19 коротких цитат Дафны дю Морье

Ниже 19 цитат Дафны дю Морье — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В женщине нельзя быть уверенным, пока ты ее не получил.

   В женщине нельзя быть уверенным, пока ты ее не получил.

   — Джозеф Кумбе · книга
2. «

   Человек, живущий обычной, размеренной жизнью, быстро становится рабом собственных привычек.

   Человек, живущий обычной, размеренной жизнью, быстро становится рабом собственных привычек.

   — Французова бухта · книга
3. «

   Не позволяйте мне задерживать вас. Ведь мода сейчас так быстро меняется, что она может стать другой, пока вы поднимаетесь по лестнице.

   Не позволяйте мне задерживать вас. Ведь мода сейчас так быстро меняется, что она может стать другой, пока вы поднимаетесь по лестнице.

   — Максим де Уинтер · книга
4. «

   Зайти в церковь — вещь полезная. Как подержаться за дерево. Вреда не будет...

   Зайти в церковь — вещь полезная. Как подержаться за дерево. Вреда не будет...

   — Паразиты · книга
5. «

   Говорят, что во сне обнажается наша скрытая сущность, потаенные мысли и желания ясно написаны на наших лицах и в позах; но никто кроме ночной тьмы их не читает.

   Говорят, что во сне обнажается наша скрытая сущность, потаенные мысли и желания ясно написаны на наших лицах и в позах; но никто кроме ночной тьмы их не читает.

   — Паразиты · книга
6. «

   Разговоры мужчин гораздо интереснее разговоров женщин. Они никогда не говорят о продуктах, детях, болезнях, ремонте обуви; они беседуют о людях, событиях, причинах этих событий. Не о состоянии дома, а о состоянии армии, не о соседских детях, а о мятежниках во Франции. Не о том, кто разбил фарфор, а о том, кто разорвал договор.

   Разговоры мужчин гораздо интереснее разговоров женщин. Они никогда не говорят о продуктах, детях, болезнях, ремонте обуви; они беседуют о людях, событиях, причинах этих событий. Не о состоянии дома, а о состоянии армии, не о соседских детях, а о мятежниках во Франции. Не о том, кто разбил фарфор, а о том, кто разорвал договор.

   — Мэри Энн · книга
7. «

   ... Нет ничего столь саморазрушительного, нет чувства столь же презренного, как ревность.

   ... Нет ничего столь саморазрушительного, нет чувства столь же презренного, как ревность.

   — Филипп Эшли · книга
8. «

   — Я бы хотела, чтобы мне было тридцать шесть лет и я носила чёрное атласное платье и жемчужное ожерелье. — В таком случае вы не сидели бы со мной в этой машине, — сказал он. — И оставьте, пожалуйста, в покое ногти, они и так обкусаны до мяса. — Вы, возможно, сочтёте меня дерзкой и грубой, — продолжала я, — но мне хотелось бы понять, почему вы зовёте меня кататься день за днём. Вы очень добры, это сразу видно, но почему вы избрали именно меня объектом своего милосердия? — Я приглашаю вас, — сказал он серьёзно, — потому что вы не носите чёрного атласного платья и жемчужного ожерелья и вам нет тридцати шести лет.

   — Я бы хотела, чтобы мне было тридцать шесть лет и я носила чёрное атласное платье и жемчужное ожерелье. — В таком случае вы не сидели бы со мной в этой машине, — сказал он. — И оставьте, пожалуйста, в покое ногти, они и так обкусаны до мяса. — Вы, возможно, сочтёте меня дерзкой и грубой, — продолжала я, — но мне хотелось бы понять, почему вы зовёте меня кататься день за днём. Вы очень добры, это сразу видно, но почему вы избрали именно меня объектом своего милосердия? — Я приглашаю вас, — сказал он серьёзно, — потому что вы не носите чёрного атласного платья и жемчужного ожерелья и вам нет тридцати шести лет.

   — Максим де Уинтер · книга
9. «

   Нет и не было на свете ничего веселее, чем делать то — и вам это прекрасно известно, — чего делать не следует.

   Нет и не было на свете ничего веселее, чем делать то — и вам это прекрасно известно, — чего делать не следует.

   — Паразиты · книга
10. «

    Возраст — это всего лишь цифра, она не определяет ни ум человека, ни его взгляды на жизнь. Все зависит не от прожитых лет, а от пережитых обстоятельств в жизни…

    Возраст — это всего лишь цифра, она не определяет ни ум человека, ни его взгляды на жизнь. Все зависит не от прожитых лет, а от пережитых обстоятельств в жизни…

    — Козёл отпущения · книга
11. «

    ... А она была осмотрительна первое время, о ней не ходило никаких сплетен, ни слова, ни намека. Затем постепенно она перестала остерегаться. Знаешь, как человек начинает пить? Сперва помаленьку да полегоньку, по рюмочке за обедом, ну, сильный запой раз в пять-шесть месяцев. А потом запои становятся чаще, каждый месяц, каждые две недели, каждые три дня. Человек переступает грань, забывает про осторожность, все его хитрости выходят наружу...

    ... А она была осмотрительна первое время, о ней не ходило никаких сплетен, ни слова, ни намека. Затем постепенно она перестала остерегаться. Знаешь, как человек начинает пить? Сперва помаленьку да полегоньку, по рюмочке за обедом, ну, сильный запой раз в пять-шесть месяцев. А потом запои становятся чаще, каждый месяц, каждые две недели, каждые три дня. Человек переступает грань, забывает про осторожность, все его хитрости выходят наружу...

    — Ребекка · книга
12. «

    Не странно ли, что в минуты жизненных потрясений мысли наши вдруг обращаются к детству?

    Не странно ли, что в минуты жизненных потрясений мысли наши вдруг обращаются к детству?

    — Филипп Эшли · книга
13. «

    — Когда ты молод, — начал он, — делаешь ошибку, вмешиваясь во все. Во всяком случае, так поступал я. Я считал, что могу подходить к людям с теми мерками, которые создал для себя. И негодовал из-за крушения иллюзий. <...> Я ведь не понимал, что прежде всего жалеешь себя и что, как ни старайся, людей не изменишь.

    — Когда ты молод, — начал он, — делаешь ошибку, вмешиваясь во все. Во всяком случае, так поступал я. Я считал, что могу подходить к людям с теми мерками, которые создал для себя. И негодовал из-за крушения иллюзий. <...> Я ведь не понимал, что прежде всего жалеешь себя и что, как ни старайся, людей не изменишь.

    — Прощай, молодость · книга
14. «

    Ах, если бы кто-нибудь придумал, как сохранить воспоминания, запереть их во флакон, как духи. Чтобы они никогда не выдохлись. Никогда не потускнели. А когда тебе захочется, вынешь пробку — и заново переживешь тот миг.

    Ах, если бы кто-нибудь придумал, как сохранить воспоминания, запереть их во флакон, как духи. Чтобы они никогда не выдохлись. Никогда не потускнели. А когда тебе захочется, вынешь пробку — и заново переживешь тот миг.

    — Ребекка · книга
15. «

    Люблю тишину после ухода гостей. Стулья сдвинуты, подушки разбросаны, — все говорит, что люди хорошо провели время. Но возвращаешься в опустевшую комнату, и всегда приятно, что все кончилось, что можно расслабиться и сказать: вот мы и снова одни.

    Люблю тишину после ухода гостей. Стулья сдвинуты, подушки разбросаны, — все говорит, что люди хорошо провели время. Но возвращаешься в опустевшую комнату, и всегда приятно, что все кончилось, что можно расслабиться и сказать: вот мы и снова одни.

    — Моя кузина Рейчел · книга
16. «

    Нимб — прекрасная вещь, если его можно иногда снимать и становиться человеком.

    Нимб — прекрасная вещь, если его можно иногда снимать и становиться человеком.

    — Рейчел Эшли · книга
17. «

    Все дело в том, что, как бы ни была горька жизнь, надо жить. Но как — вот в чем вопрос.

    Все дело в том, что, как бы ни была горька жизнь, надо жить. Но как — вот в чем вопрос.

    — Филипп Эшли · книга
18. «

    — Я бы хотела удержать навсегда эту вот минуту, никогда её не забыть. — Чему это комплимент — хорошей погоде или моему искусству водителя? — спросил он и засмеялся; так брат мог подшучивать над сестрой.

    — Я бы хотела удержать навсегда эту вот минуту, никогда её не забыть. — Чему это комплимент — хорошей погоде или моему искусству водителя? — спросил он и засмеялся; так брат мог подшучивать над сестрой.

    — Максим де Уинтер · книга
19. «

    С приходом первых апрельских дней что-то неуловимое проникает в воздух, касается вашей щеки, отзывается во всем вашем теле, и тело оживает.

    С приходом первых апрельских дней что-то неуловимое проникает в воздух, касается вашей щеки, отзывается во всем вашем теле, и тело оживает.

    — Паразиты · книга