136 коротких цитат Чарльза Диккенса

Ниже 136 цитат Чарльза Диккенса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я не знаю ни одного американского джентльмена. Да простит меня Бог, что я употребил эти два слова вместе.

   Я не знаю ни одного американского джентльмена. Да простит меня Бог, что я употребил эти два слова вместе.
2. «

   — Ведь мы должны любить своих ближних. — Кто же человеку ближе, чем он сам?

   — Ведь мы должны любить своих ближних. — Кто же человеку ближе, чем он сам?

   — Сара Покет · книга
3. «

   Теперь он только жалкая тень того, кем был прежде, но я готова щадить эту тень, потому что помню свои прежние глупые мечты.

   Теперь он только жалкая тень того, кем был прежде, но я готова щадить эту тень, потому что помню свои прежние глупые мечты.

   — мисс Бетси Тротвуд · книга
4. «

   Его лицу так недостовало натурального румянца, что казалось, если он вдруг порежется, у него пойдет белая кровь.

   Его лицу так недостовало натурального румянца, что казалось, если он вдруг порежется, у него пойдет белая кровь.

   — Тяжёлые времена · книга
5. «

   Облик ее был так хрупок и безупречен, так нежен и кроток, так чист и прекрасен, что казалось, земля – не её стихия, а грубые земные существа – неподходящие для неё спутники.

   Облик ее был так хрупок и безупречен, так нежен и кроток, так чист и прекрасен, что казалось, земля – не её стихия, а грубые земные существа – неподходящие для неё спутники.

   — Приключения Оливера Твиста · книга
6. «

   Ненависть к высшим — это невольная дань преклонения низших.

   Ненависть к высшим — это невольная дань преклонения низших.

   — Повесть о двух городах · книга
7. «

   В женщине взбешенной, особенно если к другим ее неукротимым страстям присоединяются безрассудство и отчаяние, есть нечто такое, с чем мало кто из мужчин хотел бы столкнуться.

   В женщине взбешенной, особенно если к другим ее неукротимым страстям присоединяются безрассудство и отчаяние, есть нечто такое, с чем мало кто из мужчин хотел бы столкнуться.

   — Приключения Оливера Твиста · книга
8. «

   Филантропы так любят хватать своего ближнего за шиворот и, если смею так выразиться, пинками загонять его на стезю добродетели.

   Филантропы так любят хватать своего ближнего за шиворот и, если смею так выразиться, пинками загонять его на стезю добродетели.

   — Тайна Эдвина Друда · книга
9. «

   Любовь — интереснейшая и самая простительная из всех человеческих слабостей.

   Любовь — интереснейшая и самая простительная из всех человеческих слабостей.
10. «

    Будучи всегда занята по горло, сестра моя посещала церковь через доверенных лиц; другими словами, в церковь ходили Джо и я.

    Будучи всегда занята по горло, сестра моя посещала церковь через доверенных лиц; другими словами, в церковь ходили Джо и я.

    — Сестра Пипа · книга
11. «

    Это было самое прекрасное время, это было самое злосчастное время, — век мудрости, век безумия, дни веры, дни безверия, пора света, пора тьмы, весна надежд, стужа отчаяния, у нас было всё впереди, у нас впереди ничего не было, мы то витали в небесах, то вдруг обрушивались в преисподнюю, — словом, время это было очень похоже на нынешнее.

    Это было самое прекрасное время, это было самое злосчастное время, — век мудрости, век безумия, дни веры, дни безверия, пора света, пора тьмы, весна надежд, стужа отчаяния, у нас было всё впереди, у нас впереди ничего не было, мы то витали в небесах, то вдруг обрушивались в преисподнюю, — словом, время это было очень похоже на нынешнее.

    — Повесть о двух городах · книга
12. «

    Всё, что приходит в голову дедушке мистера Смоллуида, является туда в виде личинки и навсегда остаётся личинкой. За всю свою жизнь он не вырастил ни одной бабочки.

    Всё, что приходит в голову дедушке мистера Смоллуида, является туда в виде личинки и навсегда остаётся личинкой. За всю свою жизнь он не вырастил ни одной бабочки.

    — Холодный дом · книга
13. «

    Любви всегда весьма существенно помогает пылкое и живое воображение, которое отличается хорошей памятью и может долгое время питаться очень лёгкой и скудной пищей. Вот почему она часто достигает самого пышного расцвета в разлуке и при обстоятельствах чрезвычайно затруднительных.

    Любви всегда весьма существенно помогает пылкое и живое воображение, которое отличается хорошей памятью и может долгое время питаться очень лёгкой и скудной пищей. Вот почему она часто достигает самого пышного расцвета в разлуке и при обстоятельствах чрезвычайно затруднительных.

    — Жизнь и приключения Николаса Никльби · книга
14. «

    — О, — возразила Эстелла, — у меня, разумеется, есть сердце в том смысле, что его можно пронзить ножом или прострелить. И конечно, если бы оно перестало биться, я бы умерла. Но вы понимаете, что я хочу сказать. У меня нет никакой мягкости — никаких чувств... сентиментов... глупостей.

    — О, — возразила Эстелла, — у меня, разумеется, есть сердце в том смысле, что его можно пронзить ножом или прострелить. И конечно, если бы оно перестало биться, я бы умерла. Но вы понимаете, что я хочу сказать. У меня нет никакой мягкости — никаких чувств... сентиментов... глупостей.

    — Эстелла · книга
15. «

    — Весьма признательна, сэр, — смиренно отвечала миссис Спарсит, — но, прошу вас, не хлопочите о моих удобствах. Мне ничего не нужно. Однако именно неприхотливость миссис Спарсит явилась причиной беспокойства для всего дома, ибо она столь мало пеклась о себе и столь много о других, что очень скоро стала всем в тягость.

    — Весьма признательна, сэр, — смиренно отвечала миссис Спарсит, — но, прошу вас, не хлопочите о моих удобствах. Мне ничего не нужно. Однако именно неприхотливость миссис Спарсит явилась причиной беспокойства для всего дома, ибо она столь мало пеклась о себе и столь много о других, что очень скоро стала всем в тягость.

    — Тяжёлые времена · книга
16. «

    Мягкость и добросердечие, тысячи отблесков света, озарявших её лицо и не оставлявших на нем тени, а главное, улыбка, прелестная, радостная улыбка, были созданы для семьи, для мира и счастья у домашнего очага.

    Мягкость и добросердечие, тысячи отблесков света, озарявших её лицо и не оставлявших на нем тени, а главное, улыбка, прелестная, радостная улыбка, были созданы для семьи, для мира и счастья у домашнего очага.

    — Приключения Оливера Твиста · книга
17. «

    – Она – очаровательное, прелестное созданье, – отчеканил мистер Роберт Сойер. – Насколько мне известно, у нее есть один только недостаток. К сожалению, этим единственным недостатком является отсутствие вкуса. Я ей не нравлюсь, Бен. – По-моему, она сама не знает, что ей нравится, – презрительно заметил мистер Бен Эллен. – Возможно, – согласился мистер Боб Сойер. – Но, по-моему, она знает, что ей не нравится, а это куда важнее.

    – Она – очаровательное, прелестное созданье, – отчеканил мистер Роберт Сойер. – Насколько мне известно, у нее есть один только недостаток. К сожалению, этим единственным недостатком является отсутствие вкуса. Я ей не нравлюсь, Бен. – По-моему, она сама не знает, что ей нравится, – презрительно заметил мистер Бен Эллен. – Возможно, – согласился мистер Боб Сойер. – Но, по-моему, она знает, что ей не нравится, а это куда важнее.

    — Роберт Сойер · книга
18. «

    Никогда не верьте тому, что кажется; верьте только доказательствам. Нет лучше правила в жизни.

    Никогда не верьте тому, что кажется; верьте только доказательствам. Нет лучше правила в жизни.

    — мистер Джеггерс · книга
19. «

    Право же, каждому из нас дано очень много, и нам есть за что быть благодарными. Очень много, только мы этого не понимаем. Увы!

    Право же, каждому из нас дано очень много, и нам есть за что быть благодарными. Очень много, только мы этого не понимаем. Увы!

    — Приключения Оливера Твиста · книга
20. «

    — Вы лучше порадовались бы за меня, если у вас добрая душа, — а я думаю, она у вас добрая, — порадовались тому, что я всё это выношу и умею быть весёлой, хотя и знаю, какова я... А я, во всяком случае, радуюсь, что мне удаётся идти своей дорожкой в жизни и никому за это не быть обязанной, и что на всё то, чем в меня швыряют по глупости или из тщеславия, я отвечаю только невинным обманом. Я не горюю о том, чего у меня нет в жизни, — ну что ж, так для меня лучше, а повредить это никому не может. И если для вас великанов, я только игрушка, то хотя бы обращайтесь со мной деликатно!

    — Вы лучше порадовались бы за меня, если у вас добрая душа, — а я думаю, она у вас добрая, — порадовались тому, что я всё это выношу и умею быть весёлой, хотя и знаю, какова я... А я, во всяком случае, радуюсь, что мне удаётся идти своей дорожкой в жизни и никому за это не быть обязанной, и что на всё то, чем в меня швыряют по глупости или из тщеславия, я отвечаю только невинным обманом. Я не горюю о том, чего у меня нет в жизни, — ну что ж, так для меня лучше, а повредить это никому не может. И если для вас великанов, я только игрушка, то хотя бы обращайтесь со мной деликатно!

    — мисс Моучер · книга