17 цитат Дмитрого Емец: цитаты о любви о смысле жизни

Ниже 17 цитат Дмитрого Емец: цитаты о любви — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Любовь — это аскеза, нежность и жертва. Все прочее любовью не является и лишь пакуется с ней в один пакетик для опошления торговой марки.

   Любовь — это аскеза, нежность и жертва. Все прочее любовью не является и лишь пакуется с ней в один пакетик для опошления торговой марки.

   — Дмитрий Емец · книга
2. «

   — У меня есть прекрасный план! Давай ты будешь всегда меня любить! — А ты? — спросил Сашка с надеждой. — Э, нет! Это уже твой план! Давай мы вместе будем любить меня!

   — У меня есть прекрасный план! Давай ты будешь всегда меня любить! — А ты? — спросил Сашка с надеждой. — Э, нет! Это уже твой план! Давай мы вместе будем любить меня!

   — Дмитрий Емец · книга
3. «

   Любовь, любовь... Есть она — мучаешься сам. Нету её — мучаешь всех остальных.

   Любовь, любовь... Есть она — мучаешься сам. Нету её — мучаешь всех остальных.

   — Дмитрий Емец · книга
4. «

   Буслаев наклонился вперед, как человек, который идет против ветра. — Ты мне нужна, — сказал он, ворочая слова, как камни. Дафна, хотевшая сдуть очередного комара, забыла это сделать и позволила комару сосать ее кровь дальше. — Это мужской вариант: «Я тебя люблю»? — уточнила она, стараясь, чтобы счастье в голосе не было таким явным. — Почему мужской? — растерялся Меф. — То есть да, мужской. В общем, я тебя люблю. Даф вздохнула. — В общем, я тебя тоже люблю, — сказала она, подумав про себя, что это было самое бестолковое объяснение в мире.

   Буслаев наклонился вперед, как человек, который идет против ветра. — Ты мне нужна, — сказал он, ворочая слова, как камни. Дафна, хотевшая сдуть очередного комара, забыла это сделать и позволила комару сосать ее кровь дальше. — Это мужской вариант: «Я тебя люблю»? — уточнила она, стараясь, чтобы счастье в голосе не было таким явным. — Почему мужской? — растерялся Меф. — То есть да, мужской. В общем, я тебя люблю. Даф вздохнула. — В общем, я тебя тоже люблю, — сказала она, подумав про себя, что это было самое бестолковое объяснение в мире.

   — Дмитрий Емец · книга
5. «

   Будь он философом, он пояснил бы, что любить даже самого хорошего человека нельзя двадцать четыре часа в сутки. Это пиковое состояние, которое удерживается только несколько минут в день. В прочие часы и минуты любовь переливается в десятки других чувств – нежность, товарищество, дружелюбную полусердитость, ворчание и т. д. На другое у неё просто не хватает накала. Едва ли муж, в одиночку волокущий с четвертого этажа старый диван, который жене вздумалось выбросить в двенадцатом часу ночи, испытывает к своей половине какую-нибудь особенную любовь. А между тем, и это тоже проявление любви.

   Будь он философом, он пояснил бы, что любить даже самого хорошего человека нельзя двадцать четыре часа в сутки. Это пиковое состояние, которое удерживается только несколько минут в день. В прочие часы и минуты любовь переливается в десятки других чувств – нежность, товарищество, дружелюбную полусердитость, ворчание и т. д. На другое у неё просто не хватает накала. Едва ли муж, в одиночку волокущий с четвертого этажа старый диван, который жене вздумалось выбросить в двенадцатом часу ночи, испытывает к своей половине какую-нибудь особенную любовь. А между тем, и это тоже проявление любви.

   — Дмитрий Емец · книга
6. «

   Зозо была опытная женщина и понимала, что самый надежный и окупаемый способ быть любимой — это любить самой.

   Зозо была опытная женщина и понимала, что самый надежный и окупаемый способ быть любимой — это любить самой.

   — Дмитрий Емец · книга
7. «

   Да. Любовный бред — самая тяжёлая форма шизофренического бреда. В отличие от всех остальных форм бреда он неизлечим.

   Да. Любовный бред — самая тяжёлая форма шизофренического бреда. В отличие от всех остальных форм бреда он неизлечим.

   — Дмитрий Емец · книга
8. «

   И зачем люди усложняют себе жизнь? Неужели нельзя любить спокойно, комфортно? Зачем все эти обиды на пустом месте, трагические лица и прочие напряги?

   И зачем люди усложняют себе жизнь? Неужели нельзя любить спокойно, комфортно? Зачем все эти обиды на пустом месте, трагические лица и прочие напряги?

   — Дмитрий Емец · книга
9. «

   Где начинается любовь, там логика уходит в подполье.

   Где начинается любовь, там логика уходит в подполье.

   — Дмитрий Емец · книга
10. «

    С Дафной он был внимателен, не давал ей весла, все за нее делал, но одновременно нельзя было сказать, что он умирает от любви. Как страж, Дафна понимала, что все нормально, но как девушке ей хотелось больше внимания и больше эмоций. Легко любить человека придуманного, допустим, певца или актера, которого мы видим в лучшие его минуты и часы, да и то ненастоящим. Несложно любить человека дальнего, от которого едва-едва добредёт раз в год открытка. А вот любить ближнего, каждодневного человека тяжелее тяжёлого, даже если ты и страж света.

    С Дафной он был внимателен, не давал ей весла, все за нее делал, но одновременно нельзя было сказать, что он умирает от любви. Как страж, Дафна понимала, что все нормально, но как девушке ей хотелось больше внимания и больше эмоций. Легко любить человека придуманного, допустим, певца или актера, которого мы видим в лучшие его минуты и часы, да и то ненастоящим. Несложно любить человека дальнего, от которого едва-едва добредёт раз в год открытка. А вот любить ближнего, каждодневного человека тяжелее тяжёлого, даже если ты и страж света.

    — Дмитрий Емец · книга
11. «

    Любовь не милиция. Она не входит без стука.

    Любовь не милиция. Она не входит без стука.

    — Дмитрий Емец · книга
12. «

    А если и правда существовала большая и чистая любовь, которую он случайно раздавил, как хрупкую елочную игрушку? Хотя что это за любовь, если её так просто уничтожить? Любовь должна быть упругой и пушистой, как новый теннисный мяч.

    А если и правда существовала большая и чистая любовь, которую он случайно раздавил, как хрупкую елочную игрушку? Хотя что это за любовь, если её так просто уничтожить? Любовь должна быть упругой и пушистой, как новый теннисный мяч.

    — Дмитрий Емец · книга
13. «

    Любовь — огонь. Испытания — вода. Если в слабый костер вылить ведро воды — он погаснет. Если же в сильный — только пшикнет, и вода станет паром.

    Любовь — огонь. Испытания — вода. Если в слабый костер вылить ведро воды — он погаснет. Если же в сильный — только пшикнет, и вода станет паром.

    — Дмитрий Емец · книга
14. «

    Старая любовь не умирает. Она может вздремнуть, взять отгул, временно затаиться в памяти, но окончательно она не уходит никогда. Часто она возвращается и пронзает насквозь.

    Старая любовь не умирает. Она может вздремнуть, взять отгул, временно затаиться в памяти, но окончательно она не уходит никогда. Часто она возвращается и пронзает насквозь.

    — Дмитрий Емец · книга
15. «

    Если тот, кто любит вас, любит одновременно и другого, кто не любит вас, но любит того, кто любит его, то, при условии, что вы любите того, кто любит вас, но не любите того, кто не любит вас, у вас могут возникнуть натянутые отношения с тем, кто любит и вас, и его, но не любит того, что вы не любите друг друга.

    Если тот, кто любит вас, любит одновременно и другого, кто не любит вас, но любит того, кто любит его, то, при условии, что вы любите того, кто любит вас, но не любите того, кто не любит вас, у вас могут возникнуть натянутые отношения с тем, кто любит и вас, и его, но не любит того, что вы не любите друг друга.

    — Дмитрий Емец · книга
16. «

    Сердечная лавочка закрыта в связи с тотальной переоценкой ценностей.

    Сердечная лавочка закрыта в связи с тотальной переоценкой ценностей.

    — Дмитрий Емец · книга
17. «

    Ненависть и любовь — один и тот же фантик, только покрашенный с разных сторон в разные цвета.

    Ненависть и любовь — один и тот же фантик, только покрашенный с разных сторон в разные цвета.

    — Дмитрий Емец · книга