11 афоризмов Джанни Родари

Джанни Родари — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 11 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Великие чемпионы обычно очень скромны. А величайшие из них — самые скромные. Настолько скромные, что их имена так и остаются неизвестными. Каждый день они поднимают невероятные тяжести, но никому и в голову не приходит взять у них интервью.

   Великие чемпионы обычно очень скромны. А величайшие из них — самые скромные. Настолько скромные, что их имена так и остаются неизвестными. Каждый день они поднимают невероятные тяжести, но никому и в голову не приходит взять у них интервью.
2. «

   Он хотел выдать себя за хитреца, хотел скрыть свое доброе сердце. Кто знает, почему люди с добрым сердцем всегда стараются скрыть это от других?

   Он хотел выдать себя за хитреца, хотел скрыть свое доброе сердце. Кто знает, почему люди с добрым сердцем всегда стараются скрыть это от других?

   — Путешествие Голубой стрелы · книга
3. «

   — Непушка — это же пушка наоборот. А служит она для того, чтобы уничтожать войну. — И как же она действует? — Да очень просто. С ней и ребенок управится. Если, положим, где-нибудь вспыхнула война, мы подаем сигнал из нетрубы, выкатываем непушку, нажимаем нестрелятель — и войны как не бывало.

   — Непушка — это же пушка наоборот. А служит она для того, чтобы уничтожать войну. — И как же она действует? — Да очень просто. С ней и ребенок управится. Если, положим, где-нибудь вспыхнула война, мы подаем сигнал из нетрубы, выкатываем непушку, нажимаем нестрелятель — и войны как не бывало.

   — Сказки по телефону · книга
4. «

   Знакомство с правилами игры: «так можно, а так нельзя» — и есть начало осознания ребенком границ своей свободы, определяемых жизнью и обществом; это — один из путей приобщения его к коллективу.

   Знакомство с правилами игры: «так можно, а так нельзя» — и есть начало осознания ребенком границ своей свободы, определяемых жизнью и обществом; это — один из путей приобщения его к коллективу.

   — Грамматика фантазии · книга
5. «

   Я синьор Помидор. Красен я пышен. А служу я с давних пор У помещиц — Вишен.

   Я синьор Помидор. Красен я пышен. А служу я с давних пор У помещиц — Вишен.

   — Синьор Помидор · книга
6. «

   Ваша рожа кирпича просит.

   Ваша рожа кирпича просит.

   — Джельсомино в Стране лжецов · книга
7. «

   А однажды в базарный день появился на рынке человек, который продавал какие-то уж совсем необычные вещи: гору Монблан, что в Альпах, Индийский океан, Лунные моря… Язык у этого человека был так хорошо подвешен, что через час у него остался только один город — Стокгольм. Город этот купил парикмахер. <...> И всё же он ошибался, этот парикмахер. Он слишком много заплатил за него — переплатил! Ему невдомек было, что каждому ребенку, который появляется на свет, принадлежит весь мир, и ему ничего не надо платить за него – ни единого сольдо!

   А однажды в базарный день появился на рынке человек, который продавал какие-то уж совсем необычные вещи: гору Монблан, что в Альпах, Индийский океан, Лунные моря… Язык у этого человека был так хорошо подвешен, что через час у него остался только один город — Стокгольм. Город этот купил парикмахер. <...> И всё же он ошибался, этот парикмахер. Он слишком много заплатил за него — переплатил! Ему невдомек было, что каждому ребенку, который появляется на свет, принадлежит весь мир, и ему ничего не надо платить за него – ни единого сольдо!

   — Сказки по телефону · книга
8. «

   — Спаси меня, боже, от друзей, а от врагов я уж как-нибудь сам избавлюсь! Принц Лимон был, в сущности, прав. Друзья у принцев всегда бывают опаснее врагов...

   — Спаси меня, боже, от друзей, а от врагов я уж как-нибудь сам избавлюсь! Принц Лимон был, в сущности, прав. Друзья у принцев всегда бывают опаснее врагов...

   — принц Лимон · книга
9. «

   Там, наверху, за окошком подвала, За день народу проходит немало. Если взобраться в углу на мешки, Можно считать за окном башмаки.

   Там, наверху, за окошком подвала, За день народу проходит немало. Если взобраться в углу на мешки, Можно считать за окном башмаки.
10. «

    Невежественные люди только и думают, что о деньгах.

    Невежественные люди только и думают, что о деньгах.

    — Фея · книга
11. «

    Мне кажется, что самые опасные враги человечества — это лжецы. На свете есть сотни тысяч лжецов. Лжец — это журналист, который пишет «свобода» и думает при этом о свободе, с которой капиталисты эксплуатируют рабочих, а империалисты выжимают соки из колониальных народов. Лжец — это тот, кто говорит «мир», а на деле стоит за войну. Лжец — это тот, кто болтает о «достоинстве человека», а на деле ратует за смирение и покорность, учит молчать перед лицом несправедливости, закрывать глаза перед нищетой. Не желая кого-нибудь обидеть, я полагаю, что лжецы водятся в любой части света. В каждой стране есть или были свои лжецы, и очень хорошо, если та или иная страна сумела одолеть ложь.

    Мне кажется, что самые опасные враги человечества — это лжецы. На свете есть сотни тысяч лжецов. Лжец — это журналист, который пишет «свобода» и думает при этом о свободе, с которой капиталисты эксплуатируют рабочих, а империалисты выжимают соки из колониальных народов. Лжец — это тот, кто говорит «мир», а на деле стоит за войну. Лжец — это тот, кто болтает о «достоинстве человека», а на деле ратует за смирение и покорность, учит молчать перед лицом несправедливости, закрывать глаза перед нищетой. Не желая кого-нибудь обидеть, я полагаю, что лжецы водятся в любой части света. В каждой стране есть или были свои лжецы, и очень хорошо, если та или иная страна сумела одолеть ложь.