103 цитаты, которые говорила Диана Сеттерфилд

Подборка из 103 цитаты Дианы Сеттерфилда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ведь это, наверное, так одиноко — быть мертвым.

   Ведь это, наверное, так одиноко — быть мертвым.

   — Маргарет · книга
2. «

   Я ухаживала за книгами, как иные ухаживают за могилами своих близких.

   Я ухаживала за книгами, как иные ухаживают за могилами своих близких.

   — Тринадцатая сказка · книга
3. «

   Энергичным размашистым почерком на листке было написано: «Сэр Артур Конан Дойль. Рассказы о Шерлоке Холмсе. По десять страниц дважды в день вплоть до окончания курса».

   Энергичным размашистым почерком на листке было написано: «Сэр Артур Конан Дойль. Рассказы о Шерлоке Холмсе. По десять страниц дважды в день вплоть до окончания курса».

   — Тринадцатая сказка · книга
4. «

   Стандартная финальная формула «и с тех пор они жили долго и счастливо» не срабатывала.

   Стандартная финальная формула «и с тех пор они жили долго и счастливо» не срабатывала.

   — Маргарет Ли · книга
5. «

   Знаменитая своими тайнами не менее, чем своим творчеством, она представляла собой идеальную загадку.

   Знаменитая своими тайнами не менее, чем своим творчеством, она представляла собой идеальную загадку.

   — Маргарет Ли · книга
6. «

   Ощущая и понимая автора, его мысли, тревоги и желания, вы прочтете текст с такой легкостью, как если бы сами со свечкой в руке заглядывали через плечо пишущему.

   Ощущая и понимая автора, его мысли, тревоги и желания, вы прочтете текст с такой легкостью, как если бы сами со свечкой в руке заглядывали через плечо пишущему.

   — Маргарет Ли · книга
7. «

   Что за жизнь у меня была! ... Я мог бы всю ее вторую половину посвятить воспоминаниям о первой.

   Что за жизнь у меня была! ... Я мог бы всю ее вторую половину посвятить воспоминаниям о первой.

   — Беллмен и Блэк, или Незнакомец в черном · книга
8. «

   Я человек незаурядный, но все же не до такой степени, чтобы помнить момент и обстоятельства своего рождения.

   Я человек незаурядный, но все же не до такой степени, чтобы помнить момент и обстоятельства своего рождения.

   — Вида Винтер · книга
9. «

   Возвращение домой с работы — что за славный момент!

   Возвращение домой с работы — что за славный момент!

   — Беллмен и Блэк, или Незнакомец в черном · книга
10. «

    Но мне надо сначала придумать, о чём говорить. Это совсем не просто: говорить что нибудь только ради того, чтобы говорить, хотя иной раз можно долго говорить ни о чём, и это получается как то само собой…

    Но мне надо сначала придумать, о чём говорить. Это совсем не просто: говорить что нибудь только ради того, чтобы говорить, хотя иной раз можно долго говорить ни о чём, и это получается как то само собой…

    — Аврелиус · книга
11. «

    Но там, где любовь помочь не может, обычно помогают деньги.

    Но там, где любовь помочь не может, обычно помогают деньги.

    — Роберт · книга
12. «

    — Тик-так! Что за мерзкие часы! Почему они так бесполезно отсчитывают время? — Тик-так! Целая вечность между «тик» и «так». И каждый «тик» может стать последним. — Тик-так! Нельзя допустить, чтобы часы остановились. — Тик-так! Нужно их завести. Он лезет за часами в кармашек жилета... Но что такое? Часов нет! Это тиканье исходит у него из груди! — Тик-так! И каждый «тик» может стать последним... — Тик-так!

    — Тик-так! Что за мерзкие часы! Почему они так бесполезно отсчитывают время? — Тик-так! Целая вечность между «тик» и «так». И каждый «тик» может стать последним. — Тик-так! Нельзя допустить, чтобы часы остановились. — Тик-так! Нужно их завести. Он лезет за часами в кармашек жилета... Но что такое? Часов нет! Это тиканье исходит у него из груди! — Тик-так! И каждый «тик» может стать последним... — Тик-так!

    — Беллмен и Блэк, или Незнакомец в черном · книга
13. «

    Правда и без того слишком тяжелая вещь, чтобы дополнять ее грузом чужого праздного любопытства.

    Правда и без того слишком тяжелая вещь, чтобы дополнять ее грузом чужого праздного любопытства.

    — Тринадцатая сказка · книга
14. «

    Привыкнув к своим ужасам и уродствам, невольно забываешь, как они могут подействовать на других людей.

    Привыкнув к своим ужасам и уродствам, невольно забываешь, как они могут подействовать на других людей.

    — Тринадцатая сказка · книга
15. «

    У каждой эпохи свои нравы, и никто не знает, что будет дальше.

    У каждой эпохи свои нравы, и никто не знает, что будет дальше.

    — Беллмен и Блэк, или Незнакомец в черном · книга
16. «

    Смерть — надёжный поставщик, который никогда не подведет.

    Смерть — надёжный поставщик, который никогда не подведет.

    — Беллмен и Блэк, или Незнакомец в черном · книга
17. «

    Человек настолько привыкает к своим ужасам, совершенно забывает о том впечатлении, которое они могут оказать на других.

    Человек настолько привыкает к своим ужасам, совершенно забывает о том впечатлении, которое они могут оказать на других.

    — Вида Винтер · книга
18. «

    Наконец-то я могу поплакать. Однако мне это не удается. Мои так долго сдерживаемые слезы окаменели. Теперь они останутся со мной навсегда.

    Наконец-то я могу поплакать. Однако мне это не удается. Мои так долго сдерживаемые слезы окаменели. Теперь они останутся со мной навсегда.

    — Тринадцатая сказка · книга
19. «

    Я помню время, когда книги были для меня чем-то более обыденным и в то же время более существенным, чем они являются сейчас. В детстве они были для меня всем. Отсюда моя тоска по утраченному счастью живого и непосредственного общения с книгами. Увы, подобные утраты невосполнимы...

    Я помню время, когда книги были для меня чем-то более обыденным и в то же время более существенным, чем они являются сейчас. В детстве они были для меня всем. Отсюда моя тоска по утраченному счастью живого и непосредственного общения с книгами. Увы, подобные утраты невосполнимы...

    — Тринадцатая сказка · книга
20. «

    Магазин был моим домом и моей работой одновременно. Он был для меня гораздо лучшей школой, нежели обычная общеобразовательная, а позднее стал моим личным университетом.

    Магазин был моим домом и моей работой одновременно. Он был для меня гораздо лучшей школой, нежели обычная общеобразовательная, а позднее стал моим личным университетом.

    — Тринадцатая сказка · книга