21 фраза Бориса Виана, которые запоминаются

Подборка из 21 цитата Бориса Виана: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Хорошие минуты запоминаются лучше, чем плохие. К чему же тогда плохие?...

   Хорошие минуты запоминаются лучше, чем плохие. К чему же тогда плохие?...

   — Пена дней · книга
2. «

   Меня интересует не счастье для всех людей, а счастье для каждого.

   Меня интересует не счастье для всех людей, а счастье для каждого.

   — Пена дней · книга
3. «

   — Не стоит плакать из-за девицы. Ни одна девица не стоит слёз. — Я не из-за неё плакал, — сказал Анжель. — А из-за того, какой она была и и какой теперь станет.

   — Не стоит плакать из-за девицы. Ни одна девица не стоит слёз. — Я не из-за неё плакал, — сказал Анжель. — А из-за того, какой она была и и какой теперь станет.

   — Осень в Пекине · книга
4. «

   В жизни нужно устраиваться так, чтобы было на что вас похоронить.

   В жизни нужно устраиваться так, чтобы было на что вас похоронить.

   — Пена дней · книга
5. «

   — Я тебе уже говорил, что ты мне очень нравишься и в целом, и в частностях. — Ну тогда давай, переходи к частностям.

   — Я тебе уже говорил, что ты мне очень нравишься и в целом, и в частностях. — Ну тогда давай, переходи к частностям.

   — Пена дней · книга
6. «

   — Я убил человека, — пожаловался Клод. — И не просто человека, а велосипедиста. — Могу сообщить кое-какие новости, — сказал аббат. — Я виделся с вашим адвокатом. Тот парень оказался конформистом.

   — Я убил человека, — пожаловался Клод. — И не просто человека, а велосипедиста. — Могу сообщить кое-какие новости, — сказал аббат. — Я виделся с вашим адвокатом. Тот парень оказался конформистом.

   — Клод Леон · книга
7. «

   — Ожидание, — сказал Шик, — это прелюдия в минорной тональности.

   — Ожидание, — сказал Шик, — это прелюдия в минорной тональности.

   — Шик · книга
8. «

   — Да, — ответил Ангель. — Два года. У меня было помутнение сознания. Я много чего напорол. — Запас еще есть... — обнадежил Жакмор. — Можно пороть дальше. Еще не все потеряно.

   — Да, — ответил Ангель. — Два года. У меня было помутнение сознания. Я много чего напорол. — Запас еще есть... — обнадежил Жакмор. — Можно пороть дальше. Еще не все потеряно.

   — Сердцедер · книга
9. «

   Знаешь, я хотел бы затеряться, как иголка в стоге сена. И пахнет хорошо, и никто меня там не достанет...

   Знаешь, я хотел бы затеряться, как иголка в стоге сена. И пахнет хорошо, и никто меня там не достанет...

   — Пена дней · книга
10. «

    Знать, что страсти существуют, и не чувствовать их — это ужасно.

    Знать, что страсти существуют, и не чувствовать их — это ужасно.

    — Жакмор · книга
11. «

    В этой стране легко быть смелым; стоит лишь сказать то, что все могут видеть, если возьмут на себя труд посмотреть.

    В этой стране легко быть смелым; стоит лишь сказать то, что все могут видеть, если возьмут на себя труд посмотреть.

    — Я приду плюнуть на ваши могилы · книга
12. «

    Перечитывая свои записи, я прихожу к выводу, что вам, пожалуй, и в голову не придёт, что их автор получил кое-какое образование.

    Перечитывая свои записи, я прихожу к выводу, что вам, пожалуй, и в голову не придёт, что их автор получил кое-какое образование.

    — Женщинам не понять · книга
13. «

    Опера – единственное место в мире, где герой, получив удар кинжалом в спину, начинает петь вместо того, чтобы истечь кровью.

    Опера – единственное место в мире, где герой, получив удар кинжалом в спину, начинает петь вместо того, чтобы истечь кровью.
14. «

    — Какого дьявольского черта вы всегда и беспрестанно обращаетесь ко мне в третьем лице? — Коли месье угодно выслушать мои объяснения, то извольте: я полагаю, что фамильярность допустима исключительно между людьми, которые вместе пасли свиней, а это, как вам известно, не наш случай.

    — Какого дьявольского черта вы всегда и беспрестанно обращаетесь ко мне в третьем лице? — Коли месье угодно выслушать мои объяснения, то извольте: я полагаю, что фамильярность допустима исключительно между людьми, которые вместе пасли свиней, а это, как вам известно, не наш случай.

    — Николя · книга
15. «

    Все еще стою на мине. Сегодня утром отправился патрулировать, и, как обычно, шел последним. Остальные прошли мимо, а я услышал под ногой щелчок и замер на месте. Эти штуки взрываются только после того, как убираешь с них ногу. Перекидал ребятам все, что оставалось в карманах, и сказал, чтобы уходили! Я тут совсем один. Мог бы дождаться, когда они вернутся, но сказал им, чтобы не возвращались. Можно попытаться отпрыгнуть в сторону и упасть плашмя на землю, но до чего ужасно – жить без ног… Оставил только блокнот и карандаш. Отброшу их как можно дальше, перед тем как поменять ногу, а сделать это пора, потому что мне осточертела война и потому что у меня в ноге мурашки.

    Все еще стою на мине. Сегодня утром отправился патрулировать, и, как обычно, шел последним. Остальные прошли мимо, а я услышал под ногой щелчок и замер на месте. Эти штуки взрываются только после того, как убираешь с них ногу. Перекидал ребятам все, что оставалось в карманах, и сказал, чтобы уходили! Я тут совсем один. Мог бы дождаться, когда они вернутся, но сказал им, чтобы не возвращались. Можно попытаться отпрыгнуть в сторону и упасть плашмя на землю, но до чего ужасно – жить без ног… Оставил только блокнот и карандаш. Отброшу их как можно дальше, перед тем как поменять ногу, а сделать это пора, потому что мне осточертела война и потому что у меня в ноге мурашки.

    — Мурашки · книга
16. «

    Он был настолько открытым, что видно было, как голубые и сиреневые мысли пульсируют в венах его рук.

    Он был настолько открытым, что видно было, как голубые и сиреневые мысли пульсируют в венах его рук.

    — Пена дней · книга
17. «

    Она тряхнула головой, чтобы откинуть назад свои вьющиеся блестящие волосы, и с решительным видом прижалась виском к щеке Колена. Кругом воцарилась гробовая тишина, и он почувствовал, что отныне весь остальной мир не стоит для него и выеденного яйца.

    Она тряхнула головой, чтобы откинуть назад свои вьющиеся блестящие волосы, и с решительным видом прижалась виском к щеке Колена. Кругом воцарилась гробовая тишина, и он почувствовал, что отныне весь остальной мир не стоит для него и выеденного яйца.

    — Пена дней · книга
18. «

    ...история эта совершенно истинна, поскольку я её выдумал от начала и до конца...

    ...история эта совершенно истинна, поскольку я её выдумал от начала и до конца...

    — Пена дней · книга
19. «

    Гитара – инструмент, который делает вас ленивым. Берешь её, наигрываешь мелодию, а потом откладываешь, полодырничаешь, и опять берешься за неё, возьмёшь один два аккорда или аккомпанируешь себе, насвистывая. И дни проходят очень быстро.

    Гитара – инструмент, который делает вас ленивым. Берешь её, наигрываешь мелодию, а потом откладываешь, полодырничаешь, и опять берешься за неё, возьмёшь один два аккорда или аккомпанируешь себе, насвистывая. И дни проходят очень быстро.

    — Я приду плюнуть на ваши могилы · книга
20. «

    На свете есть только две вещи, ради которых стоит жить: любовь к красивым девушкам, какова бы она ни была, да новоорлеанский джаз или Дюк Эллингтон. Всему остальному лучше было бы исчезнуть с лица земли, потому что всё остальное – одно уродство.

    На свете есть только две вещи, ради которых стоит жить: любовь к красивым девушкам, какова бы она ни была, да новоорлеанский джаз или Дюк Эллингтон. Всему остальному лучше было бы исчезнуть с лица земли, потому что всё остальное – одно уродство.

    — Пена дней · книга