17 цитат, которые говорил Чарльз Диккенс

Ниже 17 цитат Чарльза Диккенса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я не знаю ни одного американского джентльмена. Да простит меня Бог, что я употребил эти два слова вместе.

   Я не знаю ни одного американского джентльмена. Да простит меня Бог, что я употребил эти два слова вместе.
2. «

   Хижина счастья лучше, чем Дворец холодной роскоши, и там где любовь, там всё.

   Хижина счастья лучше, чем Дворец холодной роскоши, и там где любовь, там всё.

   — мисс Миллс · книга
3. «

   Слёзы — дождь, смывающий земную пыль, что покрывает наши заскорузлые сердца.

   Слёзы — дождь, смывающий земную пыль, что покрывает наши заскорузлые сердца.
4. «

   Люди с остервенением грызутся между собой, вместо того чтобы блаженствовать в обоюдном согласии.

   Люди с остервенением грызутся между собой, вместо того чтобы блаженствовать в обоюдном согласии.

   — Лавка древностей · книга
5. «

   Самая лучшая форма учтивости, независимо от того, где человек воспитывался, <...> — это не совать нос в чужие дела.

   Самая лучшая форма учтивости, независимо от того, где человек воспитывался, <...> — это не совать нос в чужие дела.

   — Тайна Эдвина Друда · книга
6. «

   Лицо у него было некрасивое, но на редкость открытое и приветливое, что лучше всякой красоты.

   Лицо у него было некрасивое, но на редкость открытое и приветливое, что лучше всякой красоты.

   — Большие надежды · книга
7. «

   Никогда не забыть мне чувства одиночества, охватившего меня, когда я первый раз лег спать под открытым небом.

   Никогда не забыть мне чувства одиночества, охватившего меня, когда я первый раз лег спать под открытым небом.

   — Дэвид Копперфильд · книга
8. «

   Нет шоколада – нет завтрака!

   Нет шоколада – нет завтрака!

   — Записки Пиквикского клуба · книга
9. «

   Мы не можем предъявлять особые права на человека только за то, что думаем о нём.

   Мы не можем предъявлять особые права на человека только за то, что думаем о нём.

   — Большие надежды · книга
10. «

    Слёзы очищают лёгкие, умывают лицо, укрепляют зрение и успокаивают нервы — так плачь же хорошенько!

    Слёзы очищают лёгкие, умывают лицо, укрепляют зрение и успокаивают нервы — так плачь же хорошенько!

    — Приключения Оливера Твиста · книга
11. «

    — Я бы не сказала, моя милая, <...> что, думая о ком-нибудь, мы тем самым получаем право чего-то ожидать от этого человека.

    — Я бы не сказала, моя милая, <...> что, думая о ком-нибудь, мы тем самым получаем право чего-то ожидать от этого человека.

    — Большие надежды · книга
12. «

    Любовь, зрелая любовь, полная благоговения и преданности, не легко выражается словами; её голос робок.

    Любовь, зрелая любовь, полная благоговения и преданности, не легко выражается словами; её голос робок.

    — мисс Лавиния · книга
13. «

    – Я любил её… И до сих пор люблю память о ней… Но слишком глубоко, чтобы… чтобы я мог её уверить, будто я счастлив. Я был бы счастлив только тогда, когда мне удалось бы забыть ее… но, боюсь, я не смог бы вынести, если бы она узнала, что я её забыл…

    – Я любил её… И до сих пор люблю память о ней… Но слишком глубоко, чтобы… чтобы я мог её уверить, будто я счастлив. Я был бы счастлив только тогда, когда мне удалось бы забыть ее… но, боюсь, я не смог бы вынести, если бы она узнала, что я её забыл…

    — Хэм · книга
14. «

    Мне никогда ничего не кажется. Для этого нужно воображение, а у меня его нет.

    Мне никогда ничего не кажется. Для этого нужно воображение, а у меня его нет.

    — Повесть о двух городах · книга
15. «

    Счастье ни с того ни с сего не улыбается. В какой-то мере мы должны помочь ему улыбнуться.

    Счастье ни с того ни с сего не улыбается. В какой-то мере мы должны помочь ему улыбнуться.

    — Дэвид Копперфильд · книга
16. «

    Снова пришла зима; свежий, холодный, ветреный день и раскинувшаяся передо мной равнина воскресили мои надежды.

    Снова пришла зима; свежий, холодный, ветреный день и раскинувшаяся передо мной равнина воскресили мои надежды.

    — Дэвид Копперфильд · книга
17. «

    В этом мире пользу приносит каждый, кто облегчает бремя другого человека.

    В этом мире пользу приносит каждый, кто облегчает бремя другого человека.