16 цитат от Брендона Сандерсона

Брендон Сандерсон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 16 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Если ты позволишь кому-то подойти слишком близко, то тебе только больнее будет, когда этот человек предаст тебя.

   Если ты позволишь кому-то подойти слишком близко, то тебе только больнее будет, когда этот человек предаст тебя.

   — Рожденный туманом. Книга 1. Пепел и сталь · книга
2. «

   Эти огоньки свечей походили на людей. Такие хрупкие. Такие смертоносные. Если их не трогать, они дают свет и тепло. Впав в неистовство, уничтожат те самые вещи, которые должны освещать. Они — зародыши пожаров, и в каждом сокрыто семя столь мощной разрушительной силы, что она могла бы превращать в развалины города и вынуждать королей вставать на колени.

   Эти огоньки свечей походили на людей. Такие хрупкие. Такие смертоносные. Если их не трогать, они дают свет и тепло. Впав в неистовство, уничтожат те самые вещи, которые должны освещать. Они — зародыши пожаров, и в каждом сокрыто семя столь мощной разрушительной силы, что она могла бы превращать в развалины города и вынуждать королей вставать на колени.

   — Путь королей · книга
3. «

   Человек может руководить, только если все принимают его руководство. У него ровно столько власти, сколько подданные ему предоставляют. Все блестящие идеи мира не смогут спасти ваше королевство, если никто не будет к ним прислушиваться.

   Человек может руководить, только если все принимают его руководство. У него ровно столько власти, сколько подданные ему предоставляют. Все блестящие идеи мира не смогут спасти ваше королевство, если никто не будет к ним прислушиваться.

   — Тиндвил · книга
4. «

   — Послушав тебя, можно подумать, что нам не терпится попасть внутрь. Как будто жить здесь — наша привилегия. — Именно это и следует себе внушить. Если нас заперли в Элантрисе, будем вести себя так, как будто это прекраснейшее место в мире.

   — Послушав тебя, можно подумать, что нам не терпится попасть внутрь. Как будто жить здесь — наша привилегия. — Именно это и следует себе внушить. Если нас заперли в Элантрисе, будем вести себя так, как будто это прекраснейшее место в мире.

   — Карата · книга
5. «

   — Вера — это не то, что существует только в спокойные и ясные времена, я думаю. Чего вообще стоит вера, если ты отказываешься от нее после неудачи?

   — Вера — это не то, что существует только в спокойные и ясные времена, я думаю. Чего вообще стоит вера, если ты отказываешься от нее после неудачи?

   — Сэйзед · книга
6. «

   Сила — важная часть борьбы, но не единственная её составляющая. Если ты всегда бьёшь сильнее, ты и устаёшь раньше, а заодно даёшь противнику понять, где твой предел. Сообразительный человек приберегает силы к концу схватки, когда противник уже выдыхается. А в случае продолжительных схваток — таких, как война, — умнее окажется тот кто дольше проживёт.

   Сила — важная часть борьбы, но не единственная её составляющая. Если ты всегда бьёшь сильнее, ты и устаёшь раньше, а заодно даёшь противнику понять, где твой предел. Сообразительный человек приберегает силы к концу схватки, когда противник уже выдыхается. А в случае продолжительных схваток — таких, как война, — умнее окажется тот кто дольше проживёт.

   — Хэммонд · книга
7. «

   Подчиняться владеющим силой можно только по одной причине: чтобы однажды научиться тому, что умеют они.

   Подчиняться владеющим силой можно только по одной причине: чтобы однажды научиться тому, что умеют они.

   — Рожденный туманом. Книга 1. Пепел и сталь · книга
8. «

   Познай сильные стороны любых изъянов.

   Познай сильные стороны любых изъянов.

   — Двурожденные. Книга 1. Сплав закона · книга
9. «

   Будь тверже, – приказал он себе. – Ты можешь выглядеть встревоженным, но не должен никогда казаться растерянным.

   Будь тверже, – приказал он себе. – Ты можешь выглядеть встревоженным, но не должен никогда казаться растерянным.

   — Эленд · книга
10. «

    Дедушка рассказывал о кошмарах. Он не знал, почему его пощадили. Вспоминая те дни, проведенные во тьме, те ужасы, упавшие с небес, он смотрит в никуда. Прошло много времени, прежде чем дедушка услышал голос другого человека. Они встретились, обнялись и зарыдали вместе, хотя прежде не были знакомы. Они сразу стали как братья, потому что были настоящими.

    Дедушка рассказывал о кошмарах. Он не знал, почему его пощадили. Вспоминая те дни, проведенные во тьме, те ужасы, упавшие с небес, он смотрит в никуда. Прошло много времени, прежде чем дедушка услышал голос другого человека. Они встретились, обнялись и зарыдали вместе, хотя прежде не были знакомы. Они сразу стали как братья, потому что были настоящими.

    — Юми и укротитель кошмаров · книга
11. «

    Иногда меня тревожит, что я совсем не тот герой, за которого меня принимают.

    Иногда меня тревожит, что я совсем не тот герой, за которого меня принимают.

    — Рожденный туманом. Книга 1. Пепел и сталь · книга
12. «

    Ни один король не должен признавать свои слабости, но ему должно хватать мудрости, чтобы признавать свою силу.

    Ни один король не должен признавать свои слабости, но ему должно хватать мудрости, чтобы признавать свою силу.

    — Рожденный туманом. Книга 2. Источник Вознесения · книга
13. «

    Я не стремлюсь к власти. Меня тревожит жизнь. Не просто выживание, а жизнь, Галладон. Элантрийцы мертвы, потому что сдались судьбе, а не потому, что их сердца перестали биться.

    Я не стремлюсь к власти. Меня тревожит жизнь. Не просто выживание, а жизнь, Галладон. Элантрийцы мертвы, потому что сдались судьбе, а не потому, что их сердца перестали биться.

    — Раоден · книга
14. «

    – Простых вещей на свете мало. Но я вот что вам скажу, леди Вин. Любви надо позволить течь в обе стороны. Если это не так, значит она ненастоящая. Это что-то другое. Увлечение, может быть? Как бы то ни было, многие из нас слишком быстро готовы сделать из себя мучеников. Мы отходим в сторону и наблюдаем, думая, что бездействие – правильная вещь. Мы боимся боли, собственной или чужой. – Террисиец сжал ее плечо. – Но… разве это любовь? Разве из любви можно предположить, что Эленду рядом с вами нет места? Разве любовь способна позволить ему все решать самостоятельно?

    – Простых вещей на свете мало. Но я вот что вам скажу, леди Вин. Любви надо позволить течь в обе стороны. Если это не так, значит она ненастоящая. Это что-то другое. Увлечение, может быть? Как бы то ни было, многие из нас слишком быстро готовы сделать из себя мучеников. Мы отходим в сторону и наблюдаем, думая, что бездействие – правильная вещь. Мы боимся боли, собственной или чужой. – Террисиец сжал ее плечо. – Но… разве это любовь? Разве из любви можно предположить, что Эленду рядом с вами нет места? Разве любовь способна позволить ему все решать самостоятельно?

    — Сэйзед · книга
15. «

    — Ты так и не ответил на мой вопрос, – прошептала девушка. – Почему ты пошел против своей веры? Хратен какое-то время шагал молча. – Не знаю. Я следовал путями Дерети с детства: меня всегда привлекали ее порядок и смысл, поэтому я и поступил в монастырь. Я... я считал, что искренне верую, но, как оказалось, я верю не в Шу-Дерет. Я пока не знаю, во что. – Шу-Корат? Хратен покачал головой. – Слишком просто. Вера – это не Корати, или Дерети, или любая другая религия. Я все еще верю в учение Дерети; у меня разногласия с вирном, а не с богом.

    — Ты так и не ответил на мой вопрос, – прошептала девушка. – Почему ты пошел против своей веры? Хратен какое-то время шагал молча. – Не знаю. Я следовал путями Дерети с детства: меня всегда привлекали ее порядок и смысл, поэтому я и поступил в монастырь. Я... я считал, что искренне верую, но, как оказалось, я верю не в Шу-Дерет. Я пока не знаю, во что. – Шу-Корат? Хратен покачал головой. – Слишком просто. Вера – это не Корати, или Дерети, или любая другая религия. Я все еще верю в учение Дерети; у меня разногласия с вирном, а не с богом.

    — Город Богов · книга
16. «

    Иногда Кельсеру казалось, что в жизни скаа-полукровок, туманщиков, главным является не выжить, а выбрать подходящее время для смерти.

    Иногда Кельсеру казалось, что в жизни скаа-полукровок, туманщиков, главным является не выжить, а выбрать подходящее время для смерти.

    — Рожденный туманом. Книга 1. Пепел и сталь · книга