143 цитат Чарльза Диккенса, которые цепляют

Ниже 143 цитаты Чарльза Диккенса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мало на свете вещей более неприятных, чем ожидание кого-нибудь, в особенности если этот кто-нибудь где-то развлекается.

   Мало на свете вещей более неприятных, чем ожидание кого-нибудь, в особенности если этот кто-нибудь где-то развлекается.

   — Посмертные записки Пиквикского клуба · книга
2. «

   Прошедшее крадет у вас время. Хватайте его за шиворот!

   Прошедшее крадет у вас время. Хватайте его за шиворот!

   — Жизнь Дэвида Копперфилда, рассказанная им самим · книга
3. «

   Филантропы так любят хватать своего ближнего за шиворот и, если смею так выразиться, пинками загонять его на стезю добродетели.

   Филантропы так любят хватать своего ближнего за шиворот и, если смею так выразиться, пинками загонять его на стезю добродетели.

   — Тайна Эдвина Друда · книга
4. «

   Поздравляю с Рождеством и веселыми святками всех, всех! Желаю счастья в Новом году всем, всем на свете! Ура!

   Поздравляю с Рождеством и веселыми святками всех, всех! Желаю счастья в Новом году всем, всем на свете! Ура!

   — Скрудж · книга
5. «

   Она написала мне (так и было откровенно сказано в письме) потому, быть может, что ей пришла в голову блажь оказать доверие мне; а может быть, потому, что мне свойственно оправдывать чужое доверие.

   Она написала мне (так и было откровенно сказано в письме) потому, быть может, что ей пришла в голову блажь оказать доверие мне; а может быть, потому, что мне свойственно оправдывать чужое доверие.

   — Мистер Джардинс · книга
6. «

   Все дожди, какие когда-либо выпали или выпадут, не могут угасить того адского пламени, которое иной человек носит в себе.

   Все дожди, какие когда-либо выпали или выпадут, не могут угасить того адского пламени, которое иной человек носит в себе.

   — Феджин · книга
7. «

   Люди неробкого десятка, кои кичатся тем, что им сам черт не брат и они видали виды, говорят обычно, когда хотят доказать свою удаль и бесшабашность, что способны на все – от игры в орлянку до человекоубийства, а между этими двумя крайностями лежит, как известно, довольно обширное поле деятельности.

   Люди неробкого десятка, кои кичатся тем, что им сам черт не брат и они видали виды, говорят обычно, когда хотят доказать свою удаль и бесшабашность, что способны на все – от игры в орлянку до человекоубийства, а между этими двумя крайностями лежит, как известно, довольно обширное поле деятельности.

   — Рождественская песнь в прозе · книга
8. «

   Никогда и ни при каких обстоятельствах я не бросал ученья. В этом не было большой заслуги, — просто у меня хватало ума понимать, как мало я знаю.

   Никогда и ни при каких обстоятельствах я не бросал ученья. В этом не было большой заслуги, — просто у меня хватало ума понимать, как мало я знаю.

   — Большие надежды · книга
9. «

   Кому же не приятно доставлять другим удовольствие?

   Кому же не приятно доставлять другим удовольствие?

   — Большие надежды · книга
10. «

    Для продления дней надо красть у ночей, хоть по два-три часа, дорогая!

    Для продления дней надо красть у ночей, хоть по два-три часа, дорогая!

    — Холодный дом · книга
11. «

    Это правдивый рассказ о страданиях, испытаниях и горе, <...> а такие рассказы обычно бывают длинными; будь это рассказ о безоблачной радости и счастье, он оказался бы очень коротким.

    Это правдивый рассказ о страданиях, испытаниях и горе, <...> а такие рассказы обычно бывают длинными; будь это рассказ о безоблачной радости и счастье, он оказался бы очень коротким.

    — Приключения Оливера Твиста · книга
12. «

    В путь так в путь, как сказал попугай, когда кошка потащила его из клетки за хвост.

    В путь так в путь, как сказал попугай, когда кошка потащила его из клетки за хвост.

    — Сэм Уэллер · книга
13. «

    Кто может читать в сердцах?..

    Кто может читать в сердцах?..

    — Воулс · книга
14. «

    Под какими бы благовидными предлогами ни совершались вымогательство, надувательство, издевательство, подкуп и волокита, они тлетворны и ничего, кроме вреда, принести не могут.

    Под какими бы благовидными предлогами ни совершались вымогательство, надувательство, издевательство, подкуп и волокита, они тлетворны и ничего, кроме вреда, принести не могут.

    — Холодный дом · книга
15. «

    Кто ненадежен в одном, тот ненадежен во всем.

    Кто ненадежен в одном, тот ненадежен во всем.

    — мистер Баккет · книга
16. «

    ... она была немилосердно избалована и отличалась той робкой беспомощностью, которая составляет самый очаровательный недостаток на свете.

    ... она была немилосердно избалована и отличалась той робкой беспомощностью, которая составляет самый очаровательный недостаток на свете.

    — Крошка Доррит · книга
17. «

    Живой человек, лишенный разума, — страшнее, чем мертвец.

    Живой человек, лишенный разума, — страшнее, чем мертвец.
18. «

    То был памятный для меня день, потому что он произвел во мне большую перемену. Но так случается с каждым. Представьте себе, что из вашей жизни вычеркнули один особенно важный день, и подумайте, как по-иному повернулось бы ее течение. Вы, кто читаете эти строки, отложите на минуту книгу и подумайте о той длинной цепи из железа или золота, из терниев или цветов, которая не обвила бы вас, если бы первое звено ее не было выковано в какой-то один, навсегда памятный для вас день.

    То был памятный для меня день, потому что он произвел во мне большую перемену. Но так случается с каждым. Представьте себе, что из вашей жизни вычеркнули один особенно важный день, и подумайте, как по-иному повернулось бы ее течение. Вы, кто читаете эти строки, отложите на минуту книгу и подумайте о той длинной цепи из железа или золота, из терниев или цветов, которая не обвила бы вас, если бы первое звено ее не было выковано в какой-то один, навсегда памятный для вас день.

    — Большие надежды · книга
19. «

    ... Чужие заботы, как платье с чужого плеча, и носить покойно и бросить не жалко.

    ... Чужие заботы, как платье с чужого плеча, и носить покойно и бросить не жалко.

    — Повесть о двух городах · книга
20. «

    Все мы, сколько бы нам ни было лет, спускаемся к подножию холма. Ведь время-то ни на миг не останавливается! Стало быть, надо нам всегда делать добрые дела и этому радоваться.

    Все мы, сколько бы нам ни было лет, спускаемся к подножию холма. Ведь время-то ни на миг не останавливается! Стало быть, надо нам всегда делать добрые дела и этому радоваться.

    — мистер Омер · книга