18 цитат от Булата Окуджавы

Ниже 18 цитат Булата Окуджавы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Чем дальше живем мы, тем годы короче, тем слаще друзей голоса.

   Чем дальше живем мы, тем годы короче, тем слаще друзей голоса.
2. «

   Если бы было две жизни, можно было бы одну посвятить напрасным сожалениям и скорби. Но она одна.

   Если бы было две жизни, можно было бы одну посвятить напрасным сожалениям и скорби. Но она одна.

   — Путешествие дилетантов · книга
3. «

   Наша жизнь — это зал ожидания от младенчества и до седин. Сколько всяких наук выживания, а исход непременно один.

   Наша жизнь — это зал ожидания от младенчества и до седин. Сколько всяких наук выживания, а исход непременно один.
4. «

   Мгновенна нашей жизни повесть...

   Мгновенна нашей жизни повесть...
5. «

   Пока Земля еще вертится, пока еще ярок свет, Господи, дай же ты каждому, чего у него нет: мудрому дай голову, трусливому дай коня, дай счастливому денег... И не забудь про меня.

   Пока Земля еще вертится, пока еще ярок свет, Господи, дай же ты каждому, чего у него нет: мудрому дай голову, трусливому дай коня, дай счастливому денег... И не забудь про меня.
6. «

   Давайте горевать и плакать откровенно то вместе, то поврозь, а то попеременно. Не нужно придавать значения злословью - поскольку грусть всегда соседствует с любовью.

   Давайте горевать и плакать откровенно то вместе, то поврозь, а то попеременно. Не нужно придавать значения злословью - поскольку грусть всегда соседствует с любовью.
7. «

   Две вечных подруги — любовь и разлука - Не ходят одна без другой.

   Две вечных подруги — любовь и разлука - Не ходят одна без другой.
8. «

   Война нас гнула и косила, Пришёл конец и ей самой. Четыре года мать без сына, Бери шинель, пошли домой! <...> А ты с закрытыми очами Спишь под фанерною звездой. Вставай, вставай, однополчанин, Бери шинель, пошли домой!

   Война нас гнула и косила, Пришёл конец и ей самой. Четыре года мать без сына, Бери шинель, пошли домой! <...> А ты с закрытыми очами Спишь под фанерною звездой. Вставай, вставай, однополчанин, Бери шинель, пошли домой!
9. «

   Что ни век — всё те же нравы, ухищренья и дела...

   Что ни век — всё те же нравы, ухищренья и дела...
10. «

    Неистов и упрям, Гори, огонь, гори. На смену декабрям Приходят январи.

    Неистов и упрям, Гори, огонь, гори. На смену декабрям Приходят январи.
11. «

    Лучшие времена — это те времена, которые могут наступить, но почему-то никогда не наступают.

    Лучшие времена — это те времена, которые могут наступить, но почему-то никогда не наступают.

    — Путешествие дилетантов · книга
12. «

    А душа, уж это точно, ежели обожжена, справедливей, милосерднее и праведней она.

    А душа, уж это точно, ежели обожжена, справедливей, милосерднее и праведней она.
13. «

    И был тот крик далек-далек и падал так же мимо, как гладят, глядя в потолок, чужих и нелюбимых.

    И был тот крик далек-далек и падал так же мимо, как гладят, глядя в потолок, чужих и нелюбимых.
14. «

    Вселенский опыт говорит, что погибают царства не от того, что тяжек быт или страшны мытарства. А погибают от того (и тем больней, чем дольше), что люди царства своего не уважают больше.

    Вселенский опыт говорит, что погибают царства не от того, что тяжек быт или страшны мытарства. А погибают от того (и тем больней, чем дольше), что люди царства своего не уважают больше.
15. «

    Быстро молодость проходит, дни счастливые крадет. Что назначено природой — обязательно случится. То ли самое прекрасное, ну самое прекрасное в окошко постучится. То ли самое напрасное, ну самое напрасное в объятья упадет.

    Быстро молодость проходит, дни счастливые крадет. Что назначено природой — обязательно случится. То ли самое прекрасное, ну самое прекрасное в окошко постучится. То ли самое напрасное, ну самое напрасное в объятья упадет.
16. «

    У поэта соперников нету — ни на улице и не в судьбе. И когда он кричит всему свету, это он не о вас — о себе.

    У поэта соперников нету — ни на улице и не в судьбе. И когда он кричит всему свету, это он не о вас — о себе.
17. «

    Не бродяги, не пропойцы, за столом семи морей вы пропойте, вы пропойте славу женщине моей!

    Не бродяги, не пропойцы, за столом семи морей вы пропойте, вы пропойте славу женщине моей!
18. «

    Музыкант играл на скрипке — я в глаза ему глядел. Я не то чтоб любопытствовал — я по небу летел. Я не то чтобы от скуки — я надеялся понять, как умеют эти руки эти звуки извлекать из какой-то деревяшки, из каких-то грубых жил, из какой-то там фантазии, которой он служил? Да еще ведь надо пальцы знать, к чему прижать когда, чтоб во тьме не затерялась гордых звуков череда. Да еще ведь надо в душу к нам проникнуть и зажечь... А чего с ней церемониться? Чего ее беречь?

    Музыкант играл на скрипке — я в глаза ему глядел. Я не то чтоб любопытствовал — я по небу летел. Я не то чтобы от скуки — я надеялся понять, как умеют эти руки эти звуки извлекать из какой-то деревяшки, из каких-то грубых жил, из какой-то там фантазии, которой он служил? Да еще ведь надо пальцы знать, к чему прижать когда, чтоб во тьме не затерялась гордых звуков череда. Да еще ведь надо в душу к нам проникнуть и зажечь... А чего с ней церемониться? Чего ее беречь?