14 мудрых мыслей Дианы Чайковской

Диана Чайковская — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 14 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Вестник Ночи всегда отличался непослушанием. Поговаривали, будто в нём издавна гнездилась нечисть, которая и заставляла Мрака творить зло. Если Светоч и Месяц помогали окружающим и покорно выполняли волю богов, то чёрный всадник постоянно приносил всем беды и погибель. Оттого и слухи по свету шли, будто цвет Смерти – смоляной, а не белый.

   Вестник Ночи всегда отличался непослушанием. Поговаривали, будто в нём издавна гнездилась нечисть, которая и заставляла Мрака творить зло. Если Светоч и Месяц помогали окружающим и покорно выполняли волю богов, то чёрный всадник постоянно приносил всем беды и погибель. Оттого и слухи по свету шли, будто цвет Смерти – смоляной, а не белый.

   — Ягиня · книга
2. «

   Нельзя было начинать тяжёлые дела с плохого…

   Нельзя было начинать тяжёлые дела с плохого…

   — Ягиня · книга
3. «

   Последняя вспышка выпила всё, забрала злобу и боль, оставив покой и какую-то странную пустоту. Без-раз-ли-чи-е. Вот как это называлось.

   Последняя вспышка выпила всё, забрала злобу и боль, оставив покой и какую-то странную пустоту. Без-раз-ли-чи-е. Вот как это называлось.

   — Василика · книга
4. «

   Любовь губила не хуже, чем клинки, когти и всевозможные травы.

   Любовь губила не хуже, чем клинки, когти и всевозможные травы.

   — Кощей · книга
5. «

   Ты можешь не поклоняться Моране, но не вздумай посыпать домовины солью и вредить ей. Ты можешь презирать Перуна, но не смей плевать на землю во время ливней. И вообще когда-либо, Мать – Сыра Земля тебе этого не простит.

   Ты можешь не поклоняться Моране, но не вздумай посыпать домовины солью и вредить ей. Ты можешь презирать Перуна, но не смей плевать на землю во время ливней. И вообще когда-либо, Мать – Сыра Земля тебе этого не простит.

   — Ягиня · книга
6. «

   — Лес останется, а я уйду. И лучше так, чем пережить его. Если умрут боги, если люди вырубят леса и иссушат реки, то настанет царство Смерти на живой земле.

   — Лес останется, а я уйду. И лучше так, чем пережить его. Если умрут боги, если люди вырубят леса и иссушат реки, то настанет царство Смерти на живой земле.

   — Василика · книга
7. «

   Он не понимал, отчего люди грустили, когда кто-то умирал. Ведь душа оставалась живой, просто, выполнив своё предназначение, отправлялась дальше. Оставила тело, ну и что? Оно ведь всё равно утратило и красоту, и силу. Но люди, вместо того чтобы радоваться за близкого, который отправился далеко или остался стеречь род, плакали и печалились, а некоторые убивались всю жизнь. Странно, в общем.

   Он не понимал, отчего люди грустили, когда кто-то умирал. Ведь душа оставалась живой, просто, выполнив своё предназначение, отправлялась дальше. Оставила тело, ну и что? Оно ведь всё равно утратило и красоту, и силу. Но люди, вместо того чтобы радоваться за близкого, который отправился далеко или остался стеречь род, плакали и печалились, а некоторые убивались всю жизнь. Странно, в общем.

   — Всполох · книга
8. «

   Всем было известно, что существа без сердца – это чудовища, не иначе.

   Всем было известно, что существа без сердца – это чудовища, не иначе.

   — Василика · книга
9. «

   …люди слишком просты и не видят дальше собственных карманов.

   …люди слишком просты и не видят дальше собственных карманов.

   — Ягиня · книга
10. «

    В Радогощи, да и в соседних деревнях был старый обычай: незнакомца, попросившегося на ночлег, приглашали в баню. Добрый человек непременно соглашался да ещё просил, чтобы его посильнее хлестали веником, злой же отказывался или со скрипом зубовным обращался в дым и уносился прочь. Так распознавали и изгоняли нечисть.

    В Радогощи, да и в соседних деревнях был старый обычай: незнакомца, попросившегося на ночлег, приглашали в баню. Добрый человек непременно соглашался да ещё просил, чтобы его посильнее хлестали веником, злой же отказывался или со скрипом зубовным обращался в дым и уносился прочь. Так распознавали и изгоняли нечисть.

    — Василика · книга
11. «

    Никто даже не посмотрит в его сторону. Ведь если человек не может полюбить себя, то почему кто-то другой должен это сделать?

    Никто даже не посмотрит в его сторону. Ведь если человек не может полюбить себя, то почему кто-то другой должен это сделать?

    — Василика · книга
12. «

    Молодицы выли от горя, уходя в дом мужа, и это тоже казалось странным. Разве могла девка, идя за милого, заливаться слезами и обнимать порог родительского дома? Да, всем было велено выплакивать слёзы до замужества, но, судя по всему, и после приходилось горько. И зачем тогда идти, если можно остаться?

    Молодицы выли от горя, уходя в дом мужа, и это тоже казалось странным. Разве могла девка, идя за милого, заливаться слезами и обнимать порог родительского дома? Да, всем было велено выплакивать слёзы до замужества, но, судя по всему, и после приходилось горько. И зачем тогда идти, если можно остаться?

    — Василика · книга
13. «

    С досады захотелось загрызть саму себя, закусать собственные локти до красноты. Вместе с омерзением внутри зарождалось чувство вины.

    С досады захотелось загрызть саму себя, закусать собственные локти до красноты. Вместе с омерзением внутри зарождалось чувство вины.

    — Василика · книга
14. «

    Жаль, что для обретения мудрости надо было обуздать страсти, унять сердце и думать умом.

    Жаль, что для обретения мудрости надо было обуздать страсти, унять сердце и думать умом.

    — Василика · книга