужчины, Вы никогда не говорите об этом в интервью. – По этому поводу сказать что-либо было бы глупостью. Отношения между мужчинами и женщинами значительно выходят за рамки любых мыслей, слов и концепций. Если какой-то дурак может сказать, что у него есть такой-то рецепт, то, как говорится, дурак – он и есть дурак.
  8. — Когда наступит время вовремя уйти, чтобы не стать второй Аллой Борисовной в колготках и детском мини? — Все дело в том, что именно перспектива надеть колготки и детское мини и держит меня на сцене.
  9. Любовь и так есть. Я их всех, в принципе, люблю. Но они хотят не любви, они хотят обладания, а это, к сожалению, закрыто. Мы целиком одобряем любые действия. Чем больше они будут действовать, тем лучше, до нас им все равно не добраться. Мы абсолютно закрыты. Действовать – пожалуйста, обладать – невозможно. Песни наши у них есть, а я недоступен.
  10. — После сорока пяти многие ваши сверстники стремительно превращаются в руины. Почему вы не испытываете ничего подобного — искусство способствует? — Не понимаю, почему вообще кто-либо превращается в руины. Если человек занят своим делом, он может жить вечно.
  11. — Ваше первое ощущение, когда вы видите пиратскую копию вашего альбома? — Вокруг пиратских и не пиратских вещей в последнее время раздут чудовищный шум, хотя разницы между ними нет никакой. Разница только в том, кто получает деньги за продажу копии. И мне это абсолютно всё равно. Если я вижу копию своего альбома, мне хорошо от того, что её кто-то слушает, а кто за неё получает деньги, мне неважно. За всю историю Аквариума никто из нас не получал никаких денег за альбомы, и сейчас тоже основные деньги получает выпускающая фирма, а мы — лишь небольшой процент. Почему у теперешних людей вместо музыки встали деньги во главе угла? За последние 15 лет деньги стали занимать всё более важное место и постепенно заняли место всего остального. По счастью, есть много тысяч людей, которые продолжают придерживаться более древней традиции, что деньги — только форма энергии, о которой мы договорились, что эти бумажки представляют собой такую вот форму. И они ничего не значат. Деньги не съешь, под ними не загоришь, в них не выкупаешься… Деньги — это замена, а теперь все стали замену принимать за реальность. Это большая ошибка.
  12. В одной книжке я прочел, что редко кому удается попасть во все семь святых мест Индии на протяжении одной жизни, и сказал: «Ах, так? Ну, суки, держитесь!» И начал активно ездить.
  13. – Как Вы считаете, человечество идёт вверх, возвышается, развивается, топчется на месте или деградирует? – Вы знаете, человечество никуда не идёт. Оно живёт.
20 из 37
Смотрите также