18 цитат Чинуы Ачебе, ставших крылатыми

Подборка из 18 цитат Чинуы Ачебе: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда человек выплевывает кусок, который сама судьба вложила ему в рот, это может показаться безрассудством, но в определенных обстоятельствах такой человек внушает уважение.

   Когда человек выплевывает кусок, который сама судьба вложила ему в рот, это может показаться безрассудством, но в определенных обстоятельствах такой человек внушает уважение.

   — Стрела бога · книга
2. «

   Как ни богат мужчина, если он не умеет держать в повиновении своих жен и детей, — в особенности жен, — его нельзя назвать настоящим мужчиной.

   Как ни богат мужчина, если он не умеет держать в повиновении своих жен и детей, — в особенности жен, — его нельзя назвать настоящим мужчиной.

   — И пришло разрушение · книга
3. «

   Поведение сына было для отца подобно тяжкому грузу на голове. Через несколько дней, размышлял Эзеулу, должна явиться невеста Обики. Она бы уже пришла, не заболей ее мать. И какого же мужа найдет она по прибытии! Мужчину, неспособного стеречь ночью свой дом, потому что он валяется мертвецки пьяный, упившись пальмовым вином. Да и какой же мужчина такой супруг? Мужчина, который не сможет защитить свою жену, если к нему вломятся ночные грабители. Мужчина, которого утром поднимают с кровати женщины. Тьфу! — сплюнул старый жрец. Он не мог сдержать отвращения.

   Поведение сына было для отца подобно тяжкому грузу на голове. Через несколько дней, размышлял Эзеулу, должна явиться невеста Обики. Она бы уже пришла, не заболей ее мать. И какого же мужа найдет она по прибытии! Мужчину, неспособного стеречь ночью свой дом, потому что он валяется мертвецки пьяный, упившись пальмовым вином. Да и какой же мужчина такой супруг? Мужчина, который не сможет защитить свою жену, если к нему вломятся ночные грабители. Мужчина, которого утром поднимают с кровати женщины. Тьфу! — сплюнул старый жрец. Он не мог сдержать отвращения.

   — Стрела бога · книга
4. «

   Ведь тот, кто приглашает своих родичей на пир, делает это не для того, чтобы спасти их от голода. У всех у них есть дома пища. Когда мы собираемся все вместе на площадке, залитой лунным светом, мы делаем это не ради луны. Каждый может любоваться луной из своего собственного двора. Мы собираемся вместе потому, что нет ничего лучше для родственников, чем собраться всем вместе. Вы спросите меня, почему я все это говорю. Я говорю все это потому, что страшусь за наше молодое поколение, за вас, молодые люди. — И он указал рукой в сторону, где сидела молодежь. — Самому мне осталось жить совсем немного. Да и Ученду тоже, и Уначикву, и Эмефо. Но я страшусь за вас, молодые, ибо вы не сознаете, как сильны узы родства. Вы не знаете, что это значит — говорить в один голос.

   Ведь тот, кто приглашает своих родичей на пир, делает это не для того, чтобы спасти их от голода. У всех у них есть дома пища. Когда мы собираемся все вместе на площадке, залитой лунным светом, мы делаем это не ради луны. Каждый может любоваться луной из своего собственного двора. Мы собираемся вместе потому, что нет ничего лучше для родственников, чем собраться всем вместе. Вы спросите меня, почему я все это говорю. Я говорю все это потому, что страшусь за наше молодое поколение, за вас, молодые люди. — И он указал рукой в сторону, где сидела молодежь. — Самому мне осталось жить совсем немного. Да и Ученду тоже, и Уначикву, и Эмефо. Но я страшусь за вас, молодые, ибо вы не сознаете, как сильны узы родства. Вы не знаете, что это значит — говорить в один голос.

   — И пришло разрушение · книга
5. «

   Человек, который задает вопросы, никогда не собьется с пути.

   Человек, который задает вопросы, никогда не собьется с пути.

   — Эзеулу · книга
6. «

   Старики говорят, что солнце освещает сначала тех, кто стоит во весь рост, а потом уже тех, кто стоит на коленях.

   Старики говорят, что солнце освещает сначала тех, кто стоит во весь рост, а потом уже тех, кто стоит на коленях.

   — Унока · книга
7. «

   — Как мы поступаем, когда человек богохульствует? Разве мы закрываем ему рот? Нет. Мы затыкаем себе уши, чтобы не слышать. И в этом — мудрость. — Не будем рассуждать как трусы, — сказал Оконкво. — Если человек приходит в мою хижину и гадит на пол, как я поступаю? Закрываю глаза? Нет! Я беру палку и разбиваю ему голову. Так поступает мужчина.

   — Как мы поступаем, когда человек богохульствует? Разве мы закрываем ему рот? Нет. Мы затыкаем себе уши, чтобы не слышать. И в этом — мудрость. — Не будем рассуждать как трусы, — сказал Оконкво. — Если человек приходит в мою хижину и гадит на пол, как я поступаю? Закрываю глаза? Нет! Я беру палку и разбиваю ему голову. Так поступает мужчина.

   — И пришло разрушение · книга
8. «

   Жизнь подобна пляшущей маске: если хочешь разглядеть ее как следует, не стой на одном месте.

   Жизнь подобна пляшущей маске: если хочешь разглядеть ее как следует, не стой на одном месте.

   — Стрела бога · книга
9. «

   Мужчина способен выдержать и не такие удары; это и делает мужчину мужчиной. Говорят, мужчина подобен жертвенному барану на похоронах, который должен принять все обрушиваемые на него удары без единого звука; только пробегающая по его телу дрожь боли выдает его безмолвное страдание.

   Мужчина способен выдержать и не такие удары; это и делает мужчину мужчиной. Говорят, мужчина подобен жертвенному барану на похоронах, который должен принять все обрушиваемые на него удары без единого звука; только пробегающая по его телу дрожь боли выдает его безмолвное страдание.

   — Стрела бога · книга
10. «

    Те, кому благожелатели помогли расколоть плоды масличной пальмы, не должны забывать о скромности.

    Те, кому благожелатели помогли расколоть плоды масличной пальмы, не должны забывать о скромности.

    — И пришло разрушение · книга
11. «

    Если мой враг изрекает истину, я не стану затыкать себе уши только потому, что это говорит мой враг.

    Если мой враг изрекает истину, я не стану затыкать себе уши только потому, что это говорит мой враг.

    — Стрела бога · книга
12. «

    Любовь к титулам — это слабость, свойственная всем людям.

    Любовь к титулам — это слабость, свойственная всем людям.

    — Стрела бога · книга
13. «

    Верно, что ребенок принадлежит отцу. Но если отец бьет своего ребенка, дитя ищет защиты в хижине матери. Пока все в жизни идет хорошо и гладко, мужчина принадлежит родине своего отца. Но когда к мужчине приходит беда и на сердце его ложится печаль — он ищет прибежище на родине своей матери.

    Верно, что ребенок принадлежит отцу. Но если отец бьет своего ребенка, дитя ищет защиты в хижине матери. Пока все в жизни идет хорошо и гладко, мужчина принадлежит родине своего отца. Но когда к мужчине приходит беда и на сердце его ложится печаль — он ищет прибежище на родине своей матери.

    — Ученду · книга
14. «

    Человек, который приносит домой хворост, кишащий муравьями, не должен жаловаться, если к нему в дом повадятся ящерицы.

    Человек, который приносит домой хворост, кишащий муравьями, не должен жаловаться, если к нему в дом повадятся ящерицы.

    — Стрела бога · книга
15. «

    Но во всех больших домах должны быть люди с разными наклонностями: хорошие и дурные, смельчаки и трусы, приносящие богатство и проматывающие его, умеющие дать добрый совет и знающие лишь язык пальмового вина. Поэтому мы и говорим: какую музыку ни заиграешь в доме большого человека, там всегда найдется танцор, умеющий сплясать под нее.

    Но во всех больших домах должны быть люди с разными наклонностями: хорошие и дурные, смельчаки и трусы, приносящие богатство и проматывающие его, умеющие дать добрый совет и знающие лишь язык пальмового вина. Поэтому мы и говорим: какую музыку ни заиграешь в доме большого человека, там всегда найдется танцор, умеющий сплясать под нее.

    — Стрела бога · книга
16. «

    Быть смелым и бесстрашным похвально, но иной раз, сын мой, лучше быть трусом. Ведь как часто мы, стоя во дворе труса, показываем на развалины усадьбы, где некогда жил храбрец. Мужчина, который никогда и ничему не покоряется, вскорости покорно ложится на погребальную циновку.

    Быть смелым и бесстрашным похвально, но иной раз, сын мой, лучше быть трусом. Ведь как часто мы, стоя во дворе труса, показываем на развалины усадьбы, где некогда жил храбрец. Мужчина, который никогда и ничему не покоряется, вскорости покорно ложится на погребальную циновку.

    — Стрела бога · книга
17. «

    Когда у ваших дверей стучится беда, а вы говорите ей, что в доме нет места, куда бы ее усадить, она отвечает: «Не беспокойся, я пришла со своей скамейкой».

    Когда у ваших дверей стучится беда, а вы говорите ей, что в доме нет места, куда бы ее усадить, она отвечает: «Не беспокойся, я пришла со своей скамейкой».

    — Стрела бога · книга
18. «

    Можно отказаться выполнить просьбу, но нельзя отказаться выслушать ее.

    Можно отказаться выполнить просьбу, но нельзя отказаться выслушать ее.

    — Стрела бога · книга