41 цитата Дмитрого Юрьевича Пучкова, которые стоит перечитать

Ниже 41 цитата Дмитрого Юрьевича Пучкова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Когда стираются границы в головах у граждан, когда граждане начинают думать всякую фигню, когда из них выделяются какие-то лидеры общественных мнений, наиболее тупые бараны, за которыми бегут остальные бараны, потому что этот ярко-красочно может три слова увязать, сочинить стих, спеть песню и все уже забились от счастья, надо же какие гениальные прозрения. Нет, никаких гениальных прозрений нет, а вот средства донесения информации до граждан сильно развились.

   Когда стираются границы в головах у граждан, когда граждане начинают думать всякую фигню, когда из них выделяются какие-то лидеры общественных мнений, наиболее тупые бараны, за которыми бегут остальные бараны, потому что этот ярко-красочно может три слова увязать, сочинить стих, спеть песню и все уже забились от счастья, надо же какие гениальные прозрения. Нет, никаких гениальных прозрений нет, а вот средства донесения информации до граждан сильно развились.
2. «

   Одно слово — Человеки. Даже на самом краю пропасти будут думать, кого бы первым спихнуть, а вовсе не о том, как совместно спастись.

   Одно слово — Человеки. Даже на самом краю пропасти будут думать, кого бы первым спихнуть, а вовсе не о том, как совместно спастись.
3. «

   Не лицемерьте. Живите так, чтобы в любой момент своей жизни вы любому человеку могли честно посмотреть в глаза и тут же послать его на хуй. Никому не верьте, ничего не бойтесь и никогда ничего не просите.

   Не лицемерьте. Живите так, чтобы в любой момент своей жизни вы любому человеку могли честно посмотреть в глаза и тут же послать его на хуй. Никому не верьте, ничего не бойтесь и никогда ничего не просите.
4. «

   Нечего на него таблетки тратить! Дай ему пуговицу от штанов, он все равно не поймет ничего.

   Нечего на него таблетки тратить! Дай ему пуговицу от штанов, он все равно не поймет ничего.

   — Угрюмый · книга
5. «

   Лучший — не значит хороший. Лучший – это значит, другие хуже.

   Лучший — не значит хороший. Лучший – это значит, другие хуже.
6. «

   Помните, был такой замечательный персонаж, он, по-моему и сейчас еще жив, дай Бог ему здоровья, Такой Александр Гуров. Полковник милиции, который пристрелил когда-то льва Кинга, из х/ф «Приключения итальянцев в России». Он трудился в МВД, и написал книжку под названием «Красная мафия». Всегда, когда говорят про Советский Союз, он у граждан в голове как некое целое. И то что при Сталине, это вот оно, и что при Хрущеве — это тоже оно. А на самом деле это не оно. Это разные совершенно этапы, в которых происходят разные вещи. И вот этот гражданин написал книжку под названием «Красная мафия». Где это мафиозное устройство, воры в законе, цеховики — все это сросшееся в одно вместе с государством, и все это продукт коммунистической системы. Но это не так. Это какие-то идиотские совершенно ходы, которые приводят вот к таким последствиям.

   Помните, был такой замечательный персонаж, он, по-моему и сейчас еще жив, дай Бог ему здоровья, Такой Александр Гуров. Полковник милиции, который пристрелил когда-то льва Кинга, из х/ф «Приключения итальянцев в России». Он трудился в МВД, и написал книжку под названием «Красная мафия». Всегда, когда говорят про Советский Союз, он у граждан в голове как некое целое. И то что при Сталине, это вот оно, и что при Хрущеве — это тоже оно. А на самом деле это не оно. Это разные совершенно этапы, в которых происходят разные вещи. И вот этот гражданин написал книжку под названием «Красная мафия». Где это мафиозное устройство, воры в законе, цеховики — все это сросшееся в одно вместе с государством, и все это продукт коммунистической системы. Но это не так. Это какие-то идиотские совершенно ходы, которые приводят вот к таким последствиям.
7. «

   Хорошо это или плохо — уничтожение СССР? Как и демократия пост-советского разлива: для кого как. Тогда было хорошо одним, теперь хорошо — другим. Речь не про «необходимость уничтожения тоталитаризма». Речь о том, что сарай, в котором мы жили, снесли. А новый сарай построен не из импортного кирпича, а из обломков старого сарая.

   Хорошо это или плохо — уничтожение СССР? Как и демократия пост-советского разлива: для кого как. Тогда было хорошо одним, теперь хорошо — другим. Речь не про «необходимость уничтожения тоталитаризма». Речь о том, что сарай, в котором мы жили, снесли. А новый сарай построен не из импортного кирпича, а из обломков старого сарая.
8. «

   Чем более эмоциональное изложение, тем больший отклик оно находит в сердцах и душах граждан. А я тебе скажу прямо противоположное. Как только ты видишь, что в тексте, в ролике, взывают к твоим эмоциям, сразу знай — тебя разводят, тебе не к мозгу обращаются, а к животным чувствам. Вот сейчас тебя заставят сопереживать этому, потом подсунут ещё что-нибудь, ещё и вот ни границ нет, ничего нет, ни Родины, ни матери, ни отца, вообще ничего нет в башке, только говно плещется, рыдание, смех и в этом главная радость в жизни.

   Чем более эмоциональное изложение, тем больший отклик оно находит в сердцах и душах граждан. А я тебе скажу прямо противоположное. Как только ты видишь, что в тексте, в ролике, взывают к твоим эмоциям, сразу знай — тебя разводят, тебе не к мозгу обращаются, а к животным чувствам. Вот сейчас тебя заставят сопереживать этому, потом подсунут ещё что-нибудь, ещё и вот ни границ нет, ничего нет, ни Родины, ни матери, ни отца, вообще ничего нет в башке, только говно плещется, рыдание, смех и в этом главная радость в жизни.
9. «

   Троица двинулась дальше. Манипуляцию с разрядником Угрюмый повторял после каждого километра, направляя уже поевших рыб ниже по течению на подкормку пока еще голодных. Свои действия он комментировал Крюгеру как заботу о рыбках с помощью точной регулировки пищевых циклов.

   Троица двинулась дальше. Манипуляцию с разрядником Угрюмый повторял после каждого километра, направляя уже поевших рыб ниже по течению на подкормку пока еще голодных. Свои действия он комментировал Крюгеру как заботу о рыбках с помощью точной регулировки пищевых циклов.

   — Санитары подземелий. Deathmatch Quake · книга
10. «

    В любом обществе есть некая часть, постоянно чем-то озабоченная и жаждущая выразить недовольство. При малейшей возможности именно они прыгают на Майданах, орут, как они ненавидят всё русское и Россию. Когда на нас напали немцы и стояли под Москвой, было огромное количество граждан, которые считали, что Москву и Ленинград надо сдать, что воевать вообще не надо, что к нам пришли цивилизованные европейцы, с которыми всё будет гораздо лучше, чем с проклятым Сталиным. Они были тогда, они есть и сейчас. Советская власть обычно таким простреливала голову, ибо подобные заявления считала недопустимыми. С этим сложно спорить. А надо ли слушать этих граждан сегодня? Слушать этих граждан не нужно никогда. Но вот орать и прыгать они будут постоянно.

    В любом обществе есть некая часть, постоянно чем-то озабоченная и жаждущая выразить недовольство. При малейшей возможности именно они прыгают на Майданах, орут, как они ненавидят всё русское и Россию. Когда на нас напали немцы и стояли под Москвой, было огромное количество граждан, которые считали, что Москву и Ленинград надо сдать, что воевать вообще не надо, что к нам пришли цивилизованные европейцы, с которыми всё будет гораздо лучше, чем с проклятым Сталиным. Они были тогда, они есть и сейчас. Советская власть обычно таким простреливала голову, ибо подобные заявления считала недопустимыми. С этим сложно спорить. А надо ли слушать этих граждан сегодня? Слушать этих граждан не нужно никогда. Но вот орать и прыгать они будут постоянно.
11. «

    – Угрюмый, – хрипло позвал Гоблин. – У тебя помады, случаем, нет? – А зачем тебе?! – Да что-то я хреново выгляжу...

    – Угрюмый, – хрипло позвал Гоблин. – У тебя помады, случаем, нет? – А зачем тебе?! – Да что-то я хреново выгляжу...

    — Угрюмый · книга
12. «

    У меня было три видных учителя, питерские гуру. Все они закончили свой путь к просветлению в психиатрической лечебнице. Некоторые их ученики оказались там же. Я такого финала не захотел.

    У меня было три видных учителя, питерские гуру. Все они закончили свой путь к просветлению в психиатрической лечебнице. Некоторые их ученики оказались там же. Я такого финала не захотел.
13. «

    — Что вас привело в разведку? — Не знаю. С одной стороны, это очень интересно. С другой стороны, конечно, когда я попал в разведку, а это было давно, я не понимал, что это значит. Но чем больше туда погружался, тем больше мне нравилось, честно говоря. Оставим романтику, ее каждый понимает по своему. Наверное, это самая крутая работа, самая интересная работа, и, особенно сейчас, самая важная работа. Так что я ни о чем не жалею. — С моей точки зрения, найти работу, на которую ты с утра бежишь, подпрыгивая — это большая в жизни удача. — Самое главное, они дает тебе гигантские возможности для инициативы. Самовыражения, я бы даже сказал. Потому что в принципе тебя никто не контролирует. Или ты идешь сам, или ты не идешь никуда. Те, кто не идет никуда — таких в разведке практически нет. По крайней мере в нелегальной разведке они долго не выживают. А само движение вперед человека очищает, потому что когда перед тобой постоянно стоят задачи, когда у тебя достаточно тяжелая работа, с точки зрения часов, эмоций и людей вокруг, и всего остального, у тебя не остается в мозгах того места, которое думает, чем бы заняться, как бы время убить. Нет времени, чтобы убивать. И как-то тебя дисциплинирует, я бы сказал очищает, по большому счету. Когда я был пацаном, у меня разные мысли могли быть, но вот как-то жизнь поставила куда надо.

    — Что вас привело в разведку? — Не знаю. С одной стороны, это очень интересно. С другой стороны, конечно, когда я попал в разведку, а это было давно, я не понимал, что это значит. Но чем больше туда погружался, тем больше мне нравилось, честно говоря. Оставим романтику, ее каждый понимает по своему. Наверное, это самая крутая работа, самая интересная работа, и, особенно сейчас, самая важная работа. Так что я ни о чем не жалею. — С моей точки зрения, найти работу, на которую ты с утра бежишь, подпрыгивая — это большая в жизни удача. — Самое главное, они дает тебе гигантские возможности для инициативы. Самовыражения, я бы даже сказал. Потому что в принципе тебя никто не контролирует. Или ты идешь сам, или ты не идешь никуда. Те, кто не идет никуда — таких в разведке практически нет. По крайней мере в нелегальной разведке они долго не выживают. А само движение вперед человека очищает, потому что когда перед тобой постоянно стоят задачи, когда у тебя достаточно тяжелая работа, с точки зрения часов, эмоций и людей вокруг, и всего остального, у тебя не остается в мозгах того места, которое думает, чем бы заняться, как бы время убить. Нет времени, чтобы убивать. И как-то тебя дисциплинирует, я бы сказал очищает, по большому счету. Когда я был пацаном, у меня разные мысли могли быть, но вот как-то жизнь поставила куда надо.

    — Андрей Безруков
14. «

    И ведь это действительно страшно, когда с одной стороны зомби, а с другой Пид*расы! И непонятно что хуже...

    И ведь это действительно страшно, когда с одной стороны зомби, а с другой Пид*расы! И непонятно что хуже...
15. «

    — И вот другие личности, в количестве миллиона, выбежали на улицы и потребовали какого-то соблюдения их прав. — Они сыграли в эту азартную игру «капиталистический выбор» — они пришли и проголосовали. — А мне вот видится другое... Ты знаешь, что если они требуют защиты своих прав, то, я так понимаю, их права ущемляются, иначе они орать бы не стали. — Ну да, ущемляется их право быть правыми — это страшно.

    — И вот другие личности, в количестве миллиона, выбежали на улицы и потребовали какого-то соблюдения их прав. — Они сыграли в эту азартную игру «капиталистический выбор» — они пришли и проголосовали. — А мне вот видится другое... Ты знаешь, что если они требуют защиты своих прав, то, я так понимаю, их права ущемляются, иначе они орать бы не стали. — Ну да, ущемляется их право быть правыми — это страшно.

    — Борис Витальевич Юлин
16. «

    — Я тебе фамилию автора говорил? — Ага. Циммерман, ДА? — Угу. И ты думаешь, он дурнее нас?

    — Я тебе фамилию автора говорил? — Ага. Циммерман, ДА? — Угу. И ты думаешь, он дурнее нас?

    — Гоблин · книга
17. «

    Когда наших военнослужащих брали в плен, то в первую очередь убивали замполитов, а не попов. Потому что именно они были носителями идеологии, которая в свою очередь была секретом успеха советского народа.

    Когда наших военнослужащих брали в плен, то в первую очередь убивали замполитов, а не попов. Потому что именно они были носителями идеологии, которая в свою очередь была секретом успеха советского народа.
18. «

    Для многих, наверно, открытие, но обычно зритель ассоциирует себя с главным героем и сильно переживает за то, что с героем происходит. Здесь главного героя нет, здесь шайка дегенератов. Может ли зритель ассоциировать себя с группой дегенератов и переживать за них? Нет, не может. Может ли ассоциировать себя с конкретным дегенератом и переживать конкретно за него? Ну вот конкретно ты, будешь ли ты переживать за судьбу маньяка Чикатило? Если да — тебе прямая дорога в дурдом, где тебе попытаются помочь хорошими таблетками и хотя бы оградят от тебя общество. Нормальный зритель не ассоциирует себя с серийным убийцей.

    Для многих, наверно, открытие, но обычно зритель ассоциирует себя с главным героем и сильно переживает за то, что с героем происходит. Здесь главного героя нет, здесь шайка дегенератов. Может ли зритель ассоциировать себя с группой дегенератов и переживать за них? Нет, не может. Может ли ассоциировать себя с конкретным дегенератом и переживать конкретно за него? Ну вот конкретно ты, будешь ли ты переживать за судьбу маньяка Чикатило? Если да — тебе прямая дорога в дурдом, где тебе попытаются помочь хорошими таблетками и хотя бы оградят от тебя общество. Нормальный зритель не ассоциирует себя с серийным убийцей.
19. «

    Терроризм — это вещь такая... с ней придётся жить.

    Терроризм — это вещь такая... с ней придётся жить.
20. «

    Свою шизофрению на окружающих проецировать не следует.

    Свою шизофрению на окружающих проецировать не следует.