269 цитат Бориса Стругацкого, которые захочется сохранить

Ниже 269 цитат Бориса Стругацкого — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Писатели чем-то похожи на покойников: они любят, когда о них либо говорят хорошо, либо ничего не говорят.

   Писатели чем-то похожи на покойников: они любят, когда о них либо говорят хорошо, либо ничего не говорят.

   — Аркадий Стругацкий · книга
2. «

   — Жизнь дает человеку три радости. Друга, любовь и работу. Каждая из этих радостей отдельно уже стоит многого. Но как редко они собираются вместе! — Без любви, конечно, обойтись можно. — Да, можно. Но это значит, что одной радостью будет меньше, а их всего три.

   — Жизнь дает человеку три радости. Друга, любовь и работу. Каждая из этих радостей отдельно уже стоит многого. Но как редко они собираются вместе! — Без любви, конечно, обойтись можно. — Да, можно. Но это значит, что одной радостью будет меньше, а их всего три.

   — Аркадий Стругацкий · книга
3. «

   Умный, если действительно умен, не знает, что он умный.

   Умный, если действительно умен, не знает, что он умный.
4. «

   … научить хотеть сразу многого, научить хотеть работать взахлёб. Научить не кланяться авторитетам, а исследовать их и сравнивать их поучения с жизнью. Научить настороженно относиться к опыту бывалых людей, потому что жизнь меняется необычайно быстро. Научить презирать мещанскую мудрость. Научить, что любить и плакать от любви не стыдно. Научить, что скептицизм и цинизм в жизни стоят дешево, что это много легче и скучнее, нежели удивляться и радоваться жизни. Научить доверять движениям души своего ближнего. Научить, что лучше двадцать раз ошибиться в человеке, чем относиться с подозрением к каждому. Научить, что дело не в том, как на тебя влияют другие, а в том, как ты влияешь на других. И научить их, что один человек ни черта не стоит.

   … научить хотеть сразу многого, научить хотеть работать взахлёб. Научить не кланяться авторитетам, а исследовать их и сравнивать их поучения с жизнью. Научить настороженно относиться к опыту бывалых людей, потому что жизнь меняется необычайно быстро. Научить презирать мещанскую мудрость. Научить, что любить и плакать от любви не стыдно. Научить, что скептицизм и цинизм в жизни стоят дешево, что это много легче и скучнее, нежели удивляться и радоваться жизни. Научить доверять движениям души своего ближнего. Научить, что лучше двадцать раз ошибиться в человеке, чем относиться с подозрением к каждому. Научить, что дело не в том, как на тебя влияют другие, а в том, как ты влияешь на других. И научить их, что один человек ни черта не стоит.

   — Аркадий Стругацкий · книга
5. «

   Рассказывали, что в углу кабинета стоит великолепно выполненное чучело одного старинного знакомого Кристобаля Хозевича, штандартенфюрера СС, в полной парадной форме, с моноклем, кортиком, железным крестом, дубовыми листьями и прочими причиндалами. Хунта был великолепным таксидермистом. Штандартенфюрер, по словам Кристобаля Хозевича, — тоже. Но Кристобаль Хозевич успел раньше. Он любил успевать раньше — всегда и во всем.

   Рассказывали, что в углу кабинета стоит великолепно выполненное чучело одного старинного знакомого Кристобаля Хозевича, штандартенфюрера СС, в полной парадной форме, с моноклем, кортиком, железным крестом, дубовыми листьями и прочими причиндалами. Хунта был великолепным таксидермистом. Штандартенфюрер, по словам Кристобаля Хозевича, — тоже. Но Кристобаль Хозевич успел раньше. Он любил успевать раньше — всегда и во всем.

   — Аркадий Стругацкий · книга
6. «

   Чудес не бывает, а бывают только весьма маловероятные события.

   Чудес не бывает, а бывают только весьма маловероятные события.

   — Аркадий Стругацкий · книга
7. «

   Человек разумный — это не всегда разумный человек… хомо сапиенс — это возможность думать, но не всегда способность думать…

   Человек разумный — это не всегда разумный человек… хомо сапиенс — это возможность думать, но не всегда способность думать…

   — Аркадий Стругацкий · книга
8. «

   Спасать. Опять спасать. До каких же пор вас нужно будет спасать? Вы когда-нибудь научитесь спасать сами себя? Почему вы вечно слушаете попов, фашиствующих демагогов, дураков опиров? Почему вы не желаете утруждать свой мозг? Почему вы так не хотите думать? Как вы не можете понять, что мир огромен, сложен и увлекателен? Почему вам все просто и скучно? Чем же таким ваш мозг отличается от мозга Рабле, Свифта, Эйнштейна, Строгова?

   Спасать. Опять спасать. До каких же пор вас нужно будет спасать? Вы когда-нибудь научитесь спасать сами себя? Почему вы вечно слушаете попов, фашиствующих демагогов, дураков опиров? Почему вы не желаете утруждать свой мозг? Почему вы так не хотите думать? Как вы не можете понять, что мир огромен, сложен и увлекателен? Почему вам все просто и скучно? Чем же таким ваш мозг отличается от мозга Рабле, Свифта, Эйнштейна, Строгова?

   — Аркадий Стругацкий · книга
9. «

   Будущее — это тщательно обезвреженное настоящее.

   Будущее — это тщательно обезвреженное настоящее.

   — Аркадий Стругацкий · книга
10. «

    Между прочим, женщины, пьющие ледяное красное, как-то особенно хорошеют. Они становятся где-то похожи на ведьм. Где именно? Где-то. Прекрасное слово где-то. Вы где-то свинья. Обожаю этот оборот.

    Между прочим, женщины, пьющие ледяное красное, как-то особенно хорошеют. Они становятся где-то похожи на ведьм. Где именно? Где-то. Прекрасное слово где-то. Вы где-то свинья. Обожаю этот оборот.

    — Аркадий Стругацкий · книга
11. «

    Сейчас пишут мало прошений, благородный дон, — сказал он. — Одни считают, что просить бесполезно, а другие рассчитывают в ближайшее время взять без спроса.

    Сейчас пишут мало прошений, благородный дон, — сказал он. — Одни считают, что просить бесполезно, а другие рассчитывают в ближайшее время взять без спроса.

    — Аркадий Стругацкий · книга
12. «

    Иногда чужие раны больнее…

    Иногда чужие раны больнее…

    — Аркадий Стругацкий · книга
13. «

    — Разрешите пояснить, благородный дон, — горячо сказал он облизнув губы. — Суть совсем в ином! Суть в основных установлениях нового государства. Установления просты, и их всего три: слепая вера в непогрешимость законов, беспрекословное оным повиновение, а также неусыпное наблюдение каждого за всеми! — Гм, — сказал Румата. — А зачем?

    — Разрешите пояснить, благородный дон, — горячо сказал он облизнув губы. — Суть совсем в ином! Суть в основных установлениях нового государства. Установления просты, и их всего три: слепая вера в непогрешимость законов, беспрекословное оным повиновение, а также неусыпное наблюдение каждого за всеми! — Гм, — сказал Румата. — А зачем?

    — Аркадий Стругацкий · книга
14. «

    — А как вы полагаете, Сергей Корнеевич, почему третий закон Ньютона не выполняется в сфере человеческих отношений? — На самом-то деле он, наверное, выполняется. В конце концов всем известно: как аукнется, так и откликнется. Просто в человеческих взаимоотношениях нет ясных понятий действия и противодействия.

    — А как вы полагаете, Сергей Корнеевич, почему третий закон Ньютона не выполняется в сфере человеческих отношений? — На самом-то деле он, наверное, выполняется. В конце концов всем известно: как аукнется, так и откликнется. Просто в человеческих взаимоотношениях нет ясных понятий действия и противодействия.

    — Аркадий Стругацкий · книга
15. «

    На самом деле мы c братом никогда не пытались предсказать будущее — мы всего лишь описывали Мир-в-котором-нам-хотелось-бы-жить.

    На самом деле мы c братом никогда не пытались предсказать будущее — мы всего лишь описывали Мир-в-котором-нам-хотелось-бы-жить.
16. «

    Назад идти нельзя.

    Назад идти нельзя.

    — Аркадий Стругацкий · книга
17. «

    Книга обязательно должна будить воображение, иначе это не книга, а дурной учебник.

    Книга обязательно должна будить воображение, иначе это не книга, а дурной учебник.

    — Аркадий Стругацкий · книга
18. «

    Кстати, благородные доны, чей это вертолет позади избы?

    Кстати, благородные доны, чей это вертолет позади избы?

    — Аркадий Стругацкий · книга
19. «

    Политика есть искусство отмывать дочиста очень грязной водой.

    Политика есть искусство отмывать дочиста очень грязной водой.

    — Аркадий Стругацкий · книга
20. «

    ... обжигающий стыд за себя тогдашнего, серого деловитого птенца, воображающего себя ярким, незаменимым, отборным... <...> А вдруг через пятнадцать лет окажется, что и нынешний я так же сер и несвободен, как и в детстве, и даже хуже, потому что теперь я считаю себя взрослым, достаточно много знающим и достаточно пережившим, чтобы иметь основания для самодовольства и для права судить.

    ... обжигающий стыд за себя тогдашнего, серого деловитого птенца, воображающего себя ярким, незаменимым, отборным... <...> А вдруг через пятнадцать лет окажется, что и нынешний я так же сер и несвободен, как и в детстве, и даже хуже, потому что теперь я считаю себя взрослым, достаточно много знающим и достаточно пережившим, чтобы иметь основания для самодовольства и для права судить.

    — Аркадий Стругацкий · книга