38 цитат Дэвида Николса для поста и дневника

Дэвид Николс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 38 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Наорала на тебя, как... сумасшедшая старая корова. Извини, я устала, у меня был неудачный день, и мне жаль, что я такая... скучная. — Не такая уж ты и скучная. — Нет, Декс, серьезно. Я порой сама на себя нагоняю уныние. — Но мне с тобой не скучно. — Он взял ее руку. — И никогда не будет. Ты одна на миллион, Эм. — Брось, я даже не одна на три. Он слегка толкнул ее ногой: — Эм? — Да? — Просто согласись со мной хоть раз, ладно? Промолчи и согласись.

   — Наорала на тебя, как... сумасшедшая старая корова. Извини, я устала, у меня был неудачный день, и мне жаль, что я такая... скучная. — Не такая уж ты и скучная. — Нет, Декс, серьезно. Я порой сама на себя нагоняю уныние. — Но мне с тобой не скучно. — Он взял ее руку. — И никогда не будет. Ты одна на миллион, Эм. — Брось, я даже не одна на три. Он слегка толкнул ее ногой: — Эм? — Да? — Просто согласись со мной хоть раз, ладно? Промолчи и согласись.

   — Декстер Морган · книга
2. «

   Для обсуждения этой темы не может быть подходящего момента, нет и деликатного способа ее поднять. Но все же нельзя промолчать, когда речь идет о любви и… газах.

   Для обсуждения этой темы не может быть подходящего момента, нет и деликатного способа ее поднять. Но все же нельзя промолчать, когда речь идет о любви и… газах.

   — Один день · книга
3. «

   А бывает, проснёшься, и всё идеально.

   А бывает, проснёшься, и всё идеально.

   — Один день · книга
4. «

   В её жизни наступил поворотный момент. Она перестала верить, что можно улучшить ситуацию, сочинив о ней стихотворение.

   В её жизни наступил поворотный момент. Она перестала верить, что можно улучшить ситуацию, сочинив о ней стихотворение.

   — Один день · книга
5. «

   На ходу вспомнила избитое выражение: «Проживай каждый день так, словно он последний». Но в реальности у кого есть на это силы? Что, если на улице дождь или горло разболелось? Совершенно непрактичный совет. Гораздо лучше просто пытаться быть доброй, смелой и отважной и делать хоть что-нибудь, чтобы изменить мир. Не весь мир, конечно, а ту его часть, что существует непосредственно вокруг тебя. Начать самостоятельную жизнь и, вооружившись вдохновением и электрической печатной машинкой, с усердием взяться… за что-нибудь. Менять жизни людей посредством искусства. Любить своих друзей, быть верной принципам, жить вдохновенно, на полную катушку, жить хорошо. Любить и быть любимой, если такое возможно.

   На ходу вспомнила избитое выражение: «Проживай каждый день так, словно он последний». Но в реальности у кого есть на это силы? Что, если на улице дождь или горло разболелось? Совершенно непрактичный совет. Гораздо лучше просто пытаться быть доброй, смелой и отважной и делать хоть что-нибудь, чтобы изменить мир. Не весь мир, конечно, а ту его часть, что существует непосредственно вокруг тебя. Начать самостоятельную жизнь и, вооружившись вдохновением и электрической печатной машинкой, с усердием взяться… за что-нибудь. Менять жизни людей посредством искусства. Любить своих друзей, быть верной принципам, жить вдохновенно, на полную катушку, жить хорошо. Любить и быть любимой, если такое возможно.

   — Эмма Морли · книга
6. «

   — Мне надо было кое-что в себе поменять. — И как, удалось? — Думаю, да, по большей части. — И всё благодаря настоящей любви. — Частично да. А ещё мне тридцать четыре. В тридцать четыре прежние отговорки уже не годятся. — Что за отговорки? — Ну, когда тебе двадцать четыре и ты ведёшь себя как идиот, можно сказать: подумаешь, мне ещё только двадцать четыре. Ещё только двадцать пять, ещё только двадцать шесть. Но сказать «ещё только тридцать четыре»...

   — Мне надо было кое-что в себе поменять. — И как, удалось? — Думаю, да, по большей части. — И всё благодаря настоящей любви. — Частично да. А ещё мне тридцать четыре. В тридцать четыре прежние отговорки уже не годятся. — Что за отговорки? — Ну, когда тебе двадцать четыре и ты ведёшь себя как идиот, можно сказать: подумаешь, мне ещё только двадцать четыре. Ещё только двадцать пять, ещё только двадцать шесть. Но сказать «ещё только тридцать четыре»...

   — Декстер Морган · книга
7. «

   — Ну, он очень милый. Очень красивый, обаятельный. <...> Такой, знаешь... настоящий француз. — Ты имеешь в виду, хам? — Нет... — Извращенец? — Декстер! — Везде носит с собой длинный батон и ездит на велосипеде?

   — Ну, он очень милый. Очень красивый, обаятельный. <...> Такой, знаешь... настоящий француз. — Ты имеешь в виду, хам? — Нет... — Извращенец? — Декстер! — Везде носит с собой длинный батон и ездит на велосипеде?

   — Декстер Морган · книга
8. «

   Нет ничего менее сексуального, чем длинная черная футболка с политическим лозунгом — разве что альбом Трейси Чэпмен.

   Нет ничего менее сексуального, чем длинная черная футболка с политическим лозунгом — разве что альбом Трейси Чэпмен.

   — Эмма Морли · книга
9. «

   ... Чем хранить маленькие секреты, не лучше ли вообще без них обойтись?

   ... Чем хранить маленькие секреты, не лучше ли вообще без них обойтись?

   — Эмма Морли · книга
10. «

    Знаешь, чего я не могу понять? Столько людей вокруг постоянно твердят тебе, какая ты классная, умная, веселая, талантливая и прочее, твердят бесконечно — уж я, по крайней мере, повторяю это уже несколько лет. Так почему ты им не веришь? Почему, по-твоему, они продолжают это твердить, Эм? Или это заговор и все втайне сговорились и делают вид, что хорошо к тебе относятся?

    Знаешь, чего я не могу понять? Столько людей вокруг постоянно твердят тебе, какая ты классная, умная, веселая, талантливая и прочее, твердят бесконечно — уж я, по крайней мере, повторяю это уже несколько лет. Так почему ты им не веришь? Почему, по-твоему, они продолжают это твердить, Эм? Или это заговор и все втайне сговорились и делают вид, что хорошо к тебе относятся?

    — Декстер Морган · книга
11. «

    ... ей начинает казаться, что её так называемая любовь к письменному слову на самом деле не что иное, как фетишизм, где в роли фетиша выступают красивые канцелярские принадлежности.

    ... ей начинает казаться, что её так называемая любовь к письменному слову на самом деле не что иное, как фетишизм, где в роли фетиша выступают красивые канцелярские принадлежности.

    — Один день · книга
12. «

    – И ты станешь отцом?. – Знаю! Сам поверить не могу: я – и отец! – А это не противозаконно? Тебе позволят?

    – И ты станешь отцом?. – Знаю! Сам поверить не могу: я – и отец! – А это не противозаконно? Тебе позволят?

    — Декстер Морган · книга
13. «

    Я думаю, дело знаешь в чем? Ещё в школе, если ты не слишком умен, или не вышел лицом, или не слишком популярен, но однажды вдруг говоришь что-то и все начинают смеяться, ты хватаешься за это, как за соломинку. Ты думаешь: я косолапо бегаю, у меня дурацкое лицо и толстый зад и никому я не нравлюсь, но, по крайней мере, я умею смешить людей. И это так приятно, когда кто-то смеется твоим шуткам, что ты невольно начинаешь от этого зависеть. И думать, что если ты не клоун, то в общем-то... ты никто.

    Я думаю, дело знаешь в чем? Ещё в школе, если ты не слишком умен, или не вышел лицом, или не слишком популярен, но однажды вдруг говоришь что-то и все начинают смеяться, ты хватаешься за это, как за соломинку. Ты думаешь: я косолапо бегаю, у меня дурацкое лицо и толстый зад и никому я не нравлюсь, но, по крайней мере, я умею смешить людей. И это так приятно, когда кто-то смеется твоим шуткам, что ты невольно начинаешь от этого зависеть. И думать, что если ты не клоун, то в общем-то... ты никто.

    — Иэн Уайтхед · книга
14. «

    К тому же каждый раз, когда она теперь видит своего бывшего мужа, тот улыбается во весь рот, так и лучась счастьем, как… как участник какой-то секты!

    К тому же каждый раз, когда она теперь видит своего бывшего мужа, тот улыбается во весь рот, так и лучась счастьем, как… как участник какой-то секты!

    — Один день · книга
15. «

    В тридцать восемь лет глупо думать, что какая-то там песня или фильм способны изменить всю жизнь.

    В тридцать восемь лет глупо думать, что какая-то там песня или фильм способны изменить всю жизнь.

    — Один день · книга
16. «

    Он снова взялся за свои шутки, а Эмма заморозила на лице улыбку. Его убило бы, если бы она призналась, что за все время их знакомства ему удалось рассмешить ее, ну, может быть, два раза, причем один из двух раз это было, когда он упал с лестницы в подвале.

    Он снова взялся за свои шутки, а Эмма заморозила на лице улыбку. Его убило бы, если бы она призналась, что за все время их знакомства ему удалось рассмешить ее, ну, может быть, два раза, причем один из двух раз это было, когда он упал с лестницы в подвале.

    — Один день · книга
17. «

    — У всех в жизни есть главный вопрос, и моим был такой: можно ли одновременно быть зрелым, преданным, любящим взрослым человеком и по-прежнему участвовать в оргиях? — И какой ответ, Декс? — торжественно спросила Эмма. — Ответ «нет, нельзя». Как только это понимаешь, жить становится намного легче. — Это точно. Другие участники оргии не будут греть твою постель по ночам. — Другие участники оргии не будут заботиться о тебе в старости.

    — У всех в жизни есть главный вопрос, и моим был такой: можно ли одновременно быть зрелым, преданным, любящим взрослым человеком и по-прежнему участвовать в оргиях? — И какой ответ, Декс? — торжественно спросила Эмма. — Ответ «нет, нельзя». Как только это понимаешь, жить становится намного легче. — Это точно. Другие участники оргии не будут греть твою постель по ночам. — Другие участники оргии не будут заботиться о тебе в старости.

    — Декстер Морган · книга
18. «

    Можешь считать меня сентиментальным, но в этом мире нет ни одного человека, кроме тебя, вместе с которым я с большей охотой подцепил бы дизентерию.

    Можешь считать меня сентиментальным, но в этом мире нет ни одного человека, кроме тебя, вместе с которым я с большей охотой подцепил бы дизентерию.

    — Декстер Морган · книга
19. «

    ...отныне не будет ничего, что он не смог бы сказать или сделать в присутствии дочери. Он будет проживать свою жизнь так, словно на него постоянно пристально смотрит Жасмин. Никогда не сделает ничего, что могло бы вызвать у неё боль или смущение; ему больше будет нечего, абсолютно нечего стыдиться в жизни.

    ...отныне не будет ничего, что он не смог бы сказать или сделать в присутствии дочери. Он будет проживать свою жизнь так, словно на него постоянно пристально смотрит Жасмин. Никогда не сделает ничего, что могло бы вызвать у неё боль или смущение; ему больше будет нечего, абсолютно нечего стыдиться в жизни.

    — Один день · книга
20. «

    В последнее время боль утраты превратилась для него в хождение по замерзшей реке: по большей части он чувствует себя в безопасности, но всегда есть опасность провалиться под лед.

    В последнее время боль утраты превратилась для него в хождение по замерзшей реке: по большей части он чувствует себя в безопасности, но всегда есть опасность провалиться под лед.

    — Один день · книга