Джастин Ричардс — 19 цитат с глубоким смыслом

Джастин Ричардс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 19 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Нормальность переоценена. Никто не хочет быть нормальным постоянно — с утра до вечера, ведь так?

   Нормальность переоценена. Никто не хочет быть нормальным постоянно — с утра до вечера, ведь так?

   — Клара Освальд · книга
2. «

   — В ловушке в запертом куполе в оранжерее, полной деревьев, желающих меня съесть. Это наверняка наказание за все те яблоки, что я съел в своей жизни. — Они хотят нас съесть?! – воскликнул Теол, борясь с поднимающейся волной паники. — Ну, это с какой стороны посмотреть, – сказал Доктор. – Однако не думаю, что стоит выяснять

   — В ловушке в запертом куполе в оранжерее, полной деревьев, желающих меня съесть. Это наверняка наказание за все те яблоки, что я съел в своей жизни. — Они хотят нас съесть?! – воскликнул Теол, борясь с поднимающейся волной паники. — Ну, это с какой стороны посмотреть, – сказал Доктор. – Однако не думаю, что стоит выяснять

   — Джордж Манн · книга
3. «

   — Какое оружие вы используете? — Стараюсь без него обходиться. — Но вы же сказали, что смертельно вооружены! Доктор закатил глаза. — Да — этим бананом, киви, мандарином, да чем угодно.

   — Какое оружие вы используете? — Стараюсь без него обходиться. — Но вы же сказали, что смертельно вооружены! Доктор закатил глаза. — Да — этим бананом, киви, мандарином, да чем угодно.

   — Доктор · книга
4. «

   — А теперь скажи мне, — произнес Сардак, повернувшись к Элиасу. — И я знаю, что, находясь так близко от Поля Истины, ты не сможешь солгать — сумеешь ли ты помочь нам найти капсулы? — Да, — сказал Элиас. — Но столько метеоритов за одну ночь — другие люди заметят. И тоже будут их искать. — Ты говоришь о Докторе? Элиас кивнул: — Чуть что странное произойдет, он сразу там. — Ты знаешь Доктора? — прошипел Сардак. — Его все знают. Вы здесь из-за него? — Из-за чего же еще? — прорычал Сардак. — Тогда я помогу вам, — сказал Элиас. Тяжело вздохнув, он кивнул. Сардак подозрительно посмотрел на него: — Ты предаешь собственный народ? — Я делал это и прежде, — сказал Элиас с ноткой грусти в голосе.

   — А теперь скажи мне, — произнес Сардак, повернувшись к Элиасу. — И я знаю, что, находясь так близко от Поля Истины, ты не сможешь солгать — сумеешь ли ты помочь нам найти капсулы? — Да, — сказал Элиас. — Но столько метеоритов за одну ночь — другие люди заметят. И тоже будут их искать. — Ты говоришь о Докторе? Элиас кивнул: — Чуть что странное произойдет, он сразу там. — Ты знаешь Доктора? — прошипел Сардак. — Его все знают. Вы здесь из-за него? — Из-за чего же еще? — прорычал Сардак. — Тогда я помогу вам, — сказал Элиас. Тяжело вздохнув, он кивнул. Сардак подозрительно посмотрел на него: — Ты предаешь собственный народ? — Я делал это и прежде, — сказал Элиас с ноткой грусти в голосе.

   — Джордж Манн · книга
5. «

   — Их замечаешь, лишь когда они прекращаются. Пока оно есть, пока оно – часть естественного хода вещей, его не замечаешь. Просто неотъемлемая часть мира. Ваш мозг даже не утруждается сообщить вам о ней, пока не случится изменение, которое может быть важным. — А то, о чём вы говорите, важно? — Возьмём, к примеру, механизмы Мелиссы, – продолжал Доктор. – Если вы долго находитесь рядом с ними, то даже и не замечаете, что они тикают. — Да о чём вы вообще? – возмутился Реппл. — О том, что это словно тиканье часов. Вы его не слышите, а оно есть. Но у меня проблема противоположная, – он склонил голову набок. – Вы слышите? — Что слышу? – Реппл на минуту прислушался, а затем покачал головой. – Ничего. — Да? Видите ли, а я слышу – когда прислушиваюсь – слышу тиканье часов. Что очень странно. Потому что... – он сделал паузу, предлагая Репплу закончить мысль. — Потому что здесь нет часов. — Именно. И это со мной уже не в первый раз. Несколько раз за последнее время, – он подошёл к Репплу вплотную и посмотрел ему в лицо. – И всегда рядом были вы.

   — Их замечаешь, лишь когда они прекращаются. Пока оно есть, пока оно – часть естественного хода вещей, его не замечаешь. Просто неотъемлемая часть мира. Ваш мозг даже не утруждается сообщить вам о ней, пока не случится изменение, которое может быть важным. — А то, о чём вы говорите, важно? — Возьмём, к примеру, механизмы Мелиссы, – продолжал Доктор. – Если вы долго находитесь рядом с ними, то даже и не замечаете, что они тикают. — Да о чём вы вообще? – возмутился Реппл. — О том, что это словно тиканье часов. Вы его не слышите, а оно есть. Но у меня проблема противоположная, – он склонил голову набок. – Вы слышите? — Что слышу? – Реппл на минуту прислушался, а затем покачал головой. – Ничего. — Да? Видите ли, а я слышу – когда прислушиваюсь – слышу тиканье часов. Что очень странно. Потому что... – он сделал паузу, предлагая Репплу закончить мысль. — Потому что здесь нет часов. — Именно. И это со мной уже не в первый раз. Несколько раз за последнее время, – он подошёл к Репплу вплотную и посмотрел ему в лицо. – И всегда рядом были вы.

   — Доктор · книга
6. «

   — Не волнуйтесь, я доктор. — Правда, не медицины, – добавила Роза, заслужив неодобрительный взгляд.

   — Не волнуйтесь, я доктор. — Правда, не медицины, – добавила Роза, заслужив неодобрительный взгляд.

   — Доктор · книга
7. «

   Вы, захватчики, всегда считаете себя шибко умными, но я всегда вас побеждаю. Знаешь, почему? Вы всегда ошибаетесь.

   Вы, захватчики, всегда считаете себя шибко умными, но я всегда вас побеждаю. Знаешь, почему? Вы всегда ошибаетесь.

   — Доктор · книга
8. «

   Война превращает в героев даже тех, кого мы не можем ими представить. Настал твой черед.

   Война превращает в героев даже тех, кого мы не можем ими представить. Настал твой черед.

   — Доктор · книга
9. «

   — И все? – спросил Фергин. Доктор озадаченно посмотрел на него: — Что значит «и все»? — Ну, это как-то слишком… просто. Доктор погрозил ему пальцем: — Первое правило спасения Вселенной, Фергин, – никаких сложных планов. Если план будет сложный, кто-нибудь обязательно что-нибудь забудет, и все пойдет не так

   — И все? – спросил Фергин. Доктор озадаченно посмотрел на него: — Что значит «и все»? — Ну, это как-то слишком… просто. Доктор погрозил ему пальцем: — Первое правило спасения Вселенной, Фергин, – никаких сложных планов. Если план будет сложный, кто-нибудь обязательно что-нибудь забудет, и все пойдет не так

   — Джордж Манн · книга
10. «

    — Вот она удивится. — Не думаю, – на перекрёстке он остановился, чтобы снова выбрать направление, затем поспешил через дорогу, отмахнувшись от лошади, которая резко встала, чтобы не сбить его. – Она же не просто так сказала нам где живёт. Причём дважды. — Приглашение? — Ага. — Она нас ждёт? — Наверное, волнуется, почему нас так долго нет. Наверное, думает, что мы немножко тупим. — А на самом деле... – пробормотала Роза. — Я люблю, когда люди считают, что я немного туплю, – заявил Доктор, к изумлению проходящей мимо парочки. – Это делает их самонадеянными и невнимательными. Готовыми объяснять свои коварные планы простыми словами – одно… одноложн... – он пытался вспомнить слово. — Односложными? — Точно.

    — Вот она удивится. — Не думаю, – на перекрёстке он остановился, чтобы снова выбрать направление, затем поспешил через дорогу, отмахнувшись от лошади, которая резко встала, чтобы не сбить его. – Она же не просто так сказала нам где живёт. Причём дважды. — Приглашение? — Ага. — Она нас ждёт? — Наверное, волнуется, почему нас так долго нет. Наверное, думает, что мы немножко тупим. — А на самом деле... – пробормотала Роза. — Я люблю, когда люди считают, что я немного туплю, – заявил Доктор, к изумлению проходящей мимо парочки. – Это делает их самонадеянными и невнимательными. Готовыми объяснять свои коварные планы простыми словами – одно… одноложн... – он пытался вспомнить слово. — Односложными? — Точно.

    — Доктор · книга
11. «

    – Ладно, ладно, – согласился Винтерборн. – Вы знаете, здесь рядом есть не большое итальянское заведение, – он указал на изогнутую стеклянную стену возвышающегося торгового центра. – Вы думаете, там могли находиться другие свидетели происшествия? – Я думаю, что ещё не обедал, – поправил его Винтерборн, – поговорим позже.

    – Ладно, ладно, – согласился Винтерборн. – Вы знаете, здесь рядом есть не большое итальянское заведение, – он указал на изогнутую стеклянную стену возвышающегося торгового центра. – Вы думаете, там могли находиться другие свидетели происшествия? – Я думаю, что ещё не обедал, – поправил его Винтерборн, – поговорим позже.

    — Аполлон 23 · книга
12. «

    Наше долгое путешествие сквозь звезды наполнило всех предвкушением. Мы пролетаем мимо орбит комет и пылевых облаков, с каждым мгновением становясь ближе к системе Земли.

    Наше долгое путешествие сквозь звезды наполнило всех предвкушением. Мы пролетаем мимо орбит комет и пылевых облаков, с каждым мгновением становясь ближе к системе Земли.

    — инопланетянин · книга
13. «

    — Она покрасила корни волос пару дней назад, — сказал Дженнингс, — по-моему, она стала выглядеть лучше. — Кроме того, что умерла, — сказал Волински. — Кроме этого.

    — Она покрасила корни волос пару дней назад, — сказал Дженнингс, — по-моему, она стала выглядеть лучше. — Кроме того, что умерла, — сказал Волински. — Кроме этого.

    — Аполлон 23 · книга
14. «

    Перикл Торп знал о чудовищах не понаслышке. Они постоянно появлялись в Рождестве. Они приходили убивать, уничтожать, и, хотя это было очень страшно, обычно все кончалось хорошо, потому что Доктор всегда их побеждал.

    Перикл Торп знал о чудовищах не понаслышке. Они постоянно появлялись в Рождестве. Они приходили убивать, уничтожать, и, хотя это было очень страшно, обычно все кончалось хорошо, потому что Доктор всегда их побеждал.

    — Джордж Манн · книга
15. «

    — А эти рыцари действительно заводные? Глаза Фредди расширились: «Заводные?» — Да. Ты сам только сильно не заводись, – сказала Роза. Доктор улыбнулся ей, а затем быстро отвернулся: — В некотором роде, Фредди. Самозаводящиеся, наверное. Движение самоподдерживающееся, в определённых пределах. Они никогда не останавливаются. Они никогда не сдаются. — И они хотят нас поймать. Отлично. — Приятно быть нужным. Знать бы ещё зачем. — Разрисованная Дама хочет вас убить? – спросил Фредди. — Ах, да, – сказал Доктор. – Вот зачем.

    — А эти рыцари действительно заводные? Глаза Фредди расширились: «Заводные?» — Да. Ты сам только сильно не заводись, – сказала Роза. Доктор улыбнулся ей, а затем быстро отвернулся: — В некотором роде, Фредди. Самозаводящиеся, наверное. Движение самоподдерживающееся, в определённых пределах. Они никогда не останавливаются. Они никогда не сдаются. — И они хотят нас поймать. Отлично. — Приятно быть нужным. Знать бы ещё зачем. — Разрисованная Дама хочет вас убить? – спросил Фредди. — Ах, да, – сказал Доктор. – Вот зачем.

    — Доктор · книга
16. «

    — ... Люди любят снег. Ты когда-нибудь лепил снеговика, Мара? Играл в снежки? Ловил снежинку ртом и чувствовал, как она тает? — Это бессмысленно, — насмешливо сказал Мара. Доктор усмехнулся в ответ: — Бессмысленно! Верно. Вы всегда это говорите. Вы, одержимые властью тираны, желающие лишь завоевать и уничтожить. Любая мелочь, любое веселье для вас бессмысленно.

    — ... Люди любят снег. Ты когда-нибудь лепил снеговика, Мара? Играл в снежки? Ловил снежинку ртом и чувствовал, как она тает? — Это бессмысленно, — насмешливо сказал Мара. Доктор усмехнулся в ответ: — Бессмысленно! Верно. Вы всегда это говорите. Вы, одержимые властью тираны, желающие лишь завоевать и уничтожить. Любая мелочь, любое веселье для вас бессмысленно.

    — Джордж Манн · книга
17. «

    Доктор сорвал яблоко с ближайшей ветки, энергично вытер его о пиджак, надкусил и принялся жевать с безумной улыбкой на лице. — Вы ведь говорили, что воровать яблоки запрещено, – сказал Теол. — А, ну да. Хм. Ну, я никому не скажу, если ты не скажешь, – ответил Доктор заговорщическим шепотом

    Доктор сорвал яблоко с ближайшей ветки, энергично вытер его о пиджак, надкусил и принялся жевать с безумной улыбкой на лице. — Вы ведь говорили, что воровать яблоки запрещено, – сказал Теол. — А, ну да. Хм. Ну, я никому не скажу, если ты не скажешь, – ответил Доктор заговорщическим шепотом

    — Джордж Манн · книга
18. «

    Жизнь положу? Да я на шезлонге лежу! Точнее лежал.

    Жизнь положу? Да я на шезлонге лежу! Точнее лежал.

    — Доктор · книга
19. «

    Каждая спасенная жизнь была наградой. Каждый час, день, год, подаренный этому городу, ценился превыше всего. <...> У каждого часа, дня и года была своя цена. Об этом будут слагать легенды, приукрашивая и дополняя подробностями...

    Каждая спасенная жизнь была наградой. Каждый час, день, год, подаренный этому городу, ценился превыше всего. <...> У каждого часа, дня и года была своя цена. Об этом будут слагать легенды, приукрашивая и дополняя подробностями...

    — Джордж Манн · книга