Дмитрий Емец — 52 цитаты с глубоким смыслом

Дмитрий Емец — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 52 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Разве ты не возьмёшь меня с собой? — Нет. Придумай сама себе такой отказ, который тебя не обидит.

   — Разве ты не возьмёшь меня с собой? — Нет. Придумай сама себе такой отказ, который тебя не обидит.

   — Дафна · книга
2. «

   Я прощаю абсолютно всех, но некоторых посмертно!

   Я прощаю абсолютно всех, но некоторых посмертно!

   — Медузия Горгонова · книга
3. «

   Никогда не знаешь, чем человек зацепится за жизнь, когда падает в пропасть.

   Никогда не знаешь, чем человек зацепится за жизнь, когда падает в пропасть.

   — Угрюмый · книга
4. «

   Знаешь, что такое настоящая ирония? Это когда ты несчастен, но несчастье подмерзло уже и покрылось льдом. Потом живой слой, кусок души — и снова лед. И так много раз. А сверху, на мерзлоте, под холодным солнцем распускаются белые цветы иронии.

   Знаешь, что такое настоящая ирония? Это когда ты несчастен, но несчастье подмерзло уже и покрылось льдом. Потом живой слой, кусок души — и снова лед. И так много раз. А сверху, на мерзлоте, под холодным солнцем распускаются белые цветы иронии.

   — Глеб Бейбарсов · книга
5. «

   За девушку не надо ничего объяснять — она сама себе всё объяснит и сама себя обманет.

   За девушку не надо ничего объяснять — она сама себе всё объяснит и сама себя обманет.

   — Ягун · книга
6. «

   Кажется, нам туда! Может, конечно, и не туда, но здесь нам точно нечего делать!

   Кажется, нам туда! Может, конечно, и не туда, но здесь нам точно нечего делать!

   — Улита · книга
7. «

   К сожалению, чтобы человек что-то понял, он должен обжечься, и не раз. Понимание приходит только через боль и страдание. Понимание же, не подкреплённое болью, неустойчиво и мимолётно.

   К сожалению, чтобы человек что-то понял, он должен обжечься, и не раз. Понимание приходит только через боль и страдание. Понимание же, не подкреплённое болью, неустойчиво и мимолётно.

   — Мефодий Буслаев. Стеклянный страж · книга
8. «

   Пусть кто-то ещё вякнет, что моя фигура далека от идеала! Это убогий идеал далёк от моей фигуры.

   Пусть кто-то ещё вякнет, что моя фигура далека от идеала! Это убогий идеал далёк от моей фигуры.

   — Улита · книга
9. «

   До чего же странное существо человек. Вся его жизнь – сплошное чудо, но как раз в чудеса-то он и не верит.

   До чего же странное существо человек. Вся его жизнь – сплошное чудо, но как раз в чудеса-то он и не верит.

   — Ирка · книга
10. «

    Почему-то часто так бывает: когда ты в беде, внезапно приближаются те люди, которых ты раньше едва знал, и исчезают многие из тех, кто прежде был якобы близок. Может, и хорошо, что так. Иначе бы не разобрались.

    Почему-то часто так бывает: когда ты в беде, внезапно приближаются те люди, которых ты раньше едва знал, и исчезают многие из тех, кто прежде был якобы близок. Может, и хорошо, что так. Иначе бы не разобрались.

    — Мефодий Буслаев. Танец меча · книга
11. «

    Настоящие друзья умеют уважать чужое одиночество! Правда, если человек слишком начинает любить одиночество, рано или поздно он остается без друзей. Друзья, они, понимаешь, существа капризные. Им нравится, когда их гладят по шерстке и дают сахар.

    Настоящие друзья умеют уважать чужое одиночество! Правда, если человек слишком начинает любить одиночество, рано или поздно он остается без друзей. Друзья, они, понимаешь, существа капризные. Им нравится, когда их гладят по шерстке и дают сахар.

    — Ягун · книга
12. «

    Разве может быть повелителем вселенной тот, кто ночью, приседая, бежит к холодильнику? Значит, действительный повелитель вселенной — холодильник.

    Разве может быть повелителем вселенной тот, кто ночью, приседая, бежит к холодильнику? Значит, действительный повелитель вселенной — холодильник.

    — Улита · книга
13. «

    Мы страдаем, мы мечтаем о чем-то, а потом это оказывается фальшью, ерундой. И становится ясно, что усилия абсолютно не стоили жертв. И тогда в финальный момент мы бываем разочарованы. Так что, возможно, стоит, прибежав первым, остановиться у самой ленточки, не оборвав её.

    Мы страдаем, мы мечтаем о чем-то, а потом это оказывается фальшью, ерундой. И становится ясно, что усилия абсолютно не стоили жертв. И тогда в финальный момент мы бываем разочарованы. Так что, возможно, стоит, прибежав первым, остановиться у самой ленточки, не оборвав её.

    — Шурасик · книга
14. «

    Люди как корабли в море. Их то подносит друг к другу, то относит. Даже когда корабль кажется неподвижным — он либо удаляется, либо приближается.

    Люди как корабли в море. Их то подносит друг к другу, то относит. Даже когда корабль кажется неподвижным — он либо удаляется, либо приближается.

    — Таня Гроттер и проклятие некромага · книга
15. «

    Тот, кому кажется, что предательство оплачивается, живет в мире иллюзий.

    Тот, кому кажется, что предательство оплачивается, живет в мире иллюзий.

    — Мефодий Буслаев. Первый эйдос · книга
16. «

    Это только кажется, что за всё платят деньгами. За всё действительно важное платят кусочками души.

    Это только кажется, что за всё платят деньгами. За всё действительно важное платят кусочками души.

    — Книга Мрака · книга
17. «

    Не каждый из тех, кто безгранично верит в свои силы, в конце концов побеждает, но тот, кто в них не верит, не побеждает никогда.

    Не каждый из тех, кто безгранично верит в свои силы, в конце концов побеждает, но тот, кто в них не верит, не побеждает никогда.

    — Мефодий Буслаев. Первый эйдос · книга
18. «

    Обычно самую сильную боль доставляет ничтожное.

    Обычно самую сильную боль доставляет ничтожное.

    — Мефодий Буслаев. Светлые крылья для тёмного стража · книга
19. «

    Делать что-либо ради благодарности глупо. Добром надо жить и дышать, даже не осознавая, что то, что ты совершаешь, – добро. Только такое деятельное добро настоящее. Все остальное – суррогат напоказ.

    Делать что-либо ради благодарности глупо. Добром надо жить и дышать, даже не осознавая, что то, что ты совершаешь, – добро. Только такое деятельное добро настоящее. Все остальное – суррогат напоказ.

    — Ирка · книга
20. «

    Ты считаешь, что любишь. Но что такое «любить» – не знаешь и сам. Можешь ли ты честно сказать, что не ищешь своих удовольствий? Не раздражаешься, готов принимать человека и в болезни, и в дурном настроении, готов бесконечно терпеть? Прощать несовершенство, ошибки, недостатки? Некрасивость, появляющиеся морщины, портящиеся постепенно зубы? Всегда отдавать, ничего не получая взамен? Любовь – это бесконечные мелкие жертвы. Крупные жертвы от тебя будут требовать редко, а вот мелкие – каждую секунду. И если ты к ним не готов, не готов и к любви. Назови свое чувство как-нибудь иначе и не пачкай хорошего слова. Оно и так сейчас испачкано вконец.

    Ты считаешь, что любишь. Но что такое «любить» – не знаешь и сам. Можешь ли ты честно сказать, что не ищешь своих удовольствий? Не раздражаешься, готов принимать человека и в болезни, и в дурном настроении, готов бесконечно терпеть? Прощать несовершенство, ошибки, недостатки? Некрасивость, появляющиеся морщины, портящиеся постепенно зубы? Всегда отдавать, ничего не получая взамен? Любовь – это бесконечные мелкие жертвы. Крупные жертвы от тебя будут требовать редко, а вот мелкие – каждую секунду. И если ты к ним не готов, не готов и к любви. Назови свое чувство как-нибудь иначе и не пачкай хорошего слова. Оно и так сейчас испачкано вконец.

    — Бэтла · книга